Страница 53 из 101
Коридор заканчивался глухим тупиком, но одна из деревянных панелей, которыми была обшита стена, имела едва заметные щели, сквозь которые пробивалось желтоватое свечение свечей.
Я подкралась ближе, стараясь даже не дышать. Осторожно, кончиками пальцев коснулась дерева — оно было теплым.
Из-за стены донеслись голоса.
Они были приглушенными, но акустика пустого тайного хода работала как слуховая труба. Каждое слово впечатывалось в мой мозг раскаленным клеймом.
— …и ты уверяешь меня, что девчонка не доставит проблем? — Голос был властный, с характерной аристократической ленцой, и принадлежал королеве Изольде.
— Ни малейших, ваше величество, — этот голос, шипящий, вкрадчивый, я бы узнала даже в преисподней.
Мои ногти впились в ладони. Гера была здесь, и сидела в королевских покоях.
— Она сломлена, — продолжала мачеха, и я физически ощутила ее самодовольную ухмылку, — Я пила ее силу годами, капля за каплей. Без защиты своего дракона и без папаши, она — пустая оболочка. Дайте мне пару недель, и она сама принесет вам свою кровь на блюдечке.
— Меня мало волнует ее кровь, Гера, — раздался третий мужской голос, принадлежащий Валериану.
От звука этого бархатного, обволакивающего баритона меня пробрал ледяной озноб.
— Меня волнует ее фамилия, — продолжил принц, и я услышала тихий звон наливаемого в бокал вина.
— Дом Марцел — это ключ к Северу. Как только брачный контракт будет скреплен в храме, лорд Марцел окажется у меня в кулаке. Он не поднимет мечи против мужа своей драгоценной дочери. А когда нужда в ее фамилии отпадет… забирай девчонку себе. Можешь выпотрошить ее, мне плевать.
Я закрыла глаза, прислонившись лбом к пыльной стене. Меня замутило.
Вот она, правда, голая и уродливая. Я для него даже не человек. Я — политический инструмент, который после использования бросят собакам, вернее, змее.
— Вы слишком прагматичны, сын, — усмехнулась Изольда. Послышался шорох шелковых юбок, видимо, королева переменила позу, — Но меня занимает другое. Я смотрю на тебя, Гера… и не понимаю.
— Чего же, ваше величество?
— Ты сильна. Я чувствую это. Но в тебе нет ни капли благородной крови. Откуда ты вообще взялась? Валериан притащил тебя из какой-то дыры. Как девка из придорожной грязи стала той, кто смеет стоять в моих покоях и рассуждать о магии?
В тайном ходе я затаила дыхание. Я всегда знала, что прошлое Геры — тайна за семью печатями. Отец никогда о нем не говорил, а сама она пресекала любые вопросы.
Повисла долгая пауза. Я слышала, как потрескивают дрова в камине по ту сторону стены.
— Грязь отлично закаляет, ваше величество, — голос Геры изменился. Из него исчезла льстивость, и появилась жесткая, темная гордость, — Я родилась в таверне. На самой границе Южных и Топких земель. Гиблое, гниющее место. Моя мать и старшие сестры с утра до ночи раздвигали ноги перед пьяными наемниками, чтобы заработать на кусок хлеба. Я видела свою судьбу. Из всех богатств боги дали мне только смазливое личико и отчаянное желание не сгнить в этой дыре.
Послышался тихий смешок Валериана. Он явно наслаждался этим рассказом.
— И ты решила продать его подороже? — брезгливо бросила Изольда.
— Именно, — спокойно ответила Гера, — Однажды, в жуткую грозу, к нам постучался всадник. Богатые одежды, породистый конь и презрительный взгляд — все выдавало в нем благородное происхождение. Я сама подала ему ужин, и сама пришла в его комнату ночью. Я была молода и усердна. А он был готов к горячей ночи и способен на разговоры.