Венгерский бестиарий

Демоны природы (Дикая девка). Линогравюра. © Иштван П. Сатмари

Х

отя мир венгерских народных верований — если сравнить его с аналогичным миром других европейских народов — относительно небогат на лесных и других природных духов, изучение эрдейских поверий все-таки позволяет найти и таких персонажей. Общее в них — то, что они обитают в природной среде, а в человеческие поселения не заходят или заходят лишь в самых редких случаях. Отсюда уже должно быть понятно, что к людям они относятся не враждебно, если же их действия наносят ущерб человеку, то вызвано это нарушением людьми каких-либо запретов, проявлением неуважения к природе и тем более намеренным нанесением вреда ей.

О том, что когда-то в венгерском фольклоре подобных фантастических существ было больше, свидетельствуют, например, заметки поэта Миклоша Зрини

[144]

[Зрини, Миклош (1620–1664) — венгерский поэт, военачальник, государственный деятель, автор эпической поэмы «Сигетское бедствие».]

: он пишет о живущем в Эрдее травоядном «лесном чудище», которое выглядит как приземистый человек с диким взглядом и покрытым длинной шерстью телом; существо это бродит в горах, близ ледников, охраняя лес и зверье. Разбросанные упоминания этого или подобного существа встречаются в записях фольклорных текстов еще на рубеже XIX–XX веков; чтобы заручиться добрым отношением «чудища», лесорубы и охотники регулярно оставляли ему мелкие подарки.

Во многих отношениях похож на него — тоже упоминаемый в Эрдее — дикий старец, который достойного человека может привести к кладу, но наказывает, например, лесорубов, если те ведут себя непочтительно, дразнят его. Вот почему, когда упавшее дерево в лесу придавит человека, в Эрдее говорят: «Это дикий старец его приласкал». А в одной истории рассказывается о том, как дикий старец выполнял за лесорубов их тяжелую работу, а те, обедая, каждый раз оставляли для него в лесу кусочек мяса и глоток вина. Однажды лесорубы, решив схитрить, вместо вина оставили дикому старцу воду, и он, разозлившись, уничтожил в той местности все виноградники, — вот почему в Калотасеге с тех пор не растет виноград.

Согласно рассказу, записанному в Гёргеньювегчуре

[145]

[Гёргеньювегчур — село в Трансильвании; румынское название: Глэ­жерие.]

, в окрестностях села, в чаще леса, есть дерево, которое называют

тапио

[146]

[Интересно, что в карело-финской мифологии есть божество (лесной дух), имя которого — Та­пио. Он считался по­кровителем лесных промыслов; лесорубы оставляли ему на пнях мелкие подарки. Изображали его похожим и на человека, и на дерево.]

; оно сплошь заросло мхом, как бородой, и в нем, считают жители деревни, живет «человек».

Чтобы лесной дух, живущий в дереве, был доброжелателен к людям, жители деревни, попадая в лес, оставляют у дерева кусок хлеба. Срубить дерево или нанести ему вред — об этом никто и думать не хочет: даже если всего лишь сломаешь ветку или тем более воткнешь в ствол топор, из раны потечет кровь.

В нескольких независимых друг от друга источниках говорится о том, что в эрдейских лесах живет еще одно странное существо, лесной стрелок: сверху до пояса — человек, а ниже пояса — лань или лошадь (как древнегреческий кентавр); скачет оно так быстро, что никто не может его догнать. Стрелком же его называют потому, что в руках у него большой лук со стрелами; тот, в кого попадет его стрела, засыпает и спит несколько месяцев.

Еще в Эрдее говорят о волосатых дикарях. В Харомсеке

[147]

[Харомсек — исторический комитат в Трансильвании; румынское название: Треи Скауне.]

существует легенда, что в тамошних горах, близ ледников, живет дикарь огромного роста. Есть несколько исторических источников, в которых утверждается, что в окрестностях города Брашшо

[148]

[Брашшо — румынское название города: Брашов.]

, в горной местности, когда-то давно поймали дикаря; по одной из версий, он попал в лес ребенком и выжил, но совершенно одичал, так что к приготовленной на огне пище его не смогли приучить даже в неволе

[149]

[Возможно, специалисты по английской литературе установили уже, что Редьярд Киплинг, создавая своего Маугли, опирался на индийский фольклор.]

.

У секеев существует легенда (первым ее записал еще Мор Йокаи)

[150]

[Йокаи, Мор (1825−1904) — венгерский писатель-классик, автор большого количества очень популярных и в наши дни романов, виртуозно, с любовью умевший рассказывать и о знаменитых исторических личностях, и о простых людях, о венгерском быте, о венгерской старине.]

, что в Хомородалмашской пещере живут мелкие, голые, с грубой кожей и большими ушами

майомберы

[151]

[Майомбер — слово-гибрид: majom (венг. «обезьяна») и ember (венг. «человек»). Пожалуй, мож­но перевести, например, так: чело­зьяна.]

; если одного из них местные крестьяне, поймав, приводят в деревню, все племя

майомберов

приходит его выручать, чтобы он мог вернуться в привычную среду.

По всей вероятности, из верований румын, живущих в Эрдейских горах, просочился в фольклор венгров комитата Алшо-Фехер мифический персонаж, который называют лесной матерью, лесной королевой, но чаще — румынским именем

mama păduri

. Это — ярко выраженный демон природы, подобия которому существовали и в старинных эрдейских — прежде всего секейфёльдских — народных верованиях (

дикий старик

,

лесное чудище

,

тапио

и т. д.); в какой-то степени сюда относится и дикая девка (о ней речь пойдет ниже). При всем том в венгерские поверья этот персонаж перешел не повсеместно. Его знали лишь в нескольких селениях, затерянных среди высоких заснеженных гор и ледников: например, в Тороцко

[152]

[Тороцко — деревня в Трансильвании; румынское название: Риметя.]

, Бузашбочарде

[153]

[Бузашбочард — селение в Трансильвании; румынское название: Бучердя Грэноазе.]

. Вот почему мы крайне удивились, когда в Ваяшде среди опрошенных нашлось аж два человека, которые не просто упомянули

mama păduri

, но предложили нашему вниманию целые рассказы, причем основанные на личных впечатлениях.

Лесная мать — это старуха с безобразной, отталкивающей внешностью

[154]