Страница 65 из 116
В исторических сказаниях черт тоже иногда сотрудничает с человеком; хотя в общем он настроен враждебно, однако в своей злобе он не настолько демоническое существо, как в описанных выше ситуациях. Он играет активную роль во многих преданиях об основании и возведении замков. Например, по ночам он переносит строительные каменные блоки таких замков, как Садвар или Краснахорка, на другую гору; однако люди все же находят возможность перехитрить его, и ему так и не удается разрушить построенный ими замок, или мост, или оказавшуюся у него на пути церковь. К последней группе фольклорных произведений относятся предания о так называемых чертовых камнях, особенно популярные в исторических местностях комитата Ваш, а также в горных долинах Северной Венгрии, где они обретают статус местных легенд. Сохранившиеся с доисторических времен системы рвов и каналов, обнаруживаемые в некоторых районах Альфёльда и Секейфёльда, также считаются делом рук черта: он пропахал их за одну-единственную ночь сохой, в которую были впряжены двенадцать волшебных петухов. В комитате Бараня фольклорный сюжет о черте-пахаре связан с горой Надьхаршани. Предание гласит:
Чтобы добиться благосклонности одной тамошней красавицы, черт взялся вспахать за одну ночь целую гору, усеянную скалами. Когда односельчане девушки увидели, что черт, кажется, действительно справляется с работой, они прибегли к хитрости: стали кричать по-петушиному, и черт, решив, что уже наступает утро, пришел в отчаяние, бросил соху и убрался в преисподнюю.
Гравюра. © Иштван П. Сатмари
Сюжеты о том, как человек обманул черта, составляют весьма заметную часть корпуса венгерских народных сказок.
Каталог венгерских народных сказок
отводит этим сюжетам целый отдельный том. Общая особенность этих сказок заключается в том, что находчивый герой каждый раз находит возможность перехитрить черта (чертей), который взял его в услужение, чтобы оставить его в дураках и наказать. Это — центральный мотив и в волшебных сказках категории Сварливые чертенята, которые вдохновляли еще Михая Вёрёшмарти
[90]
[Вёрёшмарти, Михай (1800−1855) — венгерский поэт. В данном случае имеется в виду его поэма-сказка «Чонгор и Тюнде» (1830).]
. Черт как сказочный персонаж — важная фигура волшебных сказок в категории Черт-любовник, варианты которых, ставшие преданиями, обнаруживаются среди поверий о призраках. Черт как искушающий человека и наказывающий его персонаж фигурирует во многих сказочных легендах и притчах. Вот одна из классических типов историй, балансирующих на границе между сказкой и преданием:
Черт, тайком пробравшийся в церковь, записывает на коже буйвола (на медвежьей шкуре) имена тех, кто ведет себя в Божьем храме неподобающим образом. Когда шкура исписана до краев, черт пытается растянуть ее, ухватившись зубами за край, но шкура рвется, и черт стукается головой о стену церкви. Какой-то парень, увидев это, громко хохочет, и черт тут же вносит в список и его имя.
На берегах Малой Кюкюллё
[91]
[Малая Кюкюллё — река в Трансильвании, Румыния; румынское название: Тырнава-Мика.]
, от истока до устья, не было замка красивее, чем Сентдеметер. Еще бы не быть ему красивым, если строили его три вельможных барина: Балажи, Нюйтоди и Чаки. Много-много лет строился этот замок. Пока его возводили, много-много злата и серебра ушло на строительство, но баре, все трое, денег не считали, потому что в подвалах у них злато и серебро стояло бочками: бедный люд трудился на них с утра до ночи, а они с ночи до утра на большой дороге грабили прохожих и проезжих, — короче говоря, строился замок в Сентдеметере на неправедные деньги.
Когда замок был полностью построен, трое бар поделили его на три части. Восточное крыло получил Балажи, западное — Нюйтоди, а то, что смотрело на церковь, — Чаки. И не было в замке празднествам и застольям ни конца ни края. И однажды, когда в замке шел пир горой, появился там нищий монах и стал просить милостыню.
— Вельможные господа, подайте бедному человеку хоть грошик! Именем Бога молю, во славу Бога, ради спасения души вашей. Воистину говорю вам: коли не пожалеете вы милостыни для меня, душа ваша в раю будет обретаться.
Черт. Компьютерная графика. © Дюла Немет
Ох, как захохотали трое вельможных господ, услыхав эту смиренную просьбу. А Балажи поднял золотой кубок и спрашивает у двух других:
— Ну что, братья мои вельможные, хотите в раю обретаться?
— Я еще с ума не сошел, — засмеялся Нюйтоди. — Мне и тут хорошо, зачем мне рай.
— Да и мне тоже, — сказал Чаки. — Пока можно, я тут поживу, а куда потом попаду, мне начхать.
Ни слова не ответил на это монах, лишь взгляд потупил и, печальный, вышел из зала. А вельможные господа еще больше развеселились, стали монаха передразнивать, про Господа непотребное говорить, да кубками чокаться, да хохотать во всю глотку, да кубки снова и снова наполнять. И тут вдруг открывается дверь — и входит уже не монах, а угрюмый великан с черной образиной. И был этот великан сам дьявол.
— Хо-хо-хо, — загремел он, еще не успев войти, — вот эти господа как раз для меня. — А как вошел, не сказал больше ни слова, просто взял всех троих в охапку и унес из замка. А там уже ждут их не меньше сотни чертей с огромным железным плугом. И запряг дьявол троих господ в одну упряжку. Потом взял кнут с медными пряжками, да поднял его, да раскрутил над головой, да гикнул так, что вздрогнула и эхом отозвалась долина Малого Кюкюллё. И вонзил лемех плуга в землю, и хлестнул вельможных господ кнутом своим, и стал их погонять. Гей, веселей, Балажи! Гей, бодрей, Нюйтоди! Гей, поднажми, Чаки!
Что оставалось вельможным господам: напряглись они, что было сил, сдернули плуг с места и потащили его вперед. Пришлось им тянуть изо всех сил, потому что хлестал их дьявол своим кнутом, да так, что кровь текла у них по спине. И пропахали вельможные господа борозду, такую глубокую и длинную, что ее до сих пор видно.
Говорят, не так давно нашли в чертовой борозде ужасно длинный лемех. А еще говорят, лемех этот — от того чертова плуга
[92]
[Benedek Elek: Erdélyi népmondák. Cluj-Kolozsvár, 1926, Minerva Irodalmi és Nyomdai Műintézet Rt., 43.]
.