Страница 32 из 32
Эпилог
Прошло полгода. Полгода с того утра, когда я сидела на своей кухне и пыталась осмыслить, что Алан, властный и неукротимый Алан, переехал в Москву. Ради меня.
За эти месяцы я узнала о нём столько, что прежний образ – сурового горного волка – рассыпался, уступив место гораздо более сложному и настоящему образу.
Оказалось, мой муж – один из тех людей, про которых говорят «серебряная пуля». Блестящее образование, отточенное в лучших университетах Европы, и ум, способный выстроить сложнейший бизнес-империю из, как он сам говорил, «груды камней».
Те самые горы, его родовое гнездо… Я наконец-то поняла их истинную цену. Он не бежал от цивилизации. Он вернулся туда после смерти отца, чтобы поднять из руин и долгов то, что принадлежало его роду веками. Это был долг. Исполненный с той же железной волей, с какой он делал всё.
И именно я стала решающей причиной, из-за которой он сделал выбор. Он смог вернуться к своей настоящей жизни, оставив вместо себя Руслана – своего верного друга и теперь уже полноправного управляющего.
«Он справится», – сказал тогда Алан, и в его голосе чувствовалась уверенность.
Теперь всё его внимание было сосредоточено на семье. Пока что очень маленькой, состоящей из нас двоих. Но через четыре месяца она должна пополниться. Нашим сыном.
Алан уже выбрал ему имя – Тимур, в честь деда. И глядя, как этот могущественный мужчина, чьи приказы заставляли трепетать сильных мира сего, с такой нежностью прикладывает ладонь к моему округлившемуся животу, ловя толчки, у меня щемило в груди от нежности и любви к нему.
Он всё так же молчалив и строг при посторонних. Его уважают и побаиваются в его мире. Но только я знаю, каким он может быть. Каким он бывает за закрытыми дверями нашего дома. Когда он может просто держать меня за руку, читая свои отчёты. Когда он шепчет мне на ухо смешные, нелепые, ласковые слова, от которых я хохочу до слёз. Когда он, человек, который может сломать любого, смотрит на меня с такой безграничной любовью, что сердце готово выпрыгнуть из груди.
Да, мы поженились. Спустя два месяца после того, как он нашёл меня после моего побега. Он привёз меня обратно в горы, но на этот раз – как свою невесту. Свадьбу сыграли по всем древним традициям его рода.
Я помню пламя костров, отражавшееся в его серьёзных глазах, когда он вёл меня под традиционный войл – свадебный балдахин. Помню, как его сильная рука сжимала мою, когда старейшины благословляли наш союз.
И как он прошептал мне тогда, наливая мне вина: «Теперь ты моя. По всем законам – и божьим, и человеческим, и моим собственным».
И, наверное, самой удивительной историей, завершившей этот круг, стала новость, которую нам сообщил Руслан во время своего последнего визита. Он, всегда такой сдержанный и невозмутимый, стоял, переминаясь с ноги на ногу, и, глядя в пол, пробормотал, что сделал предложение Маринэ.
Судьба. Гордая Маринэ, чья любовь к Алану когда-то чуть не сломала все, и верный Руслан, который всегда оставался в тени. Возможно, это был единственный возможный для них обоих исход. Шанс на свое, тихое счастье.
И сейчас, чувствуя под сердцем толчки нашего сына и глядя на спящего Алана, я, наконец, понимаю настоящий смысл нашей истории. Мы всё время нуждались друг в друге. Поэтому он не хотел меня отпускать, поэтому мне так тяжело было уезжать от него. Казалось бы, мы слишком разные, но это только внешне. На самом деле мы с ним похожи. Ценим верность, чтим свой род и историю. И оба упрямые.
Алан вздыхает, приоткрывает глаза, смотрит.
– Не спишь?
– Не спится, – шепчу в ответ.
– Иди ко мне, я убаюкаю, – он обнимает меня, целует в висок. А я прижимаюсь к его груди. Так и выглядит настоящее тихое счастье, без громких слов и пафосных жестов. Только мы и наш малыш. Настоящее счастье.