Страница 122 из 157
— Мой организм категорически против аппендицита, Эстер, — ответил Зейн, даже не повернув головы и не отлепляя взгляда от ночных светил. — Перебрать с омарами и стейками — вернейший билет в хирургию. А мне предстоит провернуть ещё массу дел, требующих кристальной ясности ума и железного здоровья.
— Этот арсенал принадлежит тебе? — окинув комнату любопытным взглядом, спросила Эстер.
— Всего лишь фрагменты моей антикварной коллекции, — обронил Зейн небрежным тоном, будто речь зашла о пустяковых сувенирах.
Эстер, неспешно перемещаясь по комнате, внимательно изучала виниловые пластинки, украшавшие стены. Подборка почти целиком состояла из классики — в конвертах теснились Бах, Бетховен, Моцарт, Чайковский. Инструменты сверкали безупречным уходом.
— Если одолеет скука, внизу масса способов развеяться, — произнёс Зейн, даже не обернувшись.
Блондинка мотнула головой и опустилась на дальний край дивана, намеренно сохраняя между ними приличный зазор.
— Нет, честно говоря, всё это напоминает мне сборку головоломки повышенной сложности, Зейн. И мне позарез нужно сложить картинку до последнего фрагмента.
Он отставил бокал, чуть повернул голову и небрежно пригладил рыже-красные пряди ладонью.
— Мне почему-то кажется, что недостающих фрагментов у тебя ещё многовато, — загадочно обронил он.
— Только что я откопала ещё один, — она кивком указала на его шею, которую он как раз запрокинул. — Заметила, что, оставшись в одиночестве, ты то и дело откидываешь голову. У тебя затекает шея? Или так пытаешься сбросить напряжение?
— Охотницы нынче подрабатывают врачами? — иронично поинтересовался он, растирая переносицу.
Неожиданно Зейн ухватил Эстер за голову и потянул книзу, вынуждая её принять весьма неловкую позу.
— Ты что вытворяешь?! — возмутилась она, пытаясь высвободиться.
— Посиди в такой позе часок и сама догадаешься, зачем я это делаю, — усмехнулся он.
— Потому что привык глядеть на всех с высоты своего роста? — предположила Эстер, кивая на его внушительную фигуру.
Зейн в ответ лишь неопределённо пожал плечами, вертя в пальцах крохотную серебряную монетку.
«Выходит, быть таким рослым не всегда большое преимущество…»
— пронеслось в голове у Эстер. Эта невесомая деталь по необъяснимой причине вдруг лишила Зейна ореола холодной неприступности, сделав его гораздо ближе и понятнее, чем прежде.
Тут в дверь постучали, и следом раздался знакомый низкий голос Дорана:
— Босс, звонил Арслан. Интересуется, когда ты почтишь игру своим присутствием. У него всё готово, стол накрыт, не хватает только вас.
— Не теряет времени даром, — негромко, с оттенком усталости произнёс Зейн, будто ему мучительно не хотелось никуда выбираться.
Эстер моментально распрямилась.
— Я могу пойти с вами? — спросила она с надеждой в голосе.
— Ты ведь понимаешь, что это не тот картёж, за каким коротают вечера пенсионеры в сквере, — скрестив руки на груди, он оценивающе посмотрел на неё. — Ставки совершенно иного порядка. И правила тоже.
— Именно поэтому это идеальный шанс доказать тебе мою состоятельность, Зейн, — твёрдо отрезала она, не отводя взгляд.
Уголок его губ едва заметно дрогнул в усмешке, пока он поднимался с дивана, явно собираясь на выход.
— Ты ведь не остановишься, пока не продавишь своё, так, искорка? — вздохнул он. — Очень надеюсь, что впоследствии не увижу раскаяния на твоём лице.
Подкинув монету в ладони, словно ставя последнюю точку в принятом решении, он метнул её в сторону стоявшего у дверей Дорана.
— Обеспечь ей место за столом, — скомандовал Зейн, направляясь прочь из комнаты.
— Будет исполнено, босс, — отозвался Доран, поймав монету и бросив на Эстер короткий, слегка озадаченный взгляд.