Страница 14 из 21
— Так что свидетелем стычки между друзьями я не был, и в чём заключались их разногласия, не знаю. Вроде бы Дайяма прилюдно бросил перчатку в лицо моему сослуживцу.
— Хорошо, — проговорил Вилохэд, — в котором часу это произошло.
— Затрудняюсь точно указать час, — нахмурил лоб Кагията, — но за полночь, это без сомнений.
— Что было дальше?
— Окири, Дайяма, я и остальные секунданты сели в магомобиль Окири и отправились к Комендантской дамбе. Место безлюдное и известное. Немало бутылочек сакэ было распито там в нашу бытность юнкерами и курсантами. Возле Комендантской дамбы дуэлянты разошлись на положенное расстояние, Манива дал сигнал, они сделали по несколько шагов, Окири выстрелил и убил своего противника. Всё.
Кагията опустив глаза, разглядывал руки.
— Куда именно попала пуля? – спросила чародейка, она никак не могла отделаться от «багровой луны», «зловещей совы» и грома пистолетов и простреленного сердца. – Они оба успели выстрелить?
Мужчина кусал губы. Потом поднял страдальческие глаза на коррехидора.
— Граф, — произнёс он сдавленным голосом, — хотя я дал слово своему боевому товарищу, но долг перед Дубовым кланом не позволяет мне пятнать честь офицера ложью. Посему я должен сделать признание.
Он встал, одёрнул мундир и отвесил покаянный поклон.
— Я солгал вам. Солгал представителю королевской власти и четвёртому сыну нашего клана, — проговорил он твёрдо, — и готов принять любое наказание, ибо я заслужил его, купившись на ложное чувство единения и полкового братства. Я не был минувшей ночью на Комендантской дамбе и не являлся секундантом на дуэли господ Окири и Дайямы.
— Как так? – удивлённо спросил Вил.
— Окири разбудил меня перед рассветом, рассказав об уже состоявшейся дуэли. Он сетовал на то, что один из секундантов так сильно был пьян, что заснул по дороге к месту дуэли. Они попытались привести его в чувство, даже полили водой из реки, но всё было тщетно. Технически он на дуэли присутствовал, но в невменяемом состоянии. Из-за этой детали Окири опасался возможных неприятностей и попросил меня подтвердить его рассказ и рассказ остальных трёх секундантов. Я был спросонья, и не усмотрел тогда в просьбе товарища ничего предосудительного, поэтому дал ему слово, что возьму на себя роль четвёртого секунданта. Но, когда ко мне приехал не какой-то неизвестный мне офицер Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя, а четвёртый сын Дубового клана лично, — он смолк, словно проглатывая комок в горле, — я просто не смог врать. Я ощутил себя в буквальном смысле предателем своего клана, заслуживающим самой суровой кары.
— Полно вам так казнить себя, — сказал коррехидор, — вы признались и принесли официальные извинения. Этого достаточно.
— Мой проступок будет разбираться на совете клана? – спросил Кагията, не поднимая глаз.
— Нет. Не усматриваю подобной необходимости.
Кавалерист облегчённо вздохнул и расцепил пальцы.
— Окири назвал имя того офицера, что допился до бесчувствия?
— Нет, — даже с некоторым удивлением проговорил Кагията, — странно, но нет. Он таким образом рассказал о случившемся, что у меня даже вопроса не возникло, кто именно валялся мертвецки пьяным на заднем сидении его магомобиля. Из остальных он назвал Маниву, Изуми и Виларда. Это точно. Но вот кто был четвёртым, не сказал. Я шапочно знаком с Вилардом, а Маниву и Изуми не знаю даже в лицо. Но Окири заверил меня, что сие – ерунда, что Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя не станет вдаваться в подобные тонкости. Достаточно будет в общих чертах рассказать, что и как было.
— Что вам ещё сказал и о чём просил Окири, — чародейка поставила жирный знак вопроса рядом с цифрой четыре.
— Он кратко, но чётко прошёлся по всем этапам дуэли, упирая на полное соответствие происходящего дуэльному кодексу Эпохи элегантности, — медленно принялся перечислять их собеседник, стараясь припомнить всё как можно лучше, — стрелялись они на двадцати шагах, после первого выстрела двигаться запрещалось, выстрелить могли в любой момент. Барьер обозначили белыми перчатками. Манива дал сигнал, первым выстрелил Окири. Его рука дрогнула, потому как его соперник осыпал его оскорблениями и делал откровенно провоцирующие заявления, и пуля из пистолета отменного стрелка угодила прямо в лоб сопернику. Дайяма скончался на месте. Вот и всё.
Вил задумался. То, что говорил сейчас преданный член Дубового клана в лице офицера Кагивары, буквально слово в слово совпадало с рассказом самого Окири. Это означало, что Кагията не врёт. «Два чистосердечных признания за один день – такое не часто встречается», — усмехнувшись, подумал коррехидор.
— Что вы должны были ответить нам на вопрос о дальнейших событиях? – голос чародейки вернул Вила к действительности.
Кагията пожал плечами.
— Ничего особенного. Тело убитого гвардейца доставили к нему домой и выразили соболезнования вдове. После этого все разошлись восвояси. Это всё.
Глава 3 Последний секундант
Когда коррехидор и чародейка покидали Императорские дачи, на небе вдруг проглянуло солнышко, оно словно насмехалось над тёмной грядой туч на востоке. Вил припарковал свой магомобиль на стоянке возле доходного дома, где снимал квартиру Тассэ Изуми, под ворчание дворника с пышными усами.
Изуми оказался дома. Было похоже, что офицер недавно вернулся, его зелёный мундир свешивался со спинки кресла, а сапоги валялись у входа. При виде Рики он быстро надел мундир и предложил неожиданным визитёрам располагаться по своему усмотрению. При этом он постарался незаметно убрать с дивана шёлковую женскую юкату, засунув сей не совсем уместный предмет одежды под диванную подушку.
Вил ещё в прихожей показал свой служебный амулет и по всем правилам артанского этикета представил чародейку, поэтому теперь безо всяких предисловий перешёл прямо к делу.
— Вы, без сомнений, догадываетесь, по какому поводу вас посетили офицеры Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя, — проговорил он, небрежно бросая верхнюю куртку рядом с собой на диван, — поэтому ради экономии нашего общего времени расскажите нам о недавней дуэли между офицерами вашего полка. Мы знаем, что вы были одним из секундантов. Из-за чего случилась ссора в клубе «Золотой эполет»?