Страница 59 из 74
Глава 17
Я до боли стиснул челюсти, изо всех сил стараясь сохранять на лице маску холодного равнодушия. Внизу, на залитом кровью песке арены разворачивалась даже не битва, а отвратительная односторонняя бойня. Отряд гоблинов, облачённых в какие-то рваные некачественные кожаные обноски, отчаянно и безнадёжно боролась за свои жизни. Их противник, огромный воин человек-бык, возвышался над ними, словно гора мускулов и стали. Он превосходил эту жалкую зеленокожую мелочь как минимум на десять уровней, а его тело укрывал полный комплект качественной латной брони. Разница в статах была колоссальной, и удары гоблинских ржавых ножей просто скользили по металлу, не снимая ни единого очка прочности. Глядя на эту мясорубку, я боролся с тошнотой, вспоминая Зару и стараясь не сопереживать обречённым бедолагам.
Вокруг меня бесновалась толпа. Десять тысяч глоток ревели после каждого удара, сливаясь в оглушительный гул, который вибрировал прямо в грудной клетке. Этот рёв достигал пика каждый раз, когда на раскалённый песок брызгала свежая кровь, разумеется, всегда гоблинская. Большая Арена Саровара в Сул-Сароваре во время вечерних боёв в прайм-тайм набивалась битком бурлящей агрессивной массой людей, от которой несло кислым элем, дешёвым табаком и удушающе густым, липким запахом застарелого пота.
И эта арена, как и следовало ожидать, являлась одной из кормушек, принадлежащих Консорциуму «Шалин Гранд». Фактически, если копнуть достаточно глубоко, почти любое предприятие на континенте, занимавшееся торговлей алкоголем, наркотиками, живым товаром или проституцией имело явные финансовые ниточки, тянущиеся к этой монструозной криминальной империи.
И это была лишь ничтожная часть их активов. Теневое влияние Консорциума поражало воображение, их власть и богатство разрослись до таких ошеломляющих масштабов, что осознать их можно только в виде абстрактных цифр в системном интерфейсе. Они владели напрямую или через подставных лиц десятками тысяч прибыльных предприятий, на их содержании кормились сотни тысяч наёмников, а количество людей, обременённых кабальными долгами или находящихся в прямом рабстве, превышало эти цифры на порядки. По самым скромным прикидкам Консорциуму принадлежала половина всех активов на Шалине, а капитал, который они ежедневно прокручивали, исчислялся десятками миллиардов золотых монет.
В их распоряжении находились целые армии высокоуровневых головорезов. Консорциум держал за горло практически всех правителей, герцогов, лордов и магистратов в различных королевствах, на самом деле являясь кукловодами, дёргающими за ниточки из уютной темноты, истинной властью, стоящей за позолоченными тронами королей-марионек.
Но в этом крылась и их главная слабость. Как и любая теневая структура, чем больше она разрасталась, поглощая всё новые сферы влияния, тем сложнее ей становилось прятаться. Сейчас Консорциум напоминал жирного неповоротливого слона, который пытался спрятаться за одиноким фиговым листком. На этом этапе своей экспансии они уже не могли опираться исключительно на секретность, им приходилось всё чаще полагаться на грубую силу, подкуп и запугивание для защиты своих интересов. А каждый их актив, каждое предприятие, каждый коррумпированный агент — это потенциальная точка уязвимости, точка, куда можно ударить.
И надо отдать должное Малину Медобруку, стоящему во главе этого гигантского механизма для наживы и являющемуся фактически владыкой всего континента — он проделал поистине колоссальную работу. Беспринципный ублюдок-гном десятилетиями наращивал свою власть, умудряясь сохранять сам факт существования единой организации в строжайшей тайне, а сам стал настоящим призраком. Его цифровой след отсутствовал, Малина невозможно было отследить, даже его косвенные прикосновения к различным подконтрольным владениям оказались настолько микроскопическими и завуалированными, что заметить их без знания общей картины было нереально. Мало кто в истории этого мира смог достичь такого уровня богатства и абсолютного влияния, не став при этом публичной фигурой, ведь известность неминуемо привлекла бы ненужное внимание богов и Героев, которое быстро поставило бы крест на его гнусных делишках.
С другой стороны доски находились мы. Возглавляемый мной Теневой крестовый поход не имел за душой ни одного официального владения. Мы не вели никакой легальной деятельности под узнаваемым брендом, мои агенты постоянно работали в поле, сутками находясь в режиме скрытности или под плотным покровом иллюзий, меняя личности, как перчатки. Мы не оставляли никаких улик, никаких бумажных следов, по которым нас могли бы вычислить.
Наше убежище, поселение Вольный, расположенное в самом сердце земель Каиры, надёжно скрывала от любопытных глаз древняя драконица семидесятого уровня, чья магия наглухо блокировала любые попытки ясновидения на сотни миль вокруг её логова. Чтобы просто начать угрожать нашей базе, если бы, конечно, в Консорциуме чудом узнали о её существовании, Медобруку пришлось бы стянуть туда всю свою объединённую военную мощь. Но даже в самом крайнем, паршивом сценарии мы были готовы мгновенно открыть пространственные порталы и просто испарились бы вместе со всеми нашими людьми, золотом и снаряжением, чтобы начать игру заново в другом безопасном месте.
Если смотреть на вещи прагматично, оценивая голые цифры статов и количество юнитов, то наш Крестовый поход напоминал дерзкого муравья, решившего бросить вызов титану. Мы даже близко не стояли с врагом по среднему уровню бойцов, численности армии, богатству, логистике или политическому влиянию. Но наш главный козырь в другом: мы стали той самой занозой, которую не видно, но которая не даёт колоссу спокойно жить.
В монструозной организации Малина мы выявили десятки тысяч уязвимых точек. За полтора года непрерывной изнурительной разведки, сбора данных, подкупов и аналитики, которую блестяще провернули Ирен, Марона и наши агенты, мы нанесли на карту тысячи их болевых узлов и могли ударить из тени по любому из них в любое время, когда сочтём нужным. Ударить, забрать своё и раствориться в воздухе, оставив неповоротливую машину Консорциума барахтаться в попытках понять, кто и как их поимел.