Страница 6 из 97
Если я правильно поняла, больше всего он не любит, когда что-то идёт не по его плану; а ещё
- не собирается делать то, к чему не лежит сердце. Такие люди почти не меняются, они упрямые
и твердолобые. И очень невнимательны к тому, что не входит в зону их интересов...
Думаю, я защищена от разоблачения - его же характером, как бронёй.
С улыбкой иду к тазу с травами и окунаю туда голову. Досчитываю до ста - и мои пшеничные
волосы приобретают серый оттенок до первой тщательной помывки головы! Быстро сушу волосы
полотенцем, заплетаю в косу и стираю всю косметику с лица. Вэнь подаёт мне платье
служанки... и вот мы уже выходим из поместья через вход для слуг.
- До вечера осталась пара часов. Посетить плантации - точно не успеем, - замечает подруга.
- Тогда заберём готовый товар и отнесём к пристани. Плантации завтра проверим, -
перестраиваю план и сворачиваю к окраине города.
У Пограничья было идеальное расположение: с одной стороны эта земля омывалась полноводной
рекой, с другой - были непроходимые горы, с третьей - был построен погранпост, с четвертой -
была каменистая местность, непригодная для жизни и прохождения по ней чужой армии. Пару
веков назад нашему княжеству просто повезло отвоевать этот клочок земли у Вэйтара,
обессиленного борьбой против степных варваров. Теперь в соседнем княжестве царил мир, но
забрать Пограничье обратно, чтобы вернуть контроль над выходом к воде, у них так и не
получилось... Собственно, это было причиной бесконечных стычек между двумя государствами,
ведь наличие речного порта имело огромное значение в торговле!
Ещё одной отличительной особенностью Вэйтара была неравномерность в развитии его округов.
Богатое на залежи драгоценных камней и на руду, это княжество являло собой жалкое зрелище на
окраине, соприкасавшейся с погранпостом Антара! Официально тут проходил торговый путь,
проложенный энтузиастами, мечтающими о заключении договора между двумя княжествами, но на
этом пути часто промышляли бандиты, а чуть поодаль на границе лесополосы работали отчаянные
крестьяне, купившие почти неохраняемые земли по низкой цене и частенько нанимавшие других
бандитов - охранять урожай от шаек воров с большой дороги...
И вот с этими работягами я и заключала сделки - не без помощи Вэнь, и её удивительного
навыка пересекать горы.
Да, кому-то могло справедливо показаться, что они непроходимые, но Вэнь знала тропу, по
которой бегала ещё в детстве, чтобы навещать мать. Когда она мне в первый раз её показала, я
всё ещё не была уверена, что живой человек может пройти по ней и не сорваться, но глаза
боялись, а ноги шли. В итоге, нас таких, способных пересечь границу княжеств без бумаг,
стало двое... Что касается самой Вэнь - в один из дней, когда она вновь сбежала к матери, её
на пути к дому перехватили бандиты и продали в рабство. Четыре года с двенадцати до
шестнадцати лет она работала на корабле, драила палубу и искала жемчуг для работорговца,
дожидаясь наступления поры расцвета, после чего должна была попасть в койку к первому
заплатившему за неё покупателю... но ей повезло.
Она встретила меня, направлявшуюся к своему жениху в Приграничье.
Признаюсь, я тогда впервые увидела рабов с железными ошейниками... но удивил меня даже не
факт работорговли в нашем княжестве, а то, что это особо и не скрывали от глаз других людей,
путешествовавших на корабле! Как будто нарушение закона в великом княжестве Антар - дело
допустимое и совсем незначительное. Потом Приграничье меня ещё не раз изумило дерзостью
своих жителей, но в тот день я чётко поняла, что спасу эту большеглазую замкнутую девчонку,
худую, как щепка, но сильную, как мой троюродный дядюшка!
Моё путешествие длилось три дня - и за это время я успела придумать способ вызволить Вэнь с
корабля. Помог нам капитан судна, недовольный необходимостью нарушать закон и перевозить
рабов на свой страх и риск, но ещё больше - злой на Торговое Общество, обманувшее его и
обратившее в должника, вынужденного слушать их указы до полной уплаты долга. Полтора дня я
вбивалась в доверие к, не отрывавшемуся от бутылок с алкоголем, сорокалетнему мужику,
потерявшему желание что-либо делать... за ночь нашла в его учетных книгах все ошибки, из-за
которых его «уличили» в воровстве перевозимого товара, обратив должником и бесплатным
перевозчиком грузов Торгового Общества... и за последний день в пути убедила капитана, что
публичное обращение в суд с упоминанием имени Наместника закроет дело его «кражи» раз и
навсегда. Последним аргументом в мою пользу стало утверждение, что встречать меня приедет
герой княжества и Генерал Приграничья - Итай Ха’гон! И тот факт, что я стану его наложницей,
убережет жизнь капитана от расправы людей из Торгового Общества, не желавших так просто
отпускать «должников»! А также позволит мне беспрепятственно забрать с корабля Вэнь, -
предварительно отвоевав её у управляющего рабами и освободив её от ошейника не без помощи
верной команды капитана, - ведь на корабле, пришвартовавшемся в зоне ответственности моего
господина, просто не может процветать рабство!
Не может же?..
Если судить по лицу работорговца, ждавшего свой товар на пристани, и увидавшего, как туда
же подъезжает генерал со свадебной каретой... действительно, не может! Потому худую девочку
с красной шеей, находившуюся на корабле без документов, безмолвно отдали мне в услужение -
за считанные минуты до того, как я спустилась с трапа.
Это правда грустно и смешно, но из-за подозрений в дружбе с генералом, появившимся
благодаря мне, - тепло простившейся с капитаном Б
а
рухом на палубе, -
последний очистил своё имя и избавился от необходимости подчиняться приказам Торгового
Общества, а Вэнь смогла вырваться из лап работорговцев и нашла приют в поместье господина -
в качестве моей служанки! Но лишь официально. Я называла Вэнь подругой. А про себя считала
сестрой.
Что касается её бумаг - для грядущего побега... я уже занималась этим вопросом.
- Собирается дождь. Нужно ускориться, - взглянув на безмятежное небо, произносит Вэнь, и я
верю ей на слово.
Кто-кто, а она предсказывала погоду с невероятной точностью.