Страница 177 из 197
напрочь запрещая себе дотрагиваться до этой женщины, но она уже праздновала триумф, с
наслаждением наблюдая, как его корчит в блаженных судорогах с примесью стыда и острого
отвращения к происходящему.
Лео перекинула одну ногу и собственноручно ввела в себя твёрдо стоящий член. Он легко
проник по скользкой поверхности, почти на всю длину, заполнив собой зудевшее в предвкушении
пространство. Придерживаясь руками за ворот рубашки, Возняк поднимала и опускала бёдра. Стоя
на коленях, она делала это всё быстрее и быстрее.
— Не смей кончить прежде, чем кончу я, — пригрозила Лео сквозь зубы. Не прекращая свои
телодвижения, она схватила Гошу за шиворот и подтянула к себе. — Ты меня слышишь?!
Он не отвечал и в упор смотрел на неё замыленными глазами, словно вот-вот потеряет
сознание. Выносить этот равнодушный взгляд не было никакого терпения, он раздражал и бесил,
будто хотел поиздеваться.
От непонимания, что ещё можно предпринять, Лео размахнулась и что было сил влепила такую
пощёчину, что у Гоши разорвало губу о нижние зубы. Он охнул от неожиданности и подавился
собственной слюной. Потребовалось несколько секунд, чтобы он смог осознать случившееся, а
когда осознал, внезапно и резко спихнул с себя девушку. Она рухнула на кровать.
— Ты что творишь?! — прикрикнула на него Леда.
Тем временем Папаишвили, кажется, пришёл в себя, и зол он был уже не на шутку. Он встал на
колени, расстегнул рубашку, ещё больше стянул с себя джинсы и белье. Возняк ничего не успела
предпринять, когда он грубо схватил её за талию, швырнул на живот. Она попробовала
приподняться, но тут же на её поясницу обрушилась огромная ладонь. Гоша сам раздвинул её
колени в разные стороны, приподнял бёдра.
— Скажешь, когда хватит, — проскрежетал он ей в ухо, и это было, скорее, похоже на угрозу.
После этого он моментально вошёл в неё, разом на всю возможную длину, и, чтобы вонзаться
ещё глубже, он руками раздвигал ягодицы девушки. Искры полетели из глаз, Лео даже толком
кричать не могла, её сковало бешеным притоком адреналина. В голове и перед глазами всё
почернело, её разрывало на микрочастицы от каждого толчка.
Это было безумно, безудержно, беспощадно болезненно и страшно, но она не сопротивлялась и
не просила остановиться, ощущая, как всё её тело превратилось в ядерную боеголовку, готовую
к запуску. Двигатели внутри разгорались до запредельных температур. Она застонала так
громко, что заложило уши, и Папаишвили пригвоздил её лицом к кровати, чтобы не слышать этот
рёв. Сами собой потекли слёзы. Лео почти сломалась пополам от того, как Гоша давил ей на
позвоночник, не позволяя шевелиться.
Но шевелиться вовсе не хотелось. Леда размазывалась в черноте бессознательного, ничего
толком не соображая, не видя, не воспринимая. Её неизбежно волочило стальным ошейником в
самую тёмную мглу, высасывая последние силы. Она ухватилась пальцами за изголовье кровати,
да так резко и сильно, что хрупкие суставы едва не треснули. И на незримой грани между
адской мукой и неземным экстазом её боеголовка взорвалась ко всем чертям и продолжала
взрываться раз за разом без остановки.
Возняк прекратила дышать на несколько десятков секунд, а сердце разъярённо билось о рёбра,
пытаясь вырваться наружу. И надо бы остановить весь этот оргазмический ужас, но на это не
было, в сущности, никаких сил. Гоша продолжал раздирать её, обессиленную и почти потерявшую
сознание, пока сам не довёл себя до изнеможения и не разрядился внутри с оглушительным
рыком.
Он свалился на спину и всё-таки отпустил её. На тех местах, где были его пальцы, медленно
расплывались фиолетовые пятна. Возняк трясло мелкими судорогами, словно каждый орган внутри
сжимался до предела и резко разжимался, раскатываясь по мышцам новым приступом
неконтролируемого биения. Она дышала через раз, прерывисто и шумно, закусив в зубах край
одеяла.
Спустя какое-то время Лео кое-как перевернулась на спину.
— Было... охренительно... — констатировала она без тени улыбки и покосилась на Гошу, чтобы
увидеть его реакцию.
Но он не реагировал. Он лежал, опираясь спиной на подушку. Под волосами на его груди тёк
горячий пот, и лицо у него было пунцовое и взмокшее, а глаза — абсолютно пусты. Папаишвили
смотрел в одну точку на стене, приоткрыв рот, чтобы легче было дышать.
— Эй, ты в порядке?.. — Лео нашла в себе силы привстать и подползти к нему. — Эй?..
Она всё ещё дребезжащей непослушной рукой дотронулась до его щеки и провела по нижнему
веку.
— Эй... Гоша, ты в порядке?.. — Возняк сконцентрировала зрение и нагнулась к нему совсем
близко. — Ты... ты что, плачешь?..
Он отвернулся.
И в этот момент неожиданно зазвонил телефон. Вздрогнули оба, попутно вспоминая, который
сейчас час.
Леда схватила трубку.
— Алло?.. Да... Здравствуйте. В каком смысле? — она испуганно уставилась на Папаишвили. —
Да вы что, с ума сошли?!
Пауза.
Кто-то на том конце очень доходчиво и строго объяснял положение дел и церемониться ни в
коем случае не собирался.
— Ладно-ладно, я поняла, — Лео вернула трубку на аппарат. — Наш вылет перенесли...
— На когда?
— На сейчас.
— Что?! — Гоша чуть с кровати не упал. — В смысле?!
— Через полчаса трансфер...
Потребовалось не меньше минуты, чтобы осознать услышанное, и, как только информация
распределилась в голове по правильным ячейкам, они вдвоём подскочили с постели и
беспорядочно заметались по комнате. Лео спешно выковыривала чемодан из-под кровати, а Гоша,
даже не успев толком поправить одежду, вылетел за дверь.
От бунгало до нужного корпуса быстрым шагом — минут семь. Он почти бежал, стараясь не
смотреть в глаза случайным прохожим, которые поглядывали на него с любопытством и опаской,
провожая взглядами в спину. На ходу вытащил мобильник, тот был полностью разряжен. Гоша
вновь злобно матерился сам на себя, чуть не свалился с лестницы, неосторожно оступившись.
Вприпрыжку он примчал к номеру.
Сначала думал постучаться, но быстро передумал. Чиркнул ключом, вошёл внутрь.
Кровать была заправлена. Вещи лежали на тех местах, на которых были оставлены вчера. В
ванной шелестела вода, и Гоша, не церемонясь, распахнул дверь.