Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 124 из 157

Шевеление за спиной просигналило Эстер: охранник Арслана перешёл в боевую готовность. Она отреагировала без заминки — с лязгом отбросила стул, выбила опорную ногу противника и отправила его грохнуться на пол. В ту же секунду её пальцы сомкнулись на пистолете, закреплённом у того на поясе, и, пока оглушённый бугай приходил в себя, она невозмутимо выпотрошила обойму, усеяв дорогущий персидский ковёр россыпью пуль.

Она перехватила взгляд Зейна. Без колебаний.

— Кажется, я упустил одну деталь: Эстер — та ещё коробочка с двойным дном, — усмехнулся Зейн, выпрямляясь и становясь бок о бок с ней.

— Господин Атеш, играть с вами было искренним удовольствием, — чеканно выговорила Эстер.

По лицу Арслана скользнула незримая перемена. В его голосе, когда он заговорил, ярость уступила место ледяному спокойствию.

— Это всего лишь игра, Эстер. Выигрыш или проигрыш значения не имеют. Не нужно воспринимать происходящее так трагично — ни вам, ни ему.

Слова ещё висели в воздухе, а напряжение уже испарилось. Эстер снова встретилась глазами с Зейном. Край его губ еле заметно дёрнулся.

— Да уж, карточная партия — чистая формальность, — промурлыкал он. — Но однозначно поездка вышла стоящей.

Когда они шагнули за порог казино, небо уже пылало алыми всполохами восхода. Отражённое в зеркальных панелях небоскрёба солнце превращало здание в гигантский костёр, будто полыхало всё вокруг. Эстер перевела дух, заметив рядом парковую зону.

— Похоже, мы оторвались, — выдохнула она. — Сколько их там осталось ждать команды, которая так и не поступила?

По губам Зейна скользнула мимолётная ухмылка, а в зрачках мелькнул хищный блеск.

— С чего ты взяла, что за дверью безопасно, искорка? Люди Кришта по-прежнему пасут нас. И да, на крышах работают снайперы. С обоих флангов. Нравится идея — встречать утро в кольце теней?

Говорил он совершенно спокойно, без тени волнения.

— Не могу сказать, что это привычное для меня начало дня, — отозвалась Эстер, чувствуя холодок на коже.

Они устроились на лавочке под багряником. Эстер с аппетитом жевала бутерброд, будто ничего экстраординарного не случилось. Сквозь плотную крону пробивались тёплые лучи, ветер приносил дурманящие запахи цветущей весны. Розовато-лиловые соцветия мерно раскачивались, рисуя картинку почти нереального спокойствия.

— Как бы меня ни радовала эта передышка, тот тип, что изображает пробежку, — он ведь тоже наблюдает за нами? — спросила Эстер, не отрывая глаз от мужчины в спортивной форме.

— А ты наблюдательна, — протянул Зейн. — Только охота идёт не на одного меня, искорка. И кстати, для девушки из приличного общества ты на редкость жёстко разобралась с охраной Атеша. Ты совсем их не жалела.

— Меня пытались прикончить — какие уж тут варианты! — вспыхнула Эстер и тут же пожалела, что не сумела скрыть замешательство. — Но твой совет пошёл в ход. Удары стали… уверенней.

Зейн сверлил взглядом её ладонь.

— Всё, чему научилась, сразу применила, — голос стал тише, взгляд поплыл. — Твои преподаватели из Академии за тебя бы порадовались.

— Мне хочется, чтобы ты радовался, — ляпнула Эстер и запоздало попыталась исправиться: — Ну, как наставник… естественно…

Она отвела взгляд и ощутила, как щёки заливает предательским жаром.

— Твои желания светятся ярче неоновой рекламы борделя, — протянул Зейн, и насмешка в голосе сочилась елеем. — Озвучивать их совершенно не обязательно.

— Кажется, они стягивают кольцо вокруг парка, — тут же переключилась Эстер, кивая на группу в тёмных костюмах, которые перегораживали аллеи. — Погоня.

— Отлично, — в интонации прорезалось удовольствие охотника. — Разделаемся со всеми за раз.

— Погоди, здесь полно случайных прохожих, — встревожено бросила она, глядя на мам с колясками и пожилые пары, что неспешно бродили по дорожкам. — Лучше уйдём. Посторонним доставаться не должно.

Зейн обернулся, задержал на её лице долгий взгляд и поднялся со скамьи.

— Ну конечно, как я мог забыть — ты же главная заступница всех обездоленных Стамбула, мисс Эстер.

— И почему твой голос превращает это в откровенную издёвку? — девушка сдвинула брови.

— Я ни капли не шучу, искорка, — откликнулся Зейн с лукавой усмешкой. — Могу лично проверить твою… крылатость.

Тени в парке соблюдали дистанцию, но кольцо неуклонно сжималось.

— Ты же мог рвануть в свою Зону S сразу, как мы вышли из казино, — в тоне Эстер звучал упрёк. — Зачем понадобилось устраивать завтрак посреди парка, битком набитого наёмниками?

— Я вижу зелень в основном на купюрах, — хмыкнул он. — Вот и захотелось оттянуться. Воздух, птичьи трели… Почти идиллия.

— У вас там что, вообще ничего не растёт? — изумилась Эстер.

— В Зоне S всё искусственное, — Зейн поднял взгляд к небу. — Пальмы из пластика, розы из шёлка. Красота выверенная, но дохлая. Живое от неживого отличишь, только лизнув. Не вздумай пробовать.

Он прислонился к капоту Ламборгини, продолжая разглядывать кроны.

— Наверное, деревья в культурном шоке, — усмехнулась Эстер. — Кто-то готов подставиться под пули, лишь бы на них поглазеть.

В ответной улыбке Зейна мелькнуло лукавство.

— За окном май, искорка. Что сравнится с майским солнцем и цветущими ветками? И чем эти ребята так опасны? Просто добавочная доза адреналина.

Он взял её за руку и неторопливо подвёл к распахнутой дверце. Прикосновение — почти невесомое, но обожгло кожу. Усадил, старательно пристегнул ремень, и его пальцы на миг замерли возле её шеи.

Урус взревел пробудившимся зверем и сорвался с места, оставляя погоню далеко позади. Зейн выжимал бешеную скорость, филигранно проскальзывая в потоке. Но Эстер словно не замечала риска. В мыслях застыло только одно — его близость, тепло его ладони, всё ещё живое на коже. Безумная гонка по Стамбулу меркла перед этим мимолётным касанием.

Зал наполняли глухие, ритмичные шлепки по боксёрской груше. Зейн шагал к рингу, попутно выслушивая рапорт Сенмута.

— Шеф, Аль-Хакан запрашивает встречу на завтра, — докладывал тот, стараясь держаться в ногу. — Прозрачно намекнул, что тема — Кришт.

— И кто посмел оккупировать хозяйский ринг? — проворчал Доран, толкнув напарника локтем.

— Ты совсем ослеп, дубина? — Сенмут закатил глаза, иронично изогнув бровь.