Страница 173 из 197
— Да там по этой дорожке в жизни никто никогда не ходит, кроме меня! — защищался аниматор.
— Ну, извините! Сами виноваты!
— Что за крик, а драки нет?
Все резко обернулись.
Подсвечивая себе путь телефоном, к ним приближался Ян. Он подошёл вплотную и оглядел
каждого по очереди.
— Так-так... Да у нас тут группа поддержки неверных жён, — он остановил свой взгляд на
Ангелине и прекратил улыбаться, поняв, что ещё совсем недавно она плакала.
— Может, мне ещё и фонд открыть имени меня? — съязвила госпожа Белова.
— Попробуй, дело хорошее, — уже совсем невесело усмехнулся Вишневич.
— Как замечательно, что ты пришёл, — действительно обрадовался Диего. — Теперь уж мне не
страшно оставлять нашего ангела, а нам с Марией пора уединиться...
— Только уединяйтесь в закрытых помещениях! — не сдержалась Ксюша.
— Будем иметь в виду!
Дима ловко спрыгнул и приземлился рядом с Яном, после чего заботливо помог спуститься своей
девушке.
— Доброй ночи всем! — крикнул Диего.
— Buenas noches! — попрощалась и Мария.
— Ой, я тоже пойду! — не пойми с чего сконфузилась Ксения. — Сначала мужа поищу, может,
этот олух царя небесного ещё тут где-нибудь у бара ошивается... А нет — так одна домой
поеду. Всё, счастливо! — она чмокнула Ангелину в щёку и воровато, исподтишка глянула на Яна.
— Ну, и тебе пока. В обиду её не давай.
Она подумала с мгновение, а потом также поцеловала в его щеку, после чего немедленно
ретировалась.
— Ну, давай, распинай меня, — заговорила Анж и поёжилась от резкого порыва ветра.
Она всё ещё была в лёгком пляжном сарафане с голыми ногами и в открытых сандалиях, а ночь
меж тем стояла совсем не жаркая.
— За что? — не понял Ян. — Я вообще в последние пару дней много нового для себя узнал о
семье и браке.
— Например?
— Например, оказалось, что некоторые девушки выходят замуж только для того, чтобы просто
побывать замужем. Мол, статус старой девы им невыносим...
Он задумчиво тряхнул головой, снова припомнив недавний разговор с секретарём господина
Аллилова.
— Ну, это точно не мой случай, — фыркнула Анж, определённо чуя подвох.
— Может, и не твой... А, может, это Викин случай?
Они в упор посмотрели друг на друга. Взгляд у Яна был тяжёл и печален. Ангелина
чувствовала, всем своим существом чувствовала, как больно произносить ему эти слова.
— Слушай, может, это и Викин случай... Я, правда, не знаю... — она заметила, как Вишневич
брезгливо отвернулся, и ей в который раз за эти сутки стало стыдно. — Слушай, Вика всё для
себя решила. Не думаю, что...
— Ой, ладно, — Ян оборвал её на полуслове. — Закрыли тему.
Они замолчали.
Анж устало зевнула. Она смотрела на волны, которые стали заметно сильнее с того момента,
как она пришла сюда. Страшно гудела голова. Наверное, никогда прежде она не болела настолько
сильно, что это даже никакому описанию не поддавалось. Ангелина ворочала тысячи мыслей
одновременно, но ни одну из них думывать ей не хотелось. Ей хотелось, чтобы все эти мысли
разом успокоились и замолчали, хотя бы на какое-то время.
— Я устала... — первой заговорила она спустя несколько минут.
— Давай провожу тебя в номер, — Ян протянул ей руку.
Шли они неторопливо, ни о чём не разговаривая. Торопиться и разговаривать, по сути, было не
о чем, зато было о чём помолчать. Дорога заняла не больше десяти минут, и, хотя Анж на самом
деле зверски устала после всех пережитых эмоций, которые выжали её напрочь, уже подойдя к
дверям номера, стало понятно, что снова расставаться с Яном она совершенно не хочет.
Тем не менее, она не подавала виду и гордо сдерживала все эмоции, кроме одной — апатии. Со
стороны казалось, будто бы ей в одночасье стало на всё кругом плевать с высокой колокольни,
так безропотно и одичало выглядели её глаза, всё ещё немного воспалённые от недавних слёз.
Анж чиркнула в прорези замка своей карточкой, повернулась к Вишневич.
— Ну... спокойной ночи.
— Я побуду с тобой, если тебе страшно или...
— Нет-нет, не надо, — торопливо отсекла сие вежливое предложение госпожа Белова.
Она уверенно открыла дверь, шагнула за порог, так же уверено захлопнула дверью за собой.
«Ну что ж, — рассудил Ян, — нет, так нет...»
Она побрёл в свой номер, где, как всегда, было душно, безжизненно и затхло.
Вишневич снова боролся с не поддающимся открытию окном, тихо матерясь. Почему-то ему стало
очевидно: если окно сейчас не откроется, он не переживёт здесь эту ночь.
Наконец заскрипела старая рама, и в номер начал втекать свежий морской воздух. С минуту Ян
просто дышал им, закрыв глаза и старательно ни о чём не думая. Потом достал из кармана
сигареты и принялся курить.
Моря из его окна видно не было, а звуки прибоя заглушала неутихающая музыка. Должно быть,
те постояльцы, что втридорога заплатили за номера с видом на пляж, но не любящие танцы до
рассвета, сейчас проклинали последними словами администрацию отеля, устроившую гулянку.
Ян тщетно пытался расслышать за басовой долбёжкой отголоски прибоя. И всё-таки различить
шум волн не удалось, а ведь так хотелось ещё чуть-чуть насладиться их монотонными, шуршащими
песнями.
Вишневич выкинул сигарету на улицу, проверил, сколько никотиновых доз осталось в пачке и, в
конце концов, решил снова выйти погулять. Сейчас было бы идеально не бродить одному, а
болтать обо всём на свете с говорливым Димкой, но на эту ночь у него были явно другие планы,
рушить которые было бы бессовестно и кощунственно.
Ян вытащил из шкафа ветровку, прикинул, закрыть ли окно или так оставить, пришёл к выводу,
что всё равно уходит ненадолго, и ничего менять не стал. С этими мыслями он распахнул дверь.
— Ох, ё!.. — Вишневич действительно перепугался до полусмерти. — Твою мать, ты чё ж так
пугаешь-то?!
Прямо перед ним стояла госпожа Белова в домашней хлопчатобумажной пижамке с котиками. Она
уже успела умыться и переплести волосы в тонюсенькую крысиную косичку.
— Прости, — робко промяукала она. — Я уже хотела ложиться спать, но мне правда стало
немного страшно... — Ангелина виновато опустила глаза. — А если он придёт?.. Я...
— Вам в любом случае придётся поговорить, — у Яна сердце так и сжималось при виде этого