Страница 127 из 157
— Вообще бред! — мгновенно завёлся Сенмут, заливаясь краской до корней волос. — Да мы толком и не видимся никогда! Босс всё время в отлучках по каким-то засекреченным миссиям. Возвращается и сразу утыкается в свои таинственные бумаги. Или, допустим, плюхается на диван, гипнотизирует потолок и выискивает там невидимые шифры. А иногда сценарий ещё веселее: вваливается эта Фируз и заводит бесконечную нудятину! Хорошо что босс её сразу с порога погнал к чертям.
Голос парня зазвенел такой неподдельной горечью, что Эстер еле сдержала порыв кинуться его обнимать.
Сунан в ответ лишь скептически хмыкнула.
— Опять двадцать пять, эта ваша Фируз… — пренебрежительно фыркнула она, скрещивая руки и застывая с абсолютно нечитаемым лицом. Вдруг глаза её распахнулись в запредельном испуге. — Погодите… Что, если эта змеюка как раз с ним в Мармарис и двинула?! Естественно, строго по «секретному заданию»!
Сенмут замахал руками с таким остервенением, будто отбивался от целого роя ос.
— Да ну, бред собачий! Просто буйная фантазия! Угомонись уже, актриса погорелого театра!
Эстер словно в пол вросла — глаза тут же заволокло влагой.
— Эсси, выкинь эту дурость из головы, — тут же кинулся успокаивать её Сенмут, пытаясь сбить накал. — Я же сказал, она только на пороге появилась, как Зейн её послал... Она конечно не собиралась уходить, но босс заставил её выпроводить, что мы и сделали.
— Может, ты специально от меня всё прячешь? — не унималась Эстер, буравя его взглядом, полным обиды и подозрения.
— Ради чего? Какой мне интерес?
— Потому что он твой босс! — взорвалась Сунан. — У вас там волчья стая: друг друга не сдаёте, прикрываете любые его фортеля, а моей дорогой подруге вешаете лапшу на уши! Но я не дам этому самодовольному ходоку разнести сердце Эсси в клочья!
— Эсси и мне подруга, если ты запамятовала! — завёлся Сенмут. — С чего ради я стану ей заливать про босса, прекрасно зная, как ей будет паршиво? Скорее уж сам себе язык вырву!
— Да там всё дело в другом… — Сунан запнулась на полуслове, лишь зло фыркнула и пнула ногой пустоту.
Эстер безнадёжно пыталась протиснуться сквозь их крики, в ужасе представляя, что ещё секунда — и оба схватятся за что попало, однако глаза сами собой скользнули на циферблат.
— Чёрт! Я же пообещала господину Бильге вернуться сию секунду, — она рассеянно зацепила взглядом собственное отражение в зеркале, висевшем в коридоре Академии прямо у пыльного полотна в массивной раме. — Чёрт, нет, — в ужасе выдохнула она, впившись в себя глазами. На скулах вспухли и заалели два идеально круглых пятна. — Похоже, меня обсыпало аллергией… на враньё и предательство!
Сунан мгновенно оценила её описание:
— Да у тебя гнев буквально проступает алыми кляксами. А взгляд-то? Небось, мечешь молнии, как василиск?
Эстер снова впилась глазами в зеркало.
— Ну, примерно. Форменная Беллатриса Лестрейндж из «Поттерианы», вылитая Хелена Бонем Картер. Жуткое, честно говоря, зрелище.
— Так это же кайф! — Сунан одобрительно шлёпнула её по спине. — Заходи внутрь и аннигилируй их одним своим видом. По рукам? Пусть эти наглецы уяснят, кто тут держит корону!
Эстер пару раз кивнула, твёрдо решив внутри, что сыграет по её указке.
На душе слегка распогодилось, однако холодная вода из крана в женском туалете так и не справилась ни со злостью, ни с упрямыми пятнами на скулах.
«Ладно, придётся действовать по ситуации»,
— мысленно заключила она.
Профессор Бильге — преподаватель Теории и практики минералов и драгоценностей в оружии, ректор Академии и уважаемый член Совета — ждал её с безупречной дипломатической выдержкой. Если старик и ломал голову, куда подевалась студентка, лицо его оставалось гранитным.
— Ты как, Эстер, цела? — проговорил он тепло, встречая её прямо у дверей старого корпуса.
— Совершенно, господин профессор, — выжала она улыбку настолько искреннюю, насколько это вообще было возможно, и заглянула в проём. Внутри ни Сунан, ни Сенмут не маячили.
«Похоже, я умудрилась опоздать, и они уже слиняли»,
— разочарованно щёлкнуло в голове.
— Просто срочно требовалось... э-э-э... чуть припудрить щёки, — с запинкой выдала Эстер.
Господин Бильге улыбнулся уголками губ — понимающе, без единого лишнего слова. Семьдесят с большим хвостиком лет угадывались в нём исключительно по вееру морщинок, что расходились от губ и глаз; ничто иное не продавало возраста. Блестящая, словно лакированная, лысина жадно ловила каждый луч света, и весь профессор вдруг напоминал идеально отшлифованный шар для боулинга.
Улыбка сама собой разлилась по лицу Эстер. Взгляд господина Бильге работал как безотказный ключ — поворачивался внутри, и паника отключалась.
— О, сейчас это последний тренд, — кивнул он, мазнув пальцем в воздухе у её пылающих щёк. — Румяна в стиле «ярость на максимум».
Бильге заботливо протянул ей раскрытую ладонь.
— Пойдём, боевая моя, — негромко и очень тепло сказал он. — Совет уже поставлен в известность: ты входишь в число студентов, которых мы будем периодически дёргать на тайные вылазки. Исключительно ради Ордена Альентара, естественно.
Эстер удивлённо вздёрнула брови:
— А Фируз тогда зачем? Она же главная звезда Академии. Даже в мыслях не держала, что выбор упадёт на меня. Да и пары никто не отменял…
Господин Бильге позволил себе короткую усмешку.
— Скажем иначе: твоё отсутствие сыграло мне на руку, и я заверил Совет, что сегодня лекции тебе посетить, увы, не светит. Не переживай, мы полностью одобряем эти… пропуски. В разумных рамках, конечно, и строго при условии, что они нужны для миссий Ордена.
Бильге, старый союзник! Единственный, кому на самом деле было не всё равно, — во всяком случае, Эстер свято в это верила. Пожалуй, выбирайся она на «охоту» чаще, и злость выгорала бы заметно быстрее. Одни избивают боксёрскую грушу, другие насилуют себя в спортзале — чем её способ хуже? С другой стороны, без саркастичного прищура Зейна сегодня можно было бы и прожить… или всё-таки нет?
Бильге с лёгкой грацией подставил ей локоть.
— Мармарис уже заждался, Эстер.
Она без раздумий ухватилась за него — с таким же слепым доверием, с каким держалась бы за деда. Но вдруг смысл фразы полоснул по сознанию.
— Погодите, Мармарис? — выдохнула она, впившись в профессора ошарашенным взглядом.