Страница 81 из 157
Мрак наползал со всех сторон, тени делались плотнее и подступали всё ближе. Эстер рывком вскинула арбалет и спустила крючок. Болт пропорол днища винных бочек, свисавших с потолочных перекрытий. С оглушительным треском раскололась древесина, и вниз обрушился сплошной поток — тёмно-красный, слепящий, словно водопад запёкшейся крови.
— А ты сообразительна, — произнёс за её плечом голос Зейна.
Эстер вздрогнула так, что дыхание перехватило, а сердце сорвалось куда-то в горло. Она круто обернулась, и внутри мгновенно вскипела ярость.
— Ты снова пропал! — выпалила она. — И на кой тебе коммуникатор, если ты без зазрения совести отключаешься и оставляешь меня, пока я…
Зейн чуть подался вперёд. Его взгляд оставался невозмутимым, лишь в уголках губ пряталась усмешка.
— Ну вот он я, как видишь.
Пальцы Эстер свело судорогой на ложе арбалета. Потребовалась вся выдержка, чтобы не вогнать болт прямо в этого непробиваемого наглеца.
— Ты так трогательно беспокоишься, котёнок.
***
Обезумев от страха, он ломанулся прочь — ступни путались, под подошвами хрустел какой-то хлам, и каждый удар ботинка о бетон отлетал от стен пустых коридоров гулким эхо.
Он мчался вслепую, пока не споткнулся обо что-то жёсткое. Руки не успели ухватиться за опору — пол ушёл из-под ног, и его швырнуло лицом в липкую гадость. Язык обожгло мерзким вкусом пыли и металлической ржавчины.
Рядом захрипел динамик коммуникатора:
— Посторонним сюда нельзя. Соблюдайте протокол безопасности. До окончания проекта — девяносто один день. Мир узнает о величайшем прорыве.
Дрожащими руками он отжался от пола, втянул воздух, пытаясь усмирить колотящееся сердце, и лихорадочно обшарил взглядом помещение. В углу за металлическим хламом пряталась тёмная слитая со стеной железная дверь.
Он кинулся к ней, дёрнул за рукоять. Петли взвизгнули, дверь упиралась, но всё-таки отошла в сторону. В ноздри ударил влажный спёртый запах. Посреди комнаты высилась платформа из тёмного камня. Её свечение жило собственной жизнью: мигало, уходило в слабое мерцание, затем наливалось багрянцем или вспыхивало болезненно-золотым. Чудилось, будто внутри пульсирует что-то — то ли затухает, то ли силится пробудиться. Он качнулся вперёд и вытянул дрожащие пальцы к поверхности платформы.
— Вот ты где… — выдохнул он, и в его взгляде зажёгся лихорадочный, жадный блеск. — Стало быть, не врали. Первый… тебе крышка!
Из горла вырвался надсадный, скрежещущий, царапающий глотку смех. И тут же осёкся, потому что ниоткуда наполз золотистый туман. Он облепил фигуру мужчины, и тот захлебнулся криком, глаза распахнулись в панике. В клубах тумана шевельнулась тень, и с каждым её приближением ужас сжимал всё сильнее.
— П… пощадите… З… Зе… — голос взвился до визга.
Зейн шагал к нему неспешно, плавно повёл пальцами — и золотая дымка скользнула к его ладони, точно приручённый хищник. Затем одно резкое движение кисти — и туман молнией вонзился в тело жертвы.
***
Раздался треск, от которого у Эстер всё внутри похолодело — настолько чуждым и противоестественным он был. Ей отчаянно захотелось стереть этот звук из памяти, выжечь без следа. Плоть твари на глазах расползалась, отваливаясь от костяка ошмётками, точно существо сдирало с себя старую шкуру, и сопровождалось это отвратительным влажным хрустом, пока на бетоне не осталась лишь бесформенная груда — склизкие лоскуты в тёмной луже.
Мгновенно всё смолкло. Те монстры, что секунду назад тянулись к ней, повалились наземь, будто кто-то разом оборвал питавший их ток. Их тела свернулись, скрючились, поджав конечности, словно зародыши.
Эстер застыла, хватая воздух рваными вдохами. Арбалет плясал в руках, но она не спешила его опускать. Взгляд лихорадочно перескакивал с одной туши на другую, а в голове бился один и тот же вопрос: не вскочат ли снова? Осталась ли в них жизнь? Осторожно, пробуя надёжность опоры, она шагнула вперёд. Подошла к ближайшему монстру. На его груди темнела метка — переплетение санкт и металлических прожилок, словно кто-то пытался сплавить воедино механику и магию. Кожа вокруг знака обгорела, спеклась, а из раны сочилась густая, липкая субстанция — в точности как машинное масло пополам со слизью.
Помещение внезапно залил свет, и он полоснул по глазам. Эстер поморщилась, заслоняясь ладонями: после долгой черноты даже неяркое свечение обжигало. Теперь она стояла, часто моргая, дожидаясь, пока зрение адаптируется.
Резко присев на корточки, она провела ладонью по запылённому полу. Кончики пальцев нащупали артефакт — видимо, единственное, что уцелело после твари. Холодный кристалл с рваными гранями лёг в ладонь. Недолго думая, Эстер спрятала его в потайную складку одежды.
— Ну что, управился со своими таинственными делами? — с деланной беспечностью бросила она, неторопливо разворачиваясь к выходу.
В дверном проёме неподвижно стоял Зейн. Ничего нового: невозмутимый, небрежно опершийся плечом о косяк.
— Двигаем, — резко бросил он, явно не собираясь тратить время на объяснения.
Эстер выразительно подняла взгляд к потолку.
«Двигаем, разумеется. А куда, зачем, что за спешка — это, видимо, мне знать не положено. Сплошные загадки на загадках».
— А я уже представляла, как мы тут чаёвничаем, — произнесла она вполголоса, выверив звук так, чтобы он в любом случае достиг Зейна.
— Замешкаешься — и чай превратится в лёд, — бросил он, не оборачиваясь.
Из-за прилавка тут же вынырнула хозяйка. Её лицо лучилось таким искренним ликованием, будто не было получасом раньше той опасной передряги и момента, когда она едва не сплавила Эстер прямиком в лапы бандитам.
— Примите мою безмерную благодарность! Как выйдете наружу — глядите в оба! — звонко выпалила женщина, взбудораженно взмахнув кистями. Не дав Эстер опомниться, она порывисто притянула девушку к себе. — Ваш бесстрашный спутник, верно, нагнал на тех негодяев страху. А сталкиваться с ними снова нам совсем ни к чему, согласитесь?
Одной рукой она ласково обнимала Эстер за плечи, тогда как вторая почти неуловимо, словно чисто случайно, коснулась девичьей ладони — и в ту же секунду пальцы Эстер сомкнулись вокруг крохотной флешки.
— Ты и правда чудо, милая, — шёпотом, с конспиративной ноткой, проговорила хозяйка. В глубине её зрачков блеснул загадочный огонёк.
***