Страница 106 из 197
молчаливой мольбой, то ли уже с ненавистью, остановили его от дальнейших пререканий.
Он прекрасно знал, что прав. А ещё он прекрасно знал, что эти люди ни в чём не виноваты,
они просто устали, напуганы и хотят домой.
Поразмыслив ещё какое-то время, Илья подозвал Херальдо, что-то быстро обсудил. Спустя
полчаса, когда разнервничавшиеся туристы засобирались разбредаться обратно в бунгало,
Херальдо принёс огромный чан с чем-то жидким и горячим. Запах исходил травянистый, несколько
пряный, коричный. Матросы оперативно расставили глиняные плошки по столу, зачерпывая ими
прямо из общего котла.
— Что это? — Ян подозрительно принюхался.
— Что-то сладкое... — Анж обмакнула палец и облизнула его.
— Пейте-пейте, — успокоил Илья. — Помогает от укачивания.
Он встал из-за стола и направился к морю.
— М-м-м, а ничё так... — задумчиво смакуя во рту загадочную водичку, констатировала госпожа
Белова. — А ты чего не пьёшь?
— Не знаю, — Ян брезгливо отодвинул свою плошку. — Что он имел в виду? Что мы сейчас
отправляемся? Почему просто не объяснить? Идиотизм... — он всё-таки ещё раз понюхал напиток.
— Странная какая-то штука.
— Просто ты не доверяешь людям, — Анж развернулась к собеседнику и легонько толкнула его в
плечо. — Как можно быть настолько подозрительным? Такое ощущение, будто у тебя одни враги
кругом! Они профессионалы и знают, что делают. Много ты понимаешь в мореплавании и местном
климате? Не забывай, что они и за свои жизни немного волнуются.
Вишневич окинул взглядом окружение: туристы из их группы почти все покинули общий стол и
разбрелись кто куда. Херальдо и Ромео, о чём-то беседуя, допивали остатки своего варева из
котла. Мигель и Илья стояли на пляже, у самой кромки воды. Они спорили, и гид явно выигрывал
в перепалке.
— Ладно... — Ян пригубил из плошки. — Может, где-то ты и права, но меня раздражает сам факт
неизвестности. Будто бы мы — стадо безмозглых овец, и можно водить за нос, сколько влезет.
— Ничего подобного, — Анж встала со скамейки. — Ты... ты просто заранее принимаешь
оборонительную позицию, даже не пробуешь допустить, что кто-то искренне не желает тебе зла
и...
Она не договорила и зашагала обратно в глубину острова.
— Стой, ты куда?
Блондинка не отозвалась, продолжив путь. Яну ничего не оставалось, как пуститься за ней
вдогонку. Он залпом проглотил то, что осталось в плошке, потому как после обеда ужасно
хотелось пить, а подозрительное угощение, больше всего напоминавшее ромашковый чай, который
так распространён в Мексике, приятно утоляло жажду.
Почти у самого бунгало Вишневичу удалось всё-таки остановить Ангелину. Та, очевидно, была
чем-то расстроена, потому так скоро и убежала к дому.
— Анж, в чём дело? — спросил Ян, догадавшись, что помимо неприятного эпизода с Ильёй за
столом, есть ещё что-то, что не даёт ей покоя. — На что ты сердишься?
— Ни на что... — Ангелина отвернула лицо. — Не выспалась.
— Это... из-за... того, что ночью... было?..
— Да с чего ты взял, что меня это беспокоит?! — неожиданно резко выпалила госпожа Белова. —
Похмелье у меня, что непонятного?!
В визгливых нотках её голоса отчётливо слышались ложь и отчаяние. Анж еле-еле сдерживала
слёзы, и её мягкие щеки раскраснелись от напряжения. Она глядела на Вишневича с такой
ненавистью, что у Яна сжалось сердце. Он потянулся к её локтю, чтобы попытаться как-то
успокоить, но Ангелина моментально вывернулась.
— Да прекрати ты меня лапать! — заорала она так, что, наверное, с берега было слышно. — И
знаешь что?!.. Да! Это из-за того, что было ночью! Я была пьяна, а ты этим воспользовался!
— Что?..
— То! Это ты бросаешься на всё подряд! Лео! Вика! А теперь и меня домогаешься! А я не
такая, понял?!
Анж продолжала наступать на Вишневича, неся без разбора подряд всё, что могла сочинить на
ходу.
— И не смей ко мне больше приставать, слышишь?! И вот ещё!.. И не отворачивайся, когда я с
тобой говорю!..
Ян действительно отвернулся и невидящими глазами уставился в землю. Его как-то странно
покачивало. Наконец, он короткими неуверенными шагами обошёл сбоку Анж и очень медленно
побрёл к домику, где они ночевали.
— Я недоговорила! — никак не могла остановиться госпожа Белова, не сразу обратив внимание,
что с предметом её нападения что-то слегка не так. — Ты слышишь меня?! Что ты молчишь?!
В этот момент Ян пытался открыть дверь, которую, кажется, заклинило. Он подёргал за ручку,
уткнулся плечом и хотел поднажать, но тут кружение в его голове резко усилилось, а дыхание
стало горячим и сдавленным, будто в глотку воткнули раскалённую кочергу. Так и не открыв
дверь, Вишневич осел вниз на ступеньки.
— Ян! — возмущённая полным игнорированием, Анж, подбоченясь, вышагивала к порогу. — Ты
слышишь меня или нет?!
В следующую секунду Вишневич обернулся. Кровь с его лица утекла в неизвестном направлении:
губы уже синели, Ян держался за горло, будто стараясь задушить себя. Глаза выдвинулись из
орбит, они были серы и безумны.