Страница 10 из 32
Глава 7
Всю дорогу обратно он молчал. Но и без слов было достаточно напряжения. Его руки, державшие поводья по бокам от меня, казалось, прожигали ткань моей одежды. От мощной груди тянуло жаром, и мне казалось, что я задыхаюсь в этом жаре. Я сидела, вжавшись в седло, стараясь не шевелиться, но каждое движение лошади отзывалось внутри меня странным, нарастающим напряжением. Между ног тянуло и ныло, и с каждым шагом коня это становилось всё невыносимее.
Как только мы въехали во двор, я, не оглядываясь, почти побежала к своей комнате, громко захлопнула дверь и повернула ключ. Первым делом схватила телефон. «Пожалуйста, хоть одна палочка», – шептала я, поднимая аппарат к окну. Но экран упрямо показывал зловещие слова: «Нет сети».
Отчаяние заставило меня действовать. Я сорвала с себя длинную юбку и платок, которые дала Маринэ, и натянула свои джинсы. Начала судорожно скидывать вещи в сумку. Я не знала, что буду делать – может, попробую подкупить охрану? Или проскользну мимо, пока стемнеет? Дорогу вроде бы запомнила... если очень повезёт, смогу дойти пешком.
В дверь постучали. Легко, почти неслышно.
– Кто там? – резко спросила я, замирая.
– Это Маринэ. Обед подан.
Я распахнула дверь. Девушка стояла с подносом, но, увидев мою сумку и обычную одежду, её глаза округлились от ужаса.
– Нельзя! – прошептала она, пугливо оглядываясь. – Уходить нельзя! Вы оскорбите Алана! Это опасно!
– Ну и что? – я попыталась звучать твёрдо. – Я исследователь. Я имею право уехать, когда захочу.
– Нельзя так, – покачала головой Маринэ. – Без его позволения нельзя.
– Он мне не хозяин!
– Вам лучше остаться. Завтра поедете. Вас всё равно никто не согласится везти.
– Не согласятся – сама пойду! – я решительно направилась к выходу.
У ворот, как истукан, стоял Руслан.
– Мне в город надо, – заявила я, подходя к нему. – Отвези. Я заплачу.
Он молча покачал головой.
– Почему?!
– Приказа не было, – его лицо не выражало никаких эмоций. – Вам лучше пройти в свою комнату.
– Да что вы все с ума посходили, что ли! – я попыталась резко обойти его, но его массивное тело с пугающей ловкостью вновь преградило мне путь.
– Сказано же, нельзя, – прорычал он, и в его глазах мелькнула сталь. – Маринэ! Уведи её.
Девушка робко взяла меня за руку.
– Идёмте, переждёте в комнате. А завтра поедете.
Возмущённая и злая, я всё же позволила ей отвести меня обратно. Какая часть разума всё-таки подсказывала мне, что лучше послушаться.
Как только мы вошли в комнату, сказала Маринэ выйти за дверь, повернула ключ и осталась одна. В своей каменной ловушке. Подбежав к окну, я выглянула. Комната находилась на втором этаже. Прыжок был бы безумием – внизу не мягкая земля, а острые камни и почти отвесный склон. Сорвёшься – и всё. Можно, конечно, взять простыню и спуститься по ней, но страх высоты всё же останавливал.
За окном быстро темнело. Сгущающиеся сумерки казались зловещими.
Паника, холодная и тошная, подкатила к горлу. Я огляделась. Массивный деревянный стол, тяжёлый стул... Может, не спасёт, но попытаться надо. Я с трудом пододвинула стол к двери, поставила на него стул. Получилась шаткая, но хоть какая-то баррикада.
Прислонилась спиной к холодной стене и медленно сползла на пол, обхватив колени руками. Темнота за окном была уже полной. Я понимала, что времени осталось мало, он придёт. И моя жалкая баррикада не станет для него преградой.
Время в ожидании тянется мучительно медленно. Каждая секунда ощущается как отдельная вечность. Я сидела на полу, прислушиваясь к каждому шороху за дверью, а затем вдруг провалилась в странное состояние, когда перестала понимать, сколько времени прошло – минуты или часы.
Ноги затекли и заныли. Я заставила себя подняться, взяла телефон. Часы показывали одиннадцать. Может, не придёт? – мелькнула слабая надежда.
И тут же в дверь постучали. Тихо, но настойчиво.
– Кто? – голос сорвался на шёпот.
– Это Маринэ. Я принесла вам чистое бельё. И... если хотите, я могу приготовить вам ванну. Вы, наверное, устали.
Ванна? Мысль о горячей воде и возможности смыть с себя весь этот ужас и напряжение показалась раем.
– А Алан... где он? – спросила я, всё ещё не решаясь отодвинуть баррикаду.
– Уехал, – тихо ответила Маринэ. – На границе неспокойно.
– Точно? Или ты обманываешь меня? – я прильнула к двери, пытаясь уловить в её голосе фальшь.
– Мне не за чем вас обманывать. Алан, если бы захотел, давно бы уже вошёл. И дверь... – она сделала паузу, – не стала бы ему преградой.
В её словах была жестокая правда. Я глубоко вздохнула и начала отодвигать стол и стул. Скрип дерева прозвучал оглушительно громко в ночной тишине.
Маринэ молча провела меня по тёмному коридору в большую ванную комнату. Здесь всё дышало богатством и роскошью: тёмный мрамор, огромная медная ванна на изогнутых ножках. Я закрыла дверь, несколько раз повернула ключ, проверила замок. Только тогда позволила себе раздеться.
Погружение в горячую воду было блаженством. Мускулы, зажатые страхом и неудобной позой в седле, наконец-то начали расслабляться. Я закрыла глаза, откинув голову на край ванны, стараясь ни о чём не думать. Может, всё обойдётся? Может, сегодня ночью я смогу просто поспать? Завтра... завтра я обязательно найду способ уехать. Эта мысль успокаивала.
Я почти начала дремать, убаюканная тишиной и теплом, как вдруг почувствовала... присутствие. Лёгкий шорох, едва уловимый звук. Я медленно повернула голову.
И застыла.
В нескольких шагах от ванны, прислонившись к стене, стоял Алан. Он был здесь. Он наблюдал за мной. Сколько? С самого начала?