Страница 28 из 157
Швейцар безмолвно отступил в сторону, и в дверном проёме обрисовался тонкий силуэт. Девушка с бледно-золотистыми волосами торопливо спускалась по ступеням.
— Быть того не может… — вырвалось у неё, и голос надломился, мечась между потрясением и ужасом. Глаза её вонзились в Эстер.
— Да, это она, наша маленькая принцесса, — произнёс Лиам с мягкой интонацией.
— Мама? — прошептала Эстер, сама до конца не осознавая смысла произнесённого. Сходство било в глаза: тот же миндалевидный разрез глаз, та же утончённая линия скул.
— Эстер… — выдохнула Эллен дрожащим голосом.
— Да, Эллен, это действительно она, — подтвердил Лиам, с плохо скрываемой гордостью указывая на дочь. — А этот мужчина, что так цепко её удерживает, — её наставник, Зейн. Припоминаешь его, дорогая? Он утверждает, что я — чудовище, обложившее дочь стражей и пулями, однако сам готов действовать точно так же. И ещё заявляет, что ни перед кем не преклоняется… — он издал смешок. — Забавно, не так ли? Мы-то осведомлены, перед кем он на самом деле готов пасть ниц. — Его пронзительный многозначительный взгляд переместился на Эстер. — Хотя, вынужден признать, он настойчиво пытается увести её за собой.
Зейн чуть наклонил голову, и по его губам скользнула усмешка.
— Просто терпеть не могу, когда в меня целятся.
Эллен подалась вперёд, и в её зрачках вспыхнул отчаянный, почти безумный огонь.
— Прошу вас… задержитесь. Нам необходимо переговорить. Это вопрос чрезвычайной важности.
— Быть может, позже, — отрезал Зейн ледяным тоном. — Когда здешняя атмосфера станет чуть менее… насыщенной оружием. Скажем, за чашкой чая. Без револьверов.
Лиам хмыкнул.
— Можешь уходить, если желаешь. Окан проводит тебя к выходу. Но Эстер пока побудет с нами. Она куда покладистее и гораздо приятнее в беседе. В отличие от тебя, мистер.
Он намеревался добавить ещё что-то, но слова застряли в горле — взгляд его невольно упёрся в пистолет. Оружие материализовалось в руке Зейна, точно по колдовству.
Зейн удерживал его с ледяной невозмутимостью. Дуло застыло в миллиметрах от головы Эллен.
— Итак, — произнёс он с полным спокойствием, — мы с Эстер покидаем это прелестное местечко. А Эллен исключительно из любезности составит нам компанию до выхода.
Тишина обрушилась на комнату, будто тяжёлый бархатный занавес. Лиам рывком поднялся, лицо его сделалось белым.
— Ты… просто подлец, — сдавленно выдавил он.
Зейн медленно повернул голову.
— Настоящей моей ярости ты ещё не наблюдал. Сядь.
Эти два коротких слова прозвучали так зловеще, что холодок пробежал у Эстер вдоль позвоночника. Лиам помимо воли опустился на стул. Окан оцепенел в замешательстве, его руки безвольно обвисли.
— И вы тоже, — Зейн небрежно кивнул Окану. — Там ещё оставались закуски. Отведайте — возможно, с фетой, а может, с чем иным… Сложно вот так сразу определить.
Его тон едва не вырвал у Эстер нервный смешок.
Лиам стрельнул глазами в сторону боковой двери.
— Не вздумай вызывать Уилла, — предостерёг Зейн. — Иначе пуля достигнет адресата.
Глаза Эллен стали круглыми от испуга, однако Эстер внезапно поняла: это не боязнь, это участие, и адресовано оно вовсе не дочери. Эллен сострадала Зейну — тому, кто сжимал орудие смерти, готовый в любую секунду обратить угрозу в действительность.
— Делайте, что он говорит, — выговорил Лиам безжизненно. В его голосе не уцелело ни прежней властности, ни самоуверенности — одно лишь осознание собственного поражения и уязвлённое самолюбие. Окан испустил глухой рык, но всё-таки сел на стул, метнув в Зейна полный лютой ненависти взгляд. Этот взгляд сулил скорое и кровавое возмездие.
Эллен медленно подняла ресницы, столкнувшись взглядом с Зейном. В её голосе — вздрагивающем, но упрямом — прозвенел странный вопрос:
— Ты ведь уже пересёкся с ним, верно? Ты состоишь на службе у Князя.
Зейн отозвался коротким смешком.
— Пересёкся? Да мы с ним почти что в покер режемся. — Его рот скривился в косой усмешке, а ладонь резко впечатала пистолет в затылок Эллен. — А теперь шагайте. И без резких движений.
— Принцесса… — Лиам беспомощно вытянул руку к жене, в его зрачках захлёстывало отчаяние.
— Всё обойдётся, — шепнула Эллен, пытаясь удержать спокойствие. Была ли она на самом деле храбра, или безупречно отыгрывала роль, оставалось неясным.
— Оснастили его этой проклятой железкой, — пробормотал Лиам, — будто он терминатор.
— О, до терминатора мне далеко, — парировал Зейн, устремляясь к выходу и увлекая за собой Эллен. — Я скорее «бюджетная версия». Даже руководство к оружию по-китайски — поди разбери.
Зейн сжал Эстер ещё крепче, притянув к себе.
— Уходим. Поищем другой способ докопаться до истины. Менее опасный.
Эстер оцепенела, судорожно вцепившись пальцами в его рукав.
— А что, если… они взаправду хотят переговорить? Быть может, мы сами наводим излишние сложности?
— Могу гарантировать, до реальных сложностей мы пока и близко не добрались, — жёстко отрезал он.
— Тщетно! — взорвался Лиам. — Его мозги выдраены до такой степени, что в них можно зеркало вешать! Ты никогда не узнаешь правды о ней, слышишь?! Ты обречен вечно блуждать в потёмках!
— Всё это забавы Князя, — тихо произнесла Эллен, и в её голосе сквозила глубокая скорбь. — Он непревзойдённый мастер ломать людей. Умеет убеждать. Обращает могучих в безвольных марионеток…
— Мы ещё свидимся, — ледяным тоном бросил Зейн, увлекая их к лестнице.
— Это была угроза?! — прокричал Лиам им вслед. — Запомни: тебе не уйти от встречи со мной! С нами! Она неминуема!
Зейн швырнул через плечо короткую усмешку.
— Отпечатай это на футболке.
Ступень за ступенью они спускались вниз. Эллен всё так же служила живым заслоном. Эстер ощущала, как кровь барабанит в висках, точно сводя с ума. В любое мгновение из боковой комнаты мог вынырнуть Уилл, грянет выстрел — и финал. Но кругом стояла могильная тишина. Тётушка тоже словно испарилась — никаких следов.
Эллен нарушила молчание, и в её голосе зазвенела отчаянная мольба:
— Вы обязаны помешать им его отыскать! И ни в коем случае не ищите встречи с Князем! В первую очередь ты, Эстер! Это гибельно! Понимаешь? Гибельно!
— Постой… — вымолвила Эстер почти беззвучно. Она застыла, обернувшись к матери, в чьих глазах стояли слёзы. — С чего ты взял, что они нас обманывают, Зейн? Разве я не заслуживаю их выслушать? Узнать, в чём их истина?