Страница 2 из 15
— Схема верная. Видимо, просто не повезло.
— Не повезло? Он просто взорвался без электричества. Вы уверены, что это можно связать с везением? Это ведь была взрывчатка, — ответил я.
— Смешная шутка, Мирон. Более нелепого оправдания после уничтожения школьного инвентаря я за всю свою карьеру не слышала. Лучше больше не говори эту чушь про взрывчатку никому, а то придётся разговаривать с полицией, — фыркнула Петровна и ушла к своему столу.
— А как иначе он взлетел до потолка и задымился? — я нахмурился, потому что меня разозлили пустые обвинения Петровны.
— Я смотрела на Марину, поэтому не видела, что произошло. Думаю, ты подключил что-то не так. Возьмите другой источник, но будьте осторожнее. Пусть лучше Наташа подключит.
Я хмурился и смотрел, как Наташа, которая не смогла бы даже написать формулу третьего закона Ньютона, легко справилась с этим заданием.
— Чушь какая-то, — прошептал я.
— Что? Всё ведь достаточно просто, — ответила Наташа.
Я смотрел в её глаза и видел, что она не поняла бы, что произошло, даже если я попробовал бы объяснить.
— Наверное, я просто не выспался, — я выдохнул и попытался отвлечься, но размышления иногда возвращали меня к этой ситуации.
Через пятнадцать минут Петровна ходила между рядами парт и пробовала крутить потенциометр у каждой пары учеников, чтобы увидеть изменение яркости лампочки.
— Я и не сомневалась, что вы все справитесь. Мирон, конечно, сжёг один источник тока, но это по большей части моя вина, — огласила Петровна, и прозвенел звонок. — Все получают пятёрки за классную работу. Урок окончен.
Я вышел из кабинета одним из последних. В классе было всего шестеро парней, поэтому на переменах мы всегда кучковались перед дверью в кабинет следующего урока. Погружённый в размышления, я едва ли замечал, что происходит вокруг.
Сперва мусоровоз, затем источник тока — у меня никак не укладывалось в голове такое количество случайностей за одно утро. Крашеные коричневые доски пола одна за одной пролетали перед взглядом. Невнимательный водитель, возможно, куда-то торопился. Источник тока слишком старый, чтобы работать хорошо. По отдельности события действительно выглядели случайными, но они произошли почти сразу друг за другом.
Неприятный хлопок по плечу от одноклассника привёл меня в чувство. Это был Кирилл. Почти лысый, слушает рэп и ассоциируется у меня с гопником из-за своего стиля в одежде.
— А это ты нормально придумал на физике. Петарду подложил под источник? — Кирилл был навеселе, нескончаемо улыбался и говорил звонко.
Я взглянул на него, когда он подтолкнул меня в небольшой мужской круг на скамейке возле кабинета географии.
— Да нет же. Если бы это была петарда, то воняло бы на весь кабинет. Я не знаю, что случилось. Он просто взорвался, — возмутился я, не скрывая своей неприязни к такому обвинению.
Я переглянулся с остальными. Мне как будто никто не верил.
— Просто так электроприборы не взрываются, — сказал Жека. — Источник бы задымился или вовсе не включился. А такие взрывы со взлётами только в фильмах бывают.
Я смотрел на Жеку, стараясь не показывать всего своего отвращения, но хмурые брови никуда не уходили. В голове крутилось столько оскорблений, подходящих для него. В основном о его не самой впечатляющей внешности. Но я был уже в том возрасте, когда понимал, что у всякого слова есть последствия.
— Ну, значит, мы живём в фильме. Я даже в розетку подключить не успел, а он уже взорвался, — ответил я, но быстро понял, что про розетку говорить не стоило.
— Да ты себя закапываешь сам, — говорил Кирилл, а парни поддержали его смехом. — Тогда остаётся только петарда!
— Какая петарда, блин? — фыркнул я.
— Я с отцом на даче однажды зарядил несколько корсаров и накрыл кастрюлей. Кастрюля тогда метров на тридцать вверх рванула, — Жека говорил это так воодушевлённо и буднично, что мне становилось мерзко.
— Поздравляю! Можете начинать свою космическую программу, — буркнул я.
— А что? Я планирую поступать на конструктора космических аппаратов.
Я взглянул на часы в центре огромного холла. До урока ещё оставалось минут пять, поэтому я отошёл от толпы одноклассников и направился в туалет.
Если подумать, такой эффектный пируэт от источника тока могла вызвать только петарда. Да и звук был соответствующий. Тогда мне повезло, что я не трогал сам прибор руками.
В туалете я почувствовал резкий запах гари, словно только что жгли что-то.
— Как будто других мест нет, — фыркнул я и подошёл к раковине.
Я почувствовал, как что-то сжимает мою грудь, а затем взглянул в зеркало и увидел пламя. Бесконечные языки пламени. Старый горящий дом, а я внутри него.
Я выбежал из туалета, и раздался невероятно громкий звонок на урок. Подняв голову, я заметил, что стою прямо под звонком.
Запах гари развеивался, но всё ещё ощущался достаточно стойко. Сильнейшая дезориентация пришла вместе с болью в груди и ошеломительным звонком. Я едва ли стоял на ногах, держась руками за стену. Она двигалась, кружилась и уж точно не стояла на месте.
— Что со мной происходит? — прохрипел я, как будто вся вода исчезла изо рта.
Звонок внезапно остановился, и я вновь пережил ощущения последних пяти минут, но в ускоренном режиме. Словно это всё сконцентрировалось в один кулак на быстрой перемотке. Кулак мощно ударил по моему солнечному сплетению, отчего я отлетел на метр назад и приземлился на пол.
Ощущения были такие, словно меня несколько раз провернули изнутри через мясорубку. Меня тошнило, а голова была такой тяжёлой, что я едва ли удерживал равновесие. Я попытался стошнить, но у меня получилось только плюнуть пару раз.
Всё закончилось так же быстро, как и началось. Моё лицо было красным, и я не понимал, что происходит. Мне показалось, что дело в школе, поэтому я сразу же рванул на улицу. Десятки метров коридора пролетели мгновенно, так же, как и четыре пролёта лестницы. Я вылетел из здания мимо охранника с его грёбаным турникетом и остановился на крыльце. Согнувшись, я держался за колени и пытался отдышаться.
— Такого не бывает, — бормотал я. — Этого просто не может быть.
Глубоким дыханием я пытался совладать с настигнувшей панической атакой. Пульс участился настолько, что я слышал биение сердца висками.
Сперва я подумал, что нужно бы вернуться. Выпрямившись, я взглянул на дверь. Охранник наблюдал сквозь стекло так невозмутимо, словно видел подобное уже не раз.
Ну его на хрен. Не пойду.