Страница 42 из 117
— Простите, я правда не хотела прерывать.
— Она сделала это снова, — произнес он ироничным тоном.
— Ты невыносим, — Эла Сокровище закатила глаза. — Пойдем, Розовая Стрела. Мы пойдем в другое место, — объявила она и зашагала прочь.
— Погоди!
Она остановилась, заслышав голос Раака.
— Розовая Стрела? — переспросил он.
Эла Сокровище кивнула.
— Боги. Это весьма любопытно, — он смерил меня взглядом с ног до головы. — Было бы неплохо, если бы легенда надела одно из моих платьев.
— Значит, ты впустишь нас? — спросила Эла Сокровище, медленно приближаясь к нему.
Он кивнул, и Эла Сокровище подмигнула мне, беззвучно прошептав губами: «Мужчины». После этого мы начали движение к магазину.
Мимо проходили люди, но даже отсюда мои глаза выхватили вспышку цвета, выделявшуюся даже на фоне ярких прилавков и шумных улиц, будто сама лавка не могла сдержать буйство красок внутри. Витрина была калейдоскопом цветов, рулоны ткани всех мыслимых оттенков драпировали вход, словно приветливое объятие. Насыщенные фиолетовые, глубокие синие и огненно-красные тона смешивались с более мягкими пастельными, создавая живое полотно, танцующее на океанском ветру. Над дверью плавно покачивалась расписанная вручную вывеска, буквы «Нити Мореплавателя» были выведены элегантным золотым шрифтом, поблескивавшим на солнце. Когда мы подошли ближе и Эла Сокровище с Рааком вошли внутрь, я шагнула следом, заглядывая в открытый дверной проем. Внутри было не менее ослепительно — сокровищница одежды и аксессуаров, казалось, мерцала собственной жизнью. Стены были увешаны нарядами, которые выглядели так, будто их награбили со всех уголков Маретиса: шелковые шарфы, расшитые куртки и сапоги, украшенные затейливыми узорами, которые нашептывали истории о далеких землях.
Когда я вошла, я почувствовала энергию этого места, некое притяжение, которое манило меня, заставляя хотеть исследовать каждый уголок, прикоснуться к каждой ткани и, возможно, обнаружить собственную скрытую жемчужину. Это был не обычный магазин — это было яркое, живое существо, отражение пирата, который владел им, и красочного мира, в котором он обитал.
Стоя там и впитывая всё это, я не могла не почувствовать искру возбуждения, словно шаг в «Нити Мореплавателя» был началом нового приключения.
— Коко! — я обернулась на голос. — Коко!
На вершине яркой стойки с шарфами я обнаружила розового попугая, который стал совершенно неожиданным, причудливым пятном в этом и без того красочном магазине. Его перья были мягкого, нежного розового цвета с тонкими белыми полосками и персиковым отливом, который переливался при каждом движении птицы. Глаза-бусинки, яркие и любопытные, казалось, впитывали всё вокруг с игривым интересом. Каждые несколько мгновений он наклонял голову, надувал грудь и каркал удивительно ясным голосом: «Коко! Коко!». Слово снова разнеслось по магазину, его тон был одновременно повелительным и милым, словно попугай пытался напомнить каждому о чем-то важном — хотя что это могло быть, оставалось только гадать. Постоянное повторение птицей «Коко» придавало атмосфере магазина причудливый ритм, звук, который стал почти музыкальным на фоне шороха ткани и редкого позвякивания украшений. Казалось, птица присвоила это единственное слово себе — как мантру или, возможно, имя — и повторяла его с таким энтузиазмом, что я не могла не улыбнуться каждый раз, когда его слышала.
Я подошла к прекрасному розовому попугаю и погладила его по голове указательным пальцем. Перья оказались мягкими, а довольная мордочка птицы согрела мне сердце, поэтому я улыбнулась и прошептала мягкое приветствие.
Я ожидала услышать очередное «Коко», но вместо этого он произнес:
— Красотка!
— Ты ей нравишься, — сказал Раак, стоявший за моей спиной. — Пожалуйста, забери её с собой.
Я рассмеялась от такого приказа:
— Разве она не твоя?
— Она — свободный попугай. Прилетает в магазин днем и ночью, полагаю, потому что её притягивают цвета. Я даже не знаю, что она говорит и чего хочет.
— Мне кажется, она хочет сказать «Ко...» — начала я.
— Кокос! — перебил меня розовый попугай.
Я рассмеялась, а Раак закатил глаза и произнес с иронией:
— Как же замечательно, что вы обе понимаете друг друга. Представь, как она будет несчастна здесь со мной. Тебе нужно забрать её, иначе постоянное сожаление о том, что ты оставила её здесь, съест тебя живьем.
— Перестань шантажировать её, наглец! — Эла Сокровище быстро схватила меня за руку и направила к центру магазина, где у дальней стены стояло огромное зеркало.
Его рама была шедевром тонкой резьбы: на ней были изображены корабли, сражающиеся с яростными волнами, и морские чудовища из пучин. Само стекло слегка помутнело от времени, но всё еще оставалось достаточно прозрачным, чтобы отражать всю комнату. Казалось, это зеркало хранит тайны, показывая не просто отражение настоящего, а намекая на истории и жизни, которые прошли перед ним давным-давно.
— Приливное стекло, — прошептала Эла Сокровище за моей спиной.
Я видела её отражение в зеркале, когда она продолжала:
— Слышала о нем?
Я покачала головой. Я всё еще не могла вымолвить ни слова от того, насколько оно было прекрасным.
— Оно принадлежало древнему астроному, изучавшему Романтический Орден. Считалось, что оно сгорело во время Чистки 1720 года вместе с другими произведениями искусства, но Калико нашел его где-то в Перлспайре. Он сумел восстановить его и подарил мне, когда я только присоединилась к команде. Он сказал, что когда-то это была дверь, скрывавшая пиратство от глаз лицемеров, так что, полагаю, я сохранила его функцию.
Она сделала шаг вперед, схватилась за край зеркала и распахнула его, словно дверь.
Внутри оказалась маленькая комнатка, спрятанная за яркой витриной магазина. Это было похоже на проникновение в тайную сокровищницу, где хранились самые ценные вещи пиратов, и я не могла отделаться от мысли, что с момента прибытия на остров я только и делаю, что нахожу тайные места.
Комната была темным контрастом к живым, хаотичным цветам снаружи. Здесь воздух был пропитан запахом старой кожи, морской соли и слабым металлическим привкусом часто используемого оружия. Стены представляли собой коллаж приключений: они были оклеены древними романтическими картами, и я не могла не задаться вопросом, где они их достали, ведь всё, что было связано с Романтическим Орденом, давным-давно сожгли.