Страница 29 из 104
Глава 15. Начни с маленьких гор
Но красоту принца заметила не только я.
Я-то сначала, наивная, подумала — ну всё, ради меня нарядился.
Белое одеяние, волосы распущены, корона-заколка сияет, весь такой благородный нефрит в человеческом обличье.
А потом огляделась…
И поняла — это он вообще на публику работает.
На всех. Коллективное «ах» собирает.
Ну ладно.
Немного подбешивало, конечно.
Но у меня тут, между прочим, целый ассортимент красавцев. Выбор есть. Правда, кто из них кто — я пока не сильно понимала. Но ничего. Разберёмся.
Сначала по красоте отсортируем.
Потом — по подаркам.
Потом — по перспективности.
Потом — по адекватности.
В общем, система есть. Так что расстраиваться — не мой стиль.
Я снова переключилась на представление…но тут программу резко сменили.
Оказалось, дальше у нас «увеселительные мероприятия в императорском саду».
Одно название чего стоит —
Императорский сад
.
Ну конечно, мы идём. Куда ж без нас. Меня, как и положено, сопровождала целая армия служанок.
Мне вообще начинало нравиться моё положение.
Куча людей вокруг.
Все стараются угодить.
Подносят, поправляют, поддерживают.
Да, понятно, что им нужна не я. Им нужен статус. Но если уж мне этот статус выдали — почему бы не пользоваться?
Я шла и тихо офигевала сама от себя.
Какая я всё-таки… суперпопаданка.
Из служанок — в принцессы.
Спасибо, уважаемый сценарист, за такой апгрейд. Очень щедро. Главное, чтобы дальше по сценарию не оказалось, что в третьем акте мне нужно будет ценой собственной жизни спасать империю.
В сад, как выяснилось, шла в основном «молодёжь». Ну, в кавычках.
Министры, посланники и все кто постарше остались на банкете — у них свои развлечения.
А здесь подготовили другую программу.
Императорский сад оказался ещё красивее зала.
Фонари мягко светились среди цветущих деревьев, дорожки вели к центру парка, где располагался маленький островок, соединённый изящным мостиком.
На островке — сцена. Небольшая, но украшенная шёлком и золотыми подвесками. Музыкальные инструменты уже разложены.
По кругу — столики и стулья. Мне, конечно, досталось самое центральное место.
Вот честно — прикольно быть принцессой.
Я с удовольствием уселась.
Все расселись вокруг.
Началась непринужденная беседа.
Ну, насколько она могла быть непринужденной в окружении множества аристократов желающих показать себя и произвести на других впечатление.
Я, если честно, понимала не всё, о чем они говорили.
Подозреваю, что там были и шуточки в мой адрес. Но меня это вообще не смущало.
Я была слегка подвыпившая. Мне было тепло, весело и немного всё равно.
Я хихикала. Кивала. Отвечала, когда спрашивали. И строила из себя скромную девушку. В принципе, с меня и спрос небольшой.
Бывшая служанка.
Ну, типа.
А потом я поняла — начинается конкурс талантов.
Первая вышла девушка — дочь министра финансов. Очень миленькая. Тонкая, аккуратная, словно фарфоровая статуэтка.
Платье нежно-зелёно, многослойное, струящееся. Причёска — произведение архитектурного искусства.
Она мягко взяла лютню. И начала играть. И петь.
Скажу честно…
Местные музыкальные инструменты — вообще не моё.
Особенно, если это соло.
Когда один инструмент — и этот тонкий, чуть пищащий звук…который больше раздражал и хотелось скорее это прекратить
Но вокруг — дикий восторг. Восхищённые вздохи.
Я тоже изображала восторг.
Хотя внутри было:
Ну… окей…
Потом читали стихи.
Это вообще отдельная вселенная.
Четверостишия про горы, туманы, журавлей, вершины, судьбу.
Смысл — догадайся сам.
Я пыталась.
Честно.
Но мозг отказывался.
Потом вышел третий принц. Тоже прочел стихотворение посвященное своей первой жене, с ним оказывается еще одна жена была и наложница Но, видимо, мало. Вообще, удобно быть мужчиной в этом мире. Сколько можешь содержать — столько и заводи.
Мне бы такую систему… только в матриархате. Я бы с интересом попробовала.
А здесь…Всегда будет кто-то ещё. С кем придётся делить.
Мужа. Влияние. Состояние.
И вот состояние меня волновало даже больше.
Потому что любовь — это красиво. А нефрит и золото — практично.
Поэтому я продолжала оценивать.
Перебирать.
Сортировать.
И тут…
Нашего четвёртого принца начали дружно звать к инструменту.
— Сыграйте на цине!
Цинь или гуцинь. Струнный инструмент. Я уже слышала его раньше.
Меня удивило другое.
Шенли, оказывается, играть умеет? Вот это поворот.
Он сел медленно. Эпично. Откинул рукава так, будто собирался не играть, а вершить судьбы. Всё — в этой императорской манере величия, где даже посадка на стул выглядит как государственный указ.
И начал.
Дзынь.
Пауза.
Дзынь.
Снова пауза.
Я старалась наслаждаться. Честно. Очень старалась. Но не понимала, что красивого в этой музыке. Дёрнуть струну — и сидеть, ждать, пока звук растворится в воздухе, как моя способность делать вид, что я понимаю высокое искусство.
А потом снова.
Дзынь.
И тишина.
Все вокруг — в трансе.
Я — в лёгком культурном шоке.
Но это было ещё не всё.
Он запел.
Голос красивый, спорить не буду. Глубокий, ровный, с этим благородным придыханием. Но сама песня…
Про горы.
Про вершины.
Про недоступность.
Про покорение.
Я сначала подумала, что это что-то из военного репертуара. Ну, знаете, про покорение врагов, завоевание земель, славу династии. Сейчас ещё флаг вынесут — и начнётся марш.
Но наблюдая за реакцией публики, я поняла, что дело явно не в военной кампании.
Когда звучали определённые строки, девушки опускали глаза. Кто-то прикрывался веером. Кто-то смущённо улыбался. Одна вообще покраснела.
Покраснела.
От песни про горы.
Я медленно перевела взгляд обратно на принца.
Он играл. Пел. И изредка смотрел на меня, когда поднимал взляд от струн
Не на зал.
Не в философскую даль.
На меня.
Долго. Спокойно. С выражением лица «ты понимаешь, о чём я».
А я не понимала. Вообще.
Я подперла щёку рукой.
Старалась не выглядеть скучающей.
Улыбалась. Копировала реакцию остальных.
Опускала глаза. Смотрела в тарелку.