Страница 78 из 117
Мысли неслись вскачь, тяжесть лука давила на ладони, палец завис над тетивой. Я могла закончить всё прямо сейчас. Всё — предательство, боль, месть, которую я была должна Даре и этому экипажу — всё могло закончиться одним выстрелом. Стрела уже была на тетиве, мышцы напряжены, готовые в любой момент дать ей свободу.
Но все же… мои руки дрожали.
Поток эмоций захлестнул меня, и я чувствовала, как сердце бьется неровно, быстрее, чем когда-либо. Я знала, что должна выстрелить, и все же медлила. Расстояние между нами растянулось, став бесконечным, словно пропасть, через которую невозможно перепрыгнуть.
Мой голос, когда он наконец вырвался из горла, прозвучал яростно, подобно раскату грома над волнами:
— В следующий раз, когда ты окажешься перед моей стрелой, я выстрелю. Поэтому, прошу, не приближайся ко мне.
Это было обещание, выжженное в самом воздухе между нами.
Его лицо исказилось — глаза расширились, шок и неверие смешались с чем-то другим, чем-то более темным. Его челюсть сжалась, и я видела невысказанные слова на его губах. Человек, которого я когда-то любила, как самого близкого друга, теперь стоял передо мной как враг, и тяжесть этого осознания обрушилась на меня. Его выражение лица было воплощением боли, страха и вызова.
Он не ожидал этого, я видела. Но и я не ожидала, что он пронзит сердце Дары, а вместе с ним — и мое.
С резким выдохом моя хватка окрепла, и я выпустила стрелу. Она пролетела, словно вспышка молнии, прямо к цели — руль раскололся под ее напором, аккуратно разломившись надвое.
«Правосудие Короны» застонало, скорость его упала, корабль замедлился до черепашьего хода, а Диего все еще не сводил с меня глаз. Но передышка была недолгой. На палубе «Короны» я заметила внезапное, суматошное движение — люди готовили пушки. Звук скрежета металла и перекатывающихся бочек разнесся над водой. Я знала, что последует дальше.
«Ребекка» все еще была в зоне поражения — достаточно близко, чтобы их пушки разорвали нас на части.
Не раздумывая, я развернулась и рванула к палубе, мой голос дрожал от отчаяния, когда я кричала к небесам и водам:
— Таласса! — мой голос звучал надрывно, умоляюще.
Я упала на колени от накопившейся усталости, глаза горели, руки были подняты, словно я просила сам океан ответить мне. Потому что именно это я искала. Ее ответ.
— Скажи мне, что делать, — прошептала я.
За спиной я слышала замешательство экипажа, но затем, внезапно, голос Калико слился с моим, глубокий и властный, когда он ворвался на палубу, и в его глазах вспыхнула та же неотложность.
— Вентус! — взревел он, глядя в небо. — Наполни паруса! Наполни наши паруса!
Ветер начал подниматься, сначала едва заметный, но быстро становясь сильнее. Я чувствовала это: воздух сгустился от чего-то могущественного и древнего. Море вокруг нас забурлило, течения изменились.
Сердце подпрыгнуло — они услышали нас.
Но угроза оставалась близко. Грохот заряжаемых пушек донесся с «Правосудия Короны». Я оглянулась как раз в тот момент, когда прогремел первый выстрел — оглушительный рев разрезал ветер.
На долю секунды показалось, что на этом все закончится, что ядро прошьет наш корабль насквозь, но затем, словно энергетический взрыв, «Ребекка» рванулась вперед. Ветер завыл в ее красных парусах, а море завихрилось подо мной, унося нас прочь с невероятной силой.
Ядро ударило в воду прямо за нашей кормой, взметнув в воздух гигантский столб брызг, но «Ребекка» была уже далеко, несясь вперед так, словно к ее парусам прикоснулись сами Боги.
Я все еще стояла на коленях, глядя в изумлении, как корабль летит по волнам, а далекая фигура Диего и «Правосудие Короны» уменьшались позади, лишенные сил, чтобы помешать нашему бегству.
— Аластер, — услышала я голос капитана за своей спиной; его тон был таким же, как в храме, словно он искал ответов.
— Похоже, мой капитан, — ответил Аластер, — что сама Смерть наконец-то услышала их молитвы.