Страница 181 из 197
действие всё ещё происходит в Москве, а не где-нибудь в романтическом подмосковном полесье,
куда не ступала нога грибника. Можно было бы почти не беспокоиться, что поделённое на
небольшие фрагменты тело, некогда в собранном виде олицетворявшее Викторию Ильину, найдут до
наступления холодов.
С одной стороны, эти мысли несколько успокаивали, с другой — в сложившемся положении дел
спокойствие являлось почти недоступным ресурсом. Вика держала себя в руках, как могла. Она
не кричала, не дёргалась. Спокойно и послушно вышла из машины под чутким руководством уже
как полчаса новых знакомых.
Девушку вели под локти, молча и по возможности деликатно. В ушах гулким эхом раздавались
шаги по бетонному полу. Это совершенно точно не асфальт, не паркет, не плитка. Это бетон.
Откуда Вика сделала такой вывод? Ещё один затейливый фокус человеческого мозга: оказавшись
в экстремальной ситуации и лишившись одного из доступных органов чувств, например, зрения,
сознание умудряется моментально подстраиваться и вызволять из недр памяти такие невероятные
факты, знания и нетривиальные логические цепочки, что сам собой начинаешь восхищаться.
Мало того, что Ильина смогла распознать поверхность под ногами, она также отчётливо
различина частицы того самого бетона в воздухе. Значит, где-то рядом стройка или...
Молодчики подвели жертву к назначенному месту, поставили рядом стул, усадили её. Мешок
сдёрнули одним рывком, и Вика ещё с минуту не могла проморгаться.
В широких щелях и огромных оконных проёмах без окон светило солнце, неяркое, но всё же
непривычное после вынужденной темноты. Повсюду действительно летала бетонная взвесь,
кружащаяся в световых потоках на фоне непроглядной урбанистической серости. Судя по обилию
хулиганских граффити, объект, куда привезли Ильину, давно находился в заброшенном состоянии,
и мысли о подмосковных лесах в таком контрасте теперь не казались столь жуткими.
— Доброе утро, — напротив стоял мужчина лет сорока.
На нём был тёмно-серый костюм в диагональную полоску, бордовый галстук. Голос у него был
приятный, в нём угадывался кавказский акцент, но говорил он мягко и даже приветливо. Он был
очень высок, а ноги у него были под стать ногам девушки. Мужчина подошёл ближе, улыбнулся.
— А-а... А я вас, кажется... знаю... — внимательно изучив своего похитителя, проговорила
Ильина.
Она чуть подалась вперёд. Двое парней, которые так заботливо сопровождали её в течение
всего этого приключения, немедленно схватили Вику за плечи и пригвоздили обратно к спинке
стула.
— У вас хорошая память, Виктория, — мужчина так ласково и довольно заулыбался, будто и в
мыслях не имел делать ничего против воли этой обворожительной рыжеволосой красотки. — Но я
на всякий случай представлюсь. Отар Катамадзе. Для вас — просто Отар, — он выдержал паузу и
продолжил: — Вы знаете, почему вы здесь?
— Н..нет, — честно ответила пленница.
— А если подумать? — Отар кокетливо прищурил один глаз.
— Нет, правда не знаю.
Вика как бы невзначай быстро глянула через плечо. Один из её персональных телохранителей
заметил это и тут же развернул её голову обратно в прямое положение.
— Честное слово. Знаете, у меня сегодня свадьба...
— Знаю, — вздохнул Отар. — Такое замечательное событие. Жалко, что пришлось вас отвлечь.
Конечно, так никто не хотел, — он проникновенно кивнул и присел на корточки рядом. — Но так
получилось, понимаете?
— Ну... да... но... — мямлила девушка, понимая, что просто так сбежать ей в любом случае не
удастся. — Так почему я здесь?.. Это... как-то связано... с Гошей?..
— Умница, — обрадовался мужчина. — Красивая и сообразительная. Не был бы я женат, сам бы на
вас женился. Скажите, Виктория, только честно: что вас связывает с Георгием?
— Да ничего, собственно, не связывает, — Вика уже стала сердиться не на шутку, понимая, что
в этой всей истории её вины как таковой и нет. — Он — бывший парень моей бывшей подруги.
— Хорошо, — довольно кивнул Отар. — А зачем он вам тогда пишет?
— Да я не знаю! Он уже неделю заваливает меня сообщениями с какой-то фигнёй. Я ему и не
отвечаю даже!
— Да, так и есть. Вы не отвечаете, — рассуждал он вслух. — Это и странно. Да ведь?
Понимаете, Георгий сам не свой после этой Мексики. Я вам верю, Виктория. Но разобраться
надо, да?
— Послушайте, — взмолилась Вика, — я тут совершенно ни при чём. Они расстались с Анж, я
даже не знаю толком из-за чего, потому что сама с ней поссорилась и даже на свадьбу не
позвала! Пожалуйста, у меня сегодня важный день...
— А давайте просто попросим приехать вашу подругу?
— К..куда приехать?
— Как куда? — Отар удивлённо поднял густые брови с заметной проседью. — Сюда. Места много.
Ещё один стул найдём. Просто поговорим. Хорошо?
— Я не понимаю, чего вы хотите... — прошептала в ужасе девушка.
Мужчина протянул ей её собственный мобильный, что был изъят сразу при посадке в машину, и
очень медленно, но внушительно проговорил вполголоса:
— Я хочу, чтобы у всех всё было хорошо, Виктория. И у меня, и у вас, и у вашей подруги, и у
Георгия, понимаете, да? Чтоб все улыбались, чтоб все здоровы были, женились, детей рожали.
Понимаете, да? А Георгий пока... Георгий просто немножко запутался. Что-то всё грустный
ходит, пьёт, пишет красивым женщинам, а они не отвечают... Нехорошо это. Понимаете?
Он приблизился вплотную к лицу девушки. Теперь она отчётливо слышала его дыхание, запахи и
ту невыносимо тяжёлую ауру, которая окружала его непроницаемым куполом. Очень хотелось
отстраниться подальше, но Ильина слишком боялась разозлить своих похитителей.
— Виктория, вы позвоните подруге. Сейчас быстро поговорим все вместе и всё решим, да?
— Отар, я... Я не буду ей звонить, простите...
Находясь на грани отчаяния, Вика еле-еле сдерживала слёзы, но они предательски наползали на
ресницы.
Катамадзе с минуту внимательно изучал марсианские глаза напротив, и они безумно ему
нравились. Он подумал над произнесёнными словами, затем, как прежде, спокойно и дружелюбно
ответил:
— Виктория, вы неправы сейчас. Можно же и не звонить, так? Можно просто попросить ребят.
Они сейчас сядут в машину, заедут в гости к вашей подруге. Она где сейчас? Дома? Вот домой