Страница 87 из 104
Резко вернулась в реальность, когда голова соскользнула с его плеча и резко откинулась назад — точнее, вернулась я не столько из-за осознания ситуации, сколько из-за очень неприятной боли в шее.
Отлично. Так и шею можно сломать, не дойдя до финала.
Шенли тут же остановился и, слегка подкинул меня на руках, возвращая мою голову обратно к себе на плечо, как будто я была не человеком, а чем-то вроде неустойчивого груза.
— Потерпи ещё немного… — тихо произнёс он.
Не совсем понятно, кому именно это было адресовано — мне, себе или судьбе в целом, — но в тот момент мне было уже всё равно.
Я снова закрыла глаза и постепенно уплывала куда-то между реальностью и этим странным, убаюкивающим состоянием, в котором было тепло, спокойно, слегка покачивало, и всё это дополнялось его крепкими руками, едва уловимым запахом и той самой слабостью, от которой уже не хотелось избавляться.
В следующий раз я пришла в себя от того, что меня кто-то довольно настойчиво тряс и пытался влить в рот какую-то жидкость, причём на вкус это было не просто плохо, а откровенно отвратительно — горькое, противное, как будто решили собрать все возможные вкусовые страдания в одной чаше и проверить, выживу ли я после такого.
Но, надо отдать должное, эта гадость работала. Горечь буквально прошибала мою сонливость и слабость, как холодный душ, и откуда-то резко появлялись силы хотя бы сопротивляться.
— Отвали, — пробормотала я, отталкивая чашу с этой бурдой, потому что в моих планах сейчас было ровно одно — спать.
Я попыталась отвернуться, перевернуться на бок и вернуться в своё законное бессознательное состояние, но, конечно, никто не собирался облегчать мне жизнь.
Меня снова развернули. И снова начали настойчиво пихать эту гадость.
Сил на полноценную борьбу уже не было, поэтому пришлось проглотить…о чём я сразу же пожалела, потому что организм тут же решил, что это была огромная ошибка, и попытался избавиться от содержимого обратно.
Но не тут-то было. Мне зажали рот, резко запрокинули голову назад и прижали к чему-то твёрдому, так что я на секунду даже потеряла ориентацию в пространстве, а подбородок снизу зафиксировали так надёжно, лишь бы не дать мне выплюнуть эту отвратительную гадость.
Да что за издевательство вообще? Я открыла глаза, чтобы хотя бы понять, кто этот герой, решивший устроить мне эту экзекуцию.
Передо мной сидела та самая служанка, которую я так долго ждала с закусками.
Ну конечно. Похоже, на закуску она решила принести… вот это. Отличный выбор. Пусть сама и пьёт.
Я попыталась высказать ей всё, что думаю о её кулинарных предпочтениях, но, как оказалось, мой рот всё ещё крепко удерживали, поэтому получилось только крайне выразительное мычание.
Я дёрнулась, пытаясь вырваться, и сумела повернуть голову в сторону.
И тут картина резко расширилась.
Злой Шенли. Очень злой.
Рядом — Ху Ян. И чуть дальше — перепуганная главная…змеюка.
О, вот и виновник моего прекрасного состояния нашёлся.
Я дёрнулась в её сторону, с намерением донести до неё всю глубину своего возмущения, но, к сожалению, мой рот по-прежнему оставался под надёжным контролем. Я снова протестующе замычала, на этот раз уже с явным требованием отпустить меня и дать нормально высказаться.
— Вот, я же говорила, это поможет привести её в себя, — радостно запричитала змеюка, с каким-то странным воодушевлением наблюдая за моими страданиями. — Так не должно было быть, там был всего лишь лёгкий расслабляющий напиток, с успокаивающим действием…и легкие ароматы, для тела…все как обычно...
Она с надеждой посмотрела на Ху Яна, явно рассчитывая на поддержку, но он на неё даже не взглянул. Он смотрел на меня. И на руки Шенли, которые сжимали мой подбородок.
Очень внимательно.
Что здесь вообще происходит?
— Что ты ещё с ней сделала? — тихо, но очень нехорошо прорычал Шенли.
— Ничего, господин… — она запнулась. — Ничего плохого… только… обездвиживающее иглоукалывание…
Она снова запнулась, явно понимая, что звучит это не так безобидно, как ей хотелось бы.
— Я… я думала, что эта особая барышня молодого господина Ху Яна, предназначена для министра Ли, и нужно было её успокоить, чтобы она ничего не испортила…
Она судорожно перевела дыхание.
— Она… барышня… госпожа… сама подтвердила, что она от молодого господина…
Она уже почти задыхалась от собственных объяснений, судорожно кланяясь.
— Простите эту недостойную… я не знала… я не знала, что её нельзя вести к министру Ли… простите…
Она опустилась на колени, практически исчезая из моего поля зрения.
А мне всё ещё не давали повернуть голову. Я снова задергалась, уже больше из принципа, чем от реальной силы, и попыталась своими слабыми руками оторвать от подбородка пальцы Шенли.
Наконец-то на меня обратили внимание и чуть ослабили хватку на лице, и я, не теряя ни секунды, тут же вцепилась в его руку, пытаясь оттянуть её вниз, чтобы наконец избавиться от этой гадости во рту, но, конечно, всё оказалось не так просто — он мгновенно снова зажал мне рот, будто я собиралась не выплюнуть лекарство, а как минимум совершить государственное преступление.
— Ты должна это проглотить, — произнёс он, глядя прямо мне в глаза.
Я ещё раз попыталась оторвать его руку от своего лица и отчаянно закивала, пытаясь донести простую мысль —
я уже всё проглотила, отпусти меня, пожалуйста, я больше не представляю угрозы
.
Он, видимо, понял, потому что хватка наконец ослабла, и он осторожно убрал руку.
Я почувствовала… влажную свободу.
Прекрасно.
Потому что, судя по ощущениям, весь мой рот сейчас был в слюнях — спасибо, конечно, за такие сцены — и я, не особо задумываясь о приличиях, вытерла его тыльной стороной ладони.
Краем глаза я посмотрела на его руку.
Ну да.
Там ситуация была не лучше.
Это только в фильмах красиво — зажал рот рукой, убрал, и даже помада не смазалась.
В реальности всё… куда более правдиво и слюняво.
Ладно.
Главное сейчас — не думать о том, как я выгляжу: с размазанным лицом, слюнями, и, возможно, ещё с выражением такого искреннего восторга от вкуса этого «чудо-лекарства».
Служанка тут же сунула мне чашу, явно рассчитывая, что я с радостью продолжу этот прекрасный процесс «исцеления».
Ага. Щазз. Я отвернулась.