Страница 50 из 160
Рейнар. Сидит в десяти шагах, вальяжно откинувшись на спинку стула. В одной руке — серебряная ложечка, которой он лениво помешивает свой абсолютно целый, нетронутый суп. На его губах играет та самая невыносимая кривая усмешка, которая говорила: «Я все могу, и мне за это ничего не будет». Усмешка, которую она ненавидела каждой клеточкой своего тела.
— Декан огненных крыльев, — произнесла она, и ее голос был похож на треск льда перед тем, как треснет ледник. — Какая неожиданная... и неприятная встреча. Разве вы обычно не обедаете в башне, в гордом одиночестве?
— Решил разнообразить обстановку, магистр Вэнс, — ответил он, не переставая мешать суп. Металлические блики играли в его глазах. — И, как вижу, не зря. У вас тут весьма занимательное представление. Кулинарные спецэффекты.
Торвальд, все еще в легком ступоре, промокал лицо салфеткой, размазывая оранжевое по щекам. Его мантия погибла безвозвратно — даже бытовая магия не справилась бы с таким количеством въевшегося жира. Он переводил растерянный взгляд с остова тарелки на декана и обратно. Он все понял. Но сказать что-то против декана боевого факультета? Это было равносильно самоубийству.
Элиан знала. Знала с точностью до атома. Она чувствовала остаточную магическую сигнатуру, витающую в воздухе, — горьковатый привкус жженого металла и грозы.
— Простите, Торвальд, — сказала она, вставая так резко, что стул скрипнул. Глаза ее метали молнии, но голос был обманчиво мягок. — Мне нужно обсудить с деканом один вопиющий... протокольный вопрос. Срочно.
— Да, конечно, — пробормотал Торвальд, скомкивая испорченную салфетку. — Я, пожалуй, пойду приведу себя в порядок. С вашего позволения, декан.
Он бросил на Рейнара короткий взгляд. Не испуганный, нет — настороженный, как у охотника, заметившего волка. И вышел, оставляя за собой мокрые следы и запах супа.
Элиан проводила его взглядом. Ярость, которая клокотала в ней, требовала выхода. Она подошла к столику Рейнара. Он даже не поднял головы. Продолжал мешать этот чертов суп.
— На два слова, декан. В вашем кабинете. Немедленно.
— Я еще не доел, — заметил он, наконец поднимая глаза. В них плясали золотые бесы. — Суп превосходный, знаете ли. Особенно если его никто не взрывает.
— Вы доедите позже. Или я скормлю его вам через трубку.
Она развернулась на каблуках и вышла из столовой. Чеканя шаг. Спина — прямая, как клинок. Внутри — ядерная зима.