Завязка на любовь

— Даже не думай, – наклоняясь, кричу я Глуховскому, пялящемуся на рыжую девчонку на другой стороне бара. – Это сестра Кислого.

Кислый возглавляет шайку местного быдла. Он был старшаком, когда мы перешли в восьмой класс, и уже тогда о нём ходили самые страшные слухи. Говорили, что он утопил какого-то алкаша в озере. Что это он поджёг гараж химички, влепившей ему в году тройку. Что курить начал ещё в детсадовском возрасте. А ещё то, что за свою младшую сестру он готов оторвать яйца любому. При взгляде на Кислого, сомнений в правдивости этих слухов почему-то никогда не возникало.

— Да знаю, – раздражённо дёргает плечом Дэн.

— И продолжаешь пялиться.

— Мы не в школе, чтобы бояться Кислого.

— Вот именно, Дэн, мы не в школе, Кислый теперь не сопливый старшеклассник, а бывший уголовник с шайкой отбитых чуваков.

— Сам сохнешь по девчонке, у которой парень по размерам и мощности один в один как танк, – усмехается Дэн. – Поверить не могу, что ты втюрился в прилипалу Бондареву.

— Отвали.

— Не осуждаю, Васька и впрямь похорошела. Кто бы мог подумать, что она станет секси-цыпочкой, – говорит Глуховский, и мне вмиг хочется приложить его башкой к барной стойке. – Самый угар, что ты втюрился в неё тогда, когда сам стал ей не нужен.

— Дэн, завались уже, а.

Залпом осушаю стакан. На мгновение вставляет не по-детски, но я ещё слишком далёк от невменоза.

— Пусть встречается с кем хочет, мне плевать, – говорю я Глуховскому.

— Ага. – В голосе бывшего одноклассника звучит явный сарказм.

— Вообще не волнует, – продолжаю я упрямо.

— Тогда тебе будет всё равно, если к ней будет клеиться какой-то малолетка, пока она танцует на одной из стоек?

Пока она что?!

Проследив за взглядом Дэна, разворачиваюсь. Василису замечаю сразу же. И то, что я вижу, не просто злит, а приводит в ярость. И возбуждает, мгновенно отрезвляя. На ней коротенькая майка, облегающая тот самый восхитительный животик. Вырез небольшой, но грудям, покачивающимся при каждом её движении, явно не хватает места. На ногах джинсовые шорты. Вроде тоже приличные, но на танцующей Василисе даже широкие спортивные брюки смотрелись бы сексуально. Особенно под этот дурацкий трек.

Её руки скользят вдоль тела, тонкие пальцы касаются оголённых участков кожи, голова задрана к потолку, глаза прикрыты. Не позирует, не флиртует, не продаёт себя – Василиса танцует только для себя одной и от этого становится ещё желаннее. Кажется, все в клубе смотрят лишь в её сторону. Юная, красивая, свободная. Как тогда, в лесу у костра, но градус гораздо выше.

Не выдерживаю, встаю и направляюсь прямиком к ней, игнорируя многозначительный смешок Глуховского.

— Свалил, – кидаю пацану и поворачиваюсь к девушке. – Кажется, тебе хватит. – Мягко обхватываю Васю за талию и спускаю со стойки.

— О, Вилицкий! – удивлённо выкрикивает мою фамилию девушка и начинает смеяться. Взгляд затуманенный. Точно хватит. – Пусти!

Пытается оттолкнуть, но я не даю ей этого сделать. Грудь Василисы упирается в мой живот, вид сверху потрясающий, на грани дозволенного.

— Тебя тут каждое животное взглядом раздевает.

— И ты? – говорит с вызовом.

— А я и так знаю, что у тебя под майкой. – Наклоняюсь над её ухом, намекая на те фото, что она отправила мне, когда мы учились в школе.

Селфи в зеркало. Топик в мелкую ромашку. Наивно и смешно. Но я совру, если скажу, что тогда те фото не произвели на меня никакого эффекта. Я отправил ей ржущий смайлик, а сам потом полчаса отмокал в ледяном душе и злился сам на себя за то, что такую реакцию у меня вызвали фотографии не моей тогдашней девушки, а глупой Бондаревой. Но хуже всего было то, что эту фотку случайно увидел одноклассник, подглядев в этот момент в мой телефон, и в коридоре при всех высмеял Васю. Она подумала, что я специально показал её парням, а я ничего и не отрицал. Какая разница, что подумает Бондарева. Правда, фото всё равно удалил и на физкультуре совершенно ненароком угодил тому парню баскетбольным мячом в рожу.

— Пошёл ты! – шипит Вася и вырывается из моих рук.

Возвращаюсь к бару. Глуховского уже нет, сестры Кислого тоже нигде не замечаю. Придурок, нарывается же. Но долго переживать за Дэна не получается, всё внимание снова сосредотачивается на белокурой дьяволице. Вася опять залезла на стойку. Вася снова танцует. Вася снимает майку и, глядя мне в глаза, откидывает ту в сторону, оставшись в одном кружевном чёрном бюстгальтере. Становится душно и жарко, будто в раскалённую печь закинули.

Облокачиваюсь о стойку, принимаю этот вызов. Кто-то свистит. Плевать. Василиса танцует не для них. Её танец принадлежит мне, и она сама это знает. Её руки едва касаются тонкого чёрного кружева. Вверх-вниз. Василиса подхватывает с подноса проходящего мимо бармена сразу два шота и резво опрокидывает в себя сначала один и тут же второй. Несколько капель медленно стекают по подбородку прямо в ложбинку груди. Все бы ничего, но возле неё снова возникает тот паренёк. По губам вижу, Вася его посылает, но тот, увидев в пьяной девушке лёгкую добычу, и не думает отступать.

Приходится снова вмешаться. Только в этот раз вместо слов толкаю парня так, что он отлетает прямо на пол.

— Я же сказал, свали.

Молча обхватываю ноги Васи под коленками и запрокидываю девушку себе на плечо. Вася начинает вопить и барабанить по моей спине. Охранник на выходе провожает нас косым взглядом, но не подходит. Вот так вот всем плевать. Утащи невменяемую Васю кто другой, ему бы тоже ни слова не сказали.

Кидаю девушку на переднее пассажирское и тут же захлопываю дверь. Сбежит же, чокнутая. Стоит сесть рядом, как мне в плечо прилетает Василисин кулак.

— Ты зачем меня из клуба вытащил?! – гневно наезжает девушка.

Снимаю ветровку и кидаю Васе на колени.

— Потом спасибо скажешь.

Завожу машину и выезжаю на дорогу. Спорить с ней сейчас всё равно бесполезно. Хорошо хоть до дома ехать всего ничего.

— Спасибо?! Да ты мне всю жизнь угробил!

— Так уж всю!

— Всю! Ненавижу! – Ещё один удар в плечо. – Вот Илья совсем другой!

— И какой же?

— Добрый, чуткий. Он надо мной не смеётся, ясно? Он.. – Вася мычит, как бы подбирая слова. – Я его восхищаю, понял? Он благородный, во!

— Что ж этот благородный тогда тебя из клуба не забрал?

— Потому что он мне доверяет.

— Ага, переводи как «Ему на тебя плевать».

— А тебе нет?

— Мне нет.

— Бесишь! – стонет Василиса, откидываясь на спинку. Глаза слипаются, вот-вот уснёт. – Он вообще в сто тысяч раз лучше тебя.