Страница 61 из 197
Глава 43.
Лео, давясь слезами, следила за его движениями, и в какой-то момент, собравшись с
последними силами, выпрыгнула из кровати и бросилась наперерез.
Она со всей мочи вцепилась в его руку, не давая уйти.
— Не надо! — её голос рвал тишину спальни, пронзая кричащими до хрипоты нотами. — Я тебя
умоляю! Пожалуйста! Останься! Я очень тебя прошу! Я умоляю тебя! — она упала на колени,
целуя ладонь, в последнем порыве соскребая пальцами кожу так, что трескались ногти. —
Пожалуйста, не уходи!!!
Ян попробовал высвободиться, отодвигаясь в сторону двери, но Возняк, ещё с минуту назад
казавшаяся совершенно беспомощной, до боли вонзилась, словно рыболовными крюками, в
терзаемую конечность и тянула назад. Она рыдала навзрыд, заглушая рёвом своим даже мысли в
голове, а оттого мука становилась лишь сильнее, затмевая собой любую возможность критически
оценивать положение.
— Лео, прекрати...
Выдернув руку, Вишневич смог сделать всего один небольшой шаг, как в ту же секунду Леда
ухватила его за голень. Ян пошатнулся от неожиданности и едва не свалилась на пол.
— Господи, что ты делаешь?! Прекрати немедленно!
— Я умоляю тебя! Ради всего святого умоляю! Не уходи! Я не смогу без тебя! Мне больше
незачем жить!
— Да что ты несёшь?.. — с невероятным усилием сделав ещё один шаг, Ян упёрся в стену за
спиной возле выхода из спальни. — Лео, встань, пожалуйста... Зачем ты это делаешь?..
Прекрати, просто прекрати...
Возняк поднялась на ноги, в истерическом припадке продолжая хватать его за всё, что только
можно. Она прижалась к нему всем телом, беспорядочно гладила по волосам, шее, лицу, не
останавливаясь, что-то говорила, говорила, говорила...
Вишневич всё старался убрать от себя безумную девушку, мягко отстранить её руки.
— Лео, пожалуйста...
— Я люблю тебя... Ты мой самый родной... Разве ты не видишь, как мне плохо без тебя...
— Я не хочу ничего слышать. Замолчи, пожалуйста, — почти взмолился он, окончательно
выбиваясь из сил и больше не в состоянии продолжать сопротивление.
Леда сжимала его в объятиях, всхлипывая в шею, к которой теперь прислонилась губами, а
слезы её стекали с лица за ворот футболки Яна, будто бы расплавленный свинец, обжигая кожу
солёными каплями. Осторожно приподнявшись на цыпочках, Лео приблизилась к его подбородку и
легонько, почти не касаясь, поцеловала в уголок рта.
— Я люблю тебя... Ты — всё, что у меня есть... — тихо шепнула она, аккуратно подбираясь к
губам.
— Не надо. Прекрати.
Ян отвернулся от неё, не давая себя поцеловать. Больше всего ему хотелось немедленно
прекратить эту пытку и остаться в одиночестве там, где никто больше не причинит зла его
пробитому насквозь сердцу, где не придётся делать выбор между разумом, телом, душой и
совестью. Просто закрыться за семью замками и забыть к чёрту и этот отель, и Лео, и
всю-всю-всю прошлую жизнь.
— Пожалуйста, отойди от меня, — глухо попросил Ян. — Отойди, или я тебя ударю.
Отстранившись на полшага, Возняк молча глядела в синие глаза — злые, беспощадные. Глаза
человека, загнанного в угол и готового на всё.
— Ты не сможешь, — спокойно ответила Лео. — Не сможешь меня ударить, — она развязала пояс
своего халата и бросила его на пол. — Потому что ты любишь меня.
Белая ткань устремилась вниз вслед за поясом, оставляя девушку полностью обнажённой. Она
вновь приблизилась и, взяв ладонь Яна, сама положила себе на грудь.
Он с силой зажмурился и стиснул зубы.
— Янечка, посмотри на меня, пожалуйста. Я твоя, слышишь? Только твоя. Мне больше никто не
нужен в этом мире, кроме тебя. Я обещаю, я клянусь, что всегда буду рядом. Посмотри на
меня...
Ян всё же открыл глаза. Его пробивало мелкими судорогами. Он не шевелился и почти не дышал.
А его ладонь, прижатая к Лео, горела, будто опущенная в кипящее масло.
Мгновение спустя Возняк снова потянулась к заветным губам, запечатлевая на них долгий,
сладостный поцелуй, под воздействием которого рассыпались в труху все границы и рушились
тщетно возведённые баррикады. Головокружительным цунами уносило прочь остатки рационального
мышления, Ян плавился в ласкающих его родных руках, а в отяжелевшей голове снова воцарилась
лёгкость и пустота, бесконечная и слепая.
Лео медленно опустилась на колени. Она аккуратно потянула за шорты, и те легко соскользнули
вниз, обнажив перед ней набухающий член. И по тому, как он поднимался у неё на глазах, Леда
окончательно поняла, что не ошиблась. Что все эти разговоры о расставании — не более, чем
фарс.
Она взяла одной рукой за ствол, а губами приникла к яичкам, мягко облизывая их языком. Лео
совершенно точно знала, как доставить удовольствие своему молодому любовнику. Не прекращая
мастурбировать, она то посасывала головку, то вновь возвращалась к мошонке.
А для Яна весь окружающий мир размыло словно акварельную картину под проливным дождём.
Больше не осталось ничего и всё потеряло свой прежний смысл, мгновенно сосредоточившись в
единой мощной пульсации, нарастающей по экспоненте. Руки его сами бесконтрольно потянулись к
мягким белым волосам.
Ощущая приближение кульминации, Лео не останавливалась ни на секунду. От того, как стонал
Ян, она почувствовала, как сама возбудилась. Сейчас все её усилия были направлены на
единоличное мужское удовольствие, и всё-таки Лео не смогла отказать себе в крохотной радости
потрогать себя. Да, так и есть — её собственная смазка уже стекала по внутренней стороне
бёдер. Она вернула обе руки к члену и теперь ласкала яички пальцами, а ртом принялась сосать
активнее.
Вскоре Ян почувствовал финальную вибрацию в паху, и всё внутри его тела прожгло стальной
спицей, прошедшей вдоль по позвоночнику вверх в самый мозг. Вишневич тихо захрипел и разжал
пальцы, едва удерживаясь на ногах.
Лео встала с пола, провела пальцами по своему лону, а затем коснулась ими мужских губ,
оставляя на них влажный след любовных соков.
— Смотри, что ты делаешь со мной, — она проникла одним пальцем в его рот, заставив
почувствовать вкус смазки. — Я хочу тебя всегда... Хочу тебя в себе…
Ян вдруг оттолкнул руку Лео и резко вцепился ей в шею, словно желая задушить. Он с
остервенением швырнул Лео назад, к кровати.