Страница 48 из 117
Глава 25
17
Там, где танцуют волны, ждет тьма
— Карта! — взволнованно выпалила я, распахнув дверь каюты. — Мне нужна ваша карта.
Меня встретили два пары глаз. Капитан Пирс и Аластер стояли у стола, уставившись на меня так, будто я прервала что-то очень важное.
— Простите, я не хотела…
Смех Аластера прервал мои извинения, когда он потянулся к двери. Он обернулся к капитану и сказал:
— Я разберусь с этим. — Затем он посмотрел на меня с любопытной улыбкой. — Думаю, будет хорошо, если сначала вы дадите нам направление, мой капитан. — С этими словами он кивнул ему в знак согласия и вышел из кормовой каюты.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но капитан Пирс поднял руку, останавливая меня, словно почувствовал, что я собираюсь извиняться снова.
— Что это? — спросил он, указывая той же рукой на стол.
Я опустила взгляд и, смутившись, увидела глобус из розового золота, который я взяла ранее в лавке Раака.
— Ох.
— Да. Действительно, ох.
— Я разбила один из ваших глобусов, — быстро оправдалась я.
Я начала нервничать: он просто стоял и смотрел на меня в полном молчании. Он ведь наверняка помнил, да?
— Совсем недавно, когда я пыталась… хм… я уверена, что на полу всё еще остались осколки от того раза, когда…
— Я помню, — его глаза тронула ироничная улыбка. — Довольно отчетливо.
— Я просто… я увидела его и подумала…
— Он розовый.
— Ох.
— Да. Действительно, ох.
Он улыбнулся — мягкой, искренней улыбкой, которая достигла его глаз, заставив их засиять таким теплом, что это застало меня врасплох. Я вспомнила чувство вины, неловкие извинения и то, как сжималось сердце при мысли, что я испортила дорогую ему вещь. А он просто улыбнулся.
— Если он вам не нравится, я могла бы просто… — я прикусила губу, чтобы не улыбнуться, когда увидела, как он взял его со стола и поставил на одну из полок рядом с другими глобусами.
Мой взгляд скользнул по полке: коллекция глобусов в сепийных тонах, аккуратно выстроенных в ряд, каждый из которых представлял собой карту Четырех Королевств Маретиса в выцветших коричневых и пыльно-желтых цветах. И тут глобус из розового золота выделился, словно маяк: его теплые, нежно-розовые оттенки мягко светились на приглушенном фоне остальных. Он выглядел неуместным, и в то же время идеально вписывался. Я больше не могла сдерживаться; вид этого глобуса заставил меня улыбаться как дурочку, сердце наполнилось смесью нежности и чем-то еще. Словно кусочек меня теперь принадлежал его миру.
— Вы могли бы просто…? — спросил он, не оборачиваясь, пока ставил глобус.
— Я могла бы просто перекрасить его в другой цвет, может быть.
Он отряхнул руки и обернулся ко мне:
— Какое скучное заявление.
Я снова почувствовала это — неконтролируемое подергивание уголков рта. Как бы я ни пыталась подавить улыбку, она продолжала расползаться, становясь всё шире и ярче, пока я не почувствовала, как всё мое лицо заливает краска.
— Ты улыбаешься, — мягко сказал он с нескрываемой ноткой веселья в голосе.
Теперь я почувствовала, как жар поднимается к щекам, растекаясь, словно пена на гребне волны, и наверняка превращая лицо в оттенок розового, который я не могла скрыть. Неужели я улыбаюсь так широко? Боги, смущение только заставляло улыбку становиться всё упрямее.
— Ты часто это делаешь. — Он потянулся к столу и открыл один из ящиков, что-то разыскивая.
— Улыбаюсь? — спросила я.
Он поднял взгляд из ящика с ухмылкой:
— Краснеешь, как освещенный солнцем коралловый риф.
Мои глаза расширились от удивления — я определенно этого не ожидала. Он часто смотрел на мое лицо. Почему он всё время так пристально глядел?
Звук карты, упавшей на стол, вырвал меня из внутреннего замешательства.
— Итак, — сказал он, разворачивая карту и прижимая её углы ракушками, которые лежали на столе. — Мы уже знаем, продолжать идти прямо, повернуть на левый борт или на правый?
— Это именно то, что я хотела вам сказать. — Я уверенно и решительно подошла к столу.
Я поставила указательный палец на карту, прямо на остров Исла Лоро, пытаясь вспомнить то, что видела ранее в видении.
— Это что-то новое, — пробормотал он прямо у меня за спиной.
Я обернулась, чтобы спросить, что он имеет в виду, но не успела раскрыть рот, как он добавил:
— Твой палец. У него морской змей.
— Да, — я улыбнулась, коснувшись пальца другой рукой. — Мне она очень нравится.
— Правда? Или это Эфрен уговорил тебя? Может, Эла?
— Нет, я действительно хотела её сделать. Это решение, которое я приняла сама. Может, это не похоже на мой стиль или на то, что я обычно делаю, но я правда в восторге.
Он усмехнулся и потянулся к другому краю стола:
— Кстати, это именно твой стиль.
Я подняла на него взгляд, нахмурившись от недоумения, а он, заметив мое замешательство, пояснил:
— Я имею в виду — это твой стиль. Он тебе идет. Очень… — он посмотрел на мою руку, — очень идет.
И, разумеется, я не могла не заметить, как мои щеки снова вспыхнули — тепло прилило к лицу, как течения, несущие морскую фауну к берегу.
— Видишь? — прошептал он. — Снова краснеешь.
Боги, я была смущена до крайности. Он изучал мое лицо с такой точностью и сосредоточенностью, какую я видела только у дворцовых астрономов, когда они пытались расшифровать положение звезд. И вдруг он улыбнулся, словно читал мои мысли и ему нравилось то, о чем я думала.
Карту, Леди Любовь.
Точно. Простите.
— Эм… — я откашлялась и положила руку на карту. — Я видела её, — сказала я, словно совершила невозможное. И, честно говоря, отчасти так оно и было.
— Я знаю, — сказал он с понимающей ухмылкой и приподнятой бровью.
— Нет, я имею в виду, что видела карту. — Я смущенно уставилась на него. — Не просто проблески острова и Завесы Талассы, как в таверне — хотя теперь я видела и их, — а карту. Ту самую карту, с начертанной на ней линией. Светящейся линией, которая пересекала острова и рифы, изученные романтиками.
Пытаясь закончить свой сбивчивый рассказ, я подняла взгляд и обнаружила, что он смотрит на меня с улыбкой, которая, казалось, озаряет все его лицо. Его глаза были устремлены на меня с ясностью, от которой сердце забилось чаще, а их глубина одновременно успокаивала и обезоруживала.
— Как направление, — закончила я, и мои слова повисли в воздухе, словно шепот.