Страница 111 из 197
Глава 67.
Сомлев в пассажирском кресле, Вика прикрыла глаза. Какой-то свалившийся из ниоткуда приступ
слабости поразил её и мешал сосредоточиться, хотя внимание к самым крохотным деталям и
исключительная аккуратность сейчас были жизненно необходимы.
Обычно жужжащий без умолку смартфон вероломно помалкивал, а в душе нефтяным пятном
расплывались дурные предчувствия, и наступившая апатия была скорее защитной реакцией
организма, готового впасть в полугодовой анабиоз, лишь бы не сталкиваться с невыносимыми
реалиями бытия.
Вика почти уснула, когда авто притормозило рядом с домом. Обухов, загадочно улыбаясь,
распахнул дверь с правой стороны и галантно протянул руку девушке. Ничего не подозревающая
Ильина спокойно проследовала ко входу в подъезд.
Они зашли в квартиру, и Вика как раз открыла рот, чтобы сообщить о том, что страшно устала
и намерена вздремнуть, как Слава внезапно пригвоздил её к стене в прихожей и стал целовать,
настойчиво и свирепо, словно таким образом утверждал пошатнувшийся пьедестал своей
неоспоримой власти. Девушка невольно застонала, попытавшись отстраниться, но Обухов был
настроен более чем решительно.
— Славушка, погоди минутку…
— Не погожу, — разыскивая впопыхах молнию на маленьком светло-зелёном платьице, он явно
торопился приступить к кульминационной части задуманного.
— У меня, кажется, телефон…
— Потом посмотришь.
Слава втолкнул Вику в комнату и сам поспешил занять место посреди дивана. Он ослабил ремень
на брюках и указательным пальцем без слов поманил к себе девушку. Она застыла напротив в
нерешительности, и Обухов, пристально глядя в напуганно хлопающие глаза, снова повторил свой
вполне конкретный жест, но теперь для убедительности он самостоятельно расстегнул молнию на
ширинке.
— Давай, Вика, — и это была не просьба. — Давай. Ты же сама сказала — всё, что захочу.
Девушка покорно опустилась на колени.
Да что с ней сегодня?! Это ведь происходило уже тысячу раз!..
Но как только голова её склонилась в указанном направлении, а в лицо пахнул давно знакомый
специфический запах, моментально проекция сознания перевернулась в иную плоскость, словно
вздёрнули Ильину за ноги и подвесили к потолку. Её резко замутило, и лишь благодаря
громаднейшей выдержке она устояла от неимоверного желания немедленно увернуться. К тому же в
этот момент Слава жёстко прихватил обеими пятернями рыжие волосы на затылке, исключая любую
возможность сопротивления. Он закрыл глаза в сладостном предвкушении удовольствия.
— Вот так, малышка… — тихо отдавал команды Обухов, ещё настойчивей заставляя девушку, едва
не давившуюся от подступающих тошнотворных спазмов, шире открывать рот и реже дышать,
одновременно наращивая ритм поступательных движений. — Да, моя девочка… Хорошо…
Вика почувствовала, что раздражённая гортань вот-вот готова зайтись кашлем, а из глаз
самопроизвольно брызнули слёзы, неприятно скользившие по и без того заложенному нос. Она
осторожно потянулась ладонями, чтобы перехватить начатую эстафету и дать себе передохнуть и
отдышаться, но Слава тут же резко смахнул её руки и сполз чуть вниз с дивана, заняв почти
горизонтальное положение
Он силой придвинул к себе Вику, шепнув напоследок в потолок:
— Расслабь горло…
Буквально секунд через десять, зайдясь короткой финальной судорогой, Обухов застыл,
намертво сжав в своих пальцах рыжие волосы, заставляя таким образом проглотить всё, чем
только что разрешилось это короткое сексуальное мероприятие, и только тогда всё-таки
отпустил Вику.
Она осела на пол и стала истерично растирать пальцами заплаканные глаза, тёрла губы и,
словно при насморке, чесала забитый нос, продолжая кашлять, задыхаясь от недостатка
кислорода. Хотелось броситься в ванную немедленно умываться, хоть стальной мочалкой для
посуды насквозь продрать себе язык, который всё ещё остро чувствовал вкус едкой, густой
субстанции, похожей на забродивший кефир.
На последнем рубеже приличия удерживаясь от того, чтобы не начать плеваться, Ильина кое-как
встала на ноги, попутно удерживая расстёгнутое платье, но голос с дивана остановил её.
— Так значит, сейчас ты отдыхаешь в Мексике… — рассуждал вслух Слава со слащавой улыбкой
деревенского кота, вдоволь наевшегося сметаны. — Жизнь удивительна и непредсказуема, да? То
ли Мексика переехала в Москву, то ли… Кто-то что-то задумал утаить... Так какой вариант
верный?
Уголки его рта поползли по лицу, выражая полное удовлетворение сложившейся ситуацией, где
Обухов вновь занимал верхнюю позицию всевластного доминирующего элемента, и от этой
страшной, скорее подавляющей улыбки из головы выпадали любые связные цепочки мыслей.
— Ну так что? — продолжил он говорить тоном нарочито непринуждённым, видя полную
потерянность в Викином лице. — Ты ответишь или мне самому догадаться?
— Слав, я… — Вика медленно проследовала вглубь комнаты. Она села на кресло в углу и
уставилась в пол. — Забавная история получилась…
— Да уж, забавней некуда, — издевательски заметил Обухов.
— Мы хотели поехать вместе с Анж отдыхать, — плавно вбирая в лёгкие воздух, она тщетно
старалась не выдать своего волнения, — но в последний момент я решила, что… лучше мы с тобой
вдвоём отправимся куда-нибудь, но она уже присмотрела варианты и… объявила Коле, мол, мы с
ней едем. А он, знаешь, ревнивый немного. Чтобы его не беспокоить лишний раз, она так и
сказала, что мы поехали вместе, а сама поехала с другой девочкой. Вот…
Вика медленно подняла глаза. Ппрямо над ней стоял Слава. Он протянул руку и взял её за
подбородок, специально оборачивая к свету, бьющему из окна.
— У Ангелины есть любовник, — задумчиво констатировал он. — Давно?
— Нет…
— Значит, давно, — Слава интуитивно облизнул губы, он присел на корточки, облокотился о
Викины колени, помолчал некоторое время. — Знаешь, мне глубоко наплевать, с кем трахается
твоя подружка, даже если её сношает в групповой оргии целая рота солдат. Меня другой момент
беспокоит, какого хрена ты не отвечаешь на мои вопросы?
Ильина молчала, на ней почти не было лица. Кажется, ещё чуть-чуть, и тоненькая ниточка