Жертва и другие

Ахмет оплатил ему номер в «Космосе» на месяц, дал фото брата и список мест, в том числе и тусовочных, в которых тот бывал чаще всего. Ибрагим исправно следил за ним, но ничего интересного ему узнать не удалось. Мехмет Одывар работал, ездил на деловые встречи и посещал самые модные тусовки Москвы. Рядом с ним в последнее время всегда находилась красивая девушка, и похоже, у них были настоящие чувства. По крайней мере, Ибрагиму так казалось, ведь он переживал с Зоей искреннюю любовь. Он изредка звонил ей, но, опасаясь, что разговоры прослушиваются, старался шифроваться, особо не откровенничая. Понимал, что ей было не просто плохо — адово хреново. Прожив в России несколько лет, Ибрагим начал понимать характер русского человека — сложный, противоречивый, но, как выяснилось, близкий ему по духу.

«Да, вот они, русские характеры! Кажется, прост человек, а придет суровая беда, в большом или в малом, и поднимается в нем великая сила — человеческая красота», — вспомнил он Алексея Толстого.

Промотавшись за Одываром-старшим неделю, он набрал Ахмета и сказал, что его брат никуда из Москвы не выезжал, но время идет и нужно что-то делать. Деньги сами к ним не придут, адвокат бесплатно не станет защищать его Зою, а Мари сама себя не выкупит.

— Ахмет, что делаем дальше? — спросил он Одывара.

— Завтра я приду к тебе, и все обсудим, — коротко ответил тот и отключился.

Ему наконец-то удалось поговорить с Мари, та рыдала и говорила, что хочет домой, во Францию.

— Мари, тебя обижают??? Пристают?

— Нет, но…

— Что но???

— Меня заставляют играть, я же отлично играю в покер. И вообще, я думаю, что, когда я проигралась, там были крапленые карты, потому что сейчас у меня ни одного проигрыша, но все деньги я отдаю им. Мне выделили комнату, у меня все необходимое есть, но меня не выпускают за территорию особняка. Дали позвонить на работу, сделали справку… Ахмет, когда ты меня отсюда заберешь???

— Скоро, Мари, дорогая моя, скоро. Потерпи немного, я люблю тебя.

— И я тебя, — всхлипывая, ответила девушка, и связь оборвалась.

На следующий день Ахмет пришел в номер к Ибрагиму, достал из кармана газовый пистолет семейства ИЖ — один из видов оружия самообороны не летального действия. Традиционно это оружие снаряжается патронами, в которых вместо пуль находятся капсулы со слезоточивым или раздражающим газом. Теоретически это оружие не может стрелять боевыми патронами, в отличие от сигнальных, холостых или травматических с резиновой пулей. Но в криминальной истории России бывали случаи использования ИЖа для убийств, особенно заказных. У таких переделанных «самострелок», как их называют между собой оперативники, очень скромный «убийственный» ресурс — всего несколько выстрелов. Но, чтобы отнять жизнь человека, больше и не требуется. 7 октября 2006 года именно из газового пистолета ИЖ, переделанного под боевой патрон, в центре Москвы была застрелена российская журналистка, правозащитница и писательница Анна Политковская.

Ахмет не сказал, где он взял этот пистолет, да Ибрагим и не спрашивал.

— Сделаешь несколько выстрелов мимо и уйдешь. Завтра вечером он будет со своей подружкой Викторией, блогерша местная.

— А если он с охраной?

— Завтра точно нет, я же говорю, он на свидание идет. На хрена ему охрана?

На следующий день вечером Ибрагим пришел к ресторану, в котором отдыхал Мехмет Одывар со своей спутницей, дождался, пока те выйдут из заведения, и начал стрелять. Он стрелял в стороны, будучи уверен на сто процентов, что пули летят мимо. Но… Но Одывар упал! После этого к нему подошел какой-то человек в черном и с закрытым балаклавой лицом и сделал еще один выстрел — в сердце. Ибрагим отчетливо услышал, как перед смертью Мехмет в ужасе протянул:

— Это ты???

И умер на руках его подруги. В этот момент Ибрагим как раз вышел из тени и, шокированный, смотрел на все происходящее. Виктория повернула голову и увидела Ибрагима. Денир понял, что Ахмет его просто использовал и что это он на самом деле убил брата. А еще он понял, что никаких денег не получит и что нужно бежать. Он почти бегом бросился до Белорусского вокзала, но его уже зафиксировало несколько камер наблюдения и отлично запомнила Виктория Медуза.

— Но почему вы сразу все не рассказали? — выслушав его исповедь, спросил Гуров.

— Убийство из мести по личным мотивам — это один срок, а по сговору, да еще заказуха — совсем другой…

«Наконец-то раскрылся», — с облегчением подумал Гуров. И проговорил медленно:

— Господин Денир, согласно экспертизе, пули, выпущенные из пистолета ИЖ, и пули, которыми был убит Мехмет Одывар, отличаются. Вы не убивали Одывара.

— В смысле не я убил? Результаты экспертизы должны были прийти достаточно давно, ведь так? Тогда почему я чуть не месяц сижу здесь? — напрягся Ибрагим.

— Мехмета Одывара, с высокой долей вероятности, убил его брат, Ибрагим, — не отреагировав на возмущение допрашиваемого, пояснил Гуров. — То, что убийца не вы, мы стали подозревать после первой экспертизы, но вас нельзя было отпускать. Непонятны мотивы убийства. Зато ясно, что подставили вас. И некто — возможно, Одывар-младший — расправился бы с вами в первую очередь, как с ненужным свидетелем.

— Вот как… — кивнул Денир.

А полковник продолжил:

— Я отпущу вас под подписку о невыезде, а вы поможете нам найти Ахмета Одывара. Есть еще одна версия относительно его преступлений. Возможно, он причастен к серии убийств девушек по всей России на протяжении нескольких последних двадцати лет.

— В смысле помогу найти? — ошалев от полученных новостей, спросил Денир. — Вы что, блефовали???

— Да, блефовал, — спокойно ответил Гуров. — Я полковник МУРа, а не барышня из пансионата благородных девиц. Сейчас вам выпишут пропуск, и можете возвращаться домой. Вы где в Москве обосновались?

— В гостинице «Космос», номер снимал для меня Одывар.

— Не пойдет. Вы же понимаете, что если он узнает, что вас отпустили, то уберет при первом же удобном случае. А стрелял он из макарова, пистолет не нашли, значит, оружие при нем. Поедете на нашу оперативную квартиру.

— Хорошо. А что мне делать?

— Где может прятаться Ахмет Одывар, как вы думаете?

— Если он нашел гарнитур, то его уже нет в России. Хотя… мог затаиться и попытаться продать его тут, а не в Измире. Там это несколько сложнее, его знают многие и могут сдать в полицию. Он может быть в Звенигороде, мне кажется… Он думал, что набор украшений находится именно там, но я не знаю адреса дома.