Страница 34 из 60
Глава 10. Признание
Полина
Юра, как и обещал, прислал мне список вещей, необходимых для нашей следующей вылазки. И лишь взглянув на список, я сразу поняла, что он задумал. Во-первых, он спросил, есть ли у меня термобельё и удобная трекинговая обувь. Всё перечисленное имелось у Карины, с которой у нас, к счастью, был одинаковый размер одежды и обуви. Девушка с радостью согласилась одолжить мне вещи. Во-вторых, Юра сам позвонил бабушке и предупредил её о том, что к вечеру я не вернусь и он забирает меня на два дня. А это означало, что ночь мы проведём вместе.
Стоит только об этом подумать, как внутренности тут же стягивает в тугой узел. Ещё и бабушка специально весь день делает двусмысленные намёки и посылает многозначительные улыбки в мою сторону. За всю жизнь я всего лишь дважды была в походах, оба раза в средней школе. И единственное, что я помню, так это то, что было мокро, потно и весьма изнурительно. Я не из тех, кто романтизирует походы, и предпочту комфортный отель палатке. И всё же мысль о том, что ближайшие два дня мы будем с Юрой только вдвоём, помогает закрывать глаза на неудобства.
Так как вещей у меня немного и Юра сказал, что всё необходимое для похода он возьмёт на себя, мы договорились встретиться с ним сразу возле входа в заповедник. Приблизившись к месту встречи, вижу уже знакомый чёрный пикап и Юру, выгружающего из багажника сумки. При одном взгляде на него я понимаю, что пережить ближайшие два дня будет очень сложно. И дело не в диких зверях, не в подъёме высоты и даже не в том, что ночью температура в горах может достигнуть критически низкой отметки. Главной проблемой является он. Я ошибалась, считая, что нет ничего горячее, чем Юра, одетый в одни только плавки, с блестящей от солнечного крема голой грудью и солёными влажными волосами. То, что я вижу сейчас, влияет на меня куда сильнее. Будь трижды неладен тот, кто придумал термобельё!
— Доброе утро, – приветствует меня Юра, и я с трудом отлипаю от его идеального торса, обтянутого тонкой эластичной чёрной тканью.
— Доброе, – отвечаю я севшим голосом.
Юра поднимает с земли огромный походный рюкзак, и в этот момент мой взгляд падает на перекатывающиеся под облегающей, словно вторая кожа, кофтой крепкие бицепсы.
— Сразу говорю, что я ненавижу походы, – предупреждаю я Юру.
— Ты скоро улетаешь. Когда, если не сейчас, набираться новых впечатлений для книги?
Киваю, отгоняя мысли о скором отлёте. Не хочу думать об этом хотя бы ближайшие два дня, поэтому с готовностью принимаюсь слушать Юру. Прежде чем отправиться в горы, он проводит мне получасовой инструктаж.
— Самое главное, никуда от меня не уходи, – просит он серьёзно.
— Даже в туалет? – спрашиваю я, глупо хихикая.
— В туалет можешь, – говорит он, чуть подумав. – Но недалеко, в этих местах можно наткнуться на медведя.
— Ты сказал «медведя»?
— Не бойся, это редкость, да и здешние мишки весьма безобидны. Просто лучше всё равно быть осторожными.
— Ты сказал «медведя»! – снова повторяю я.
— Полин, – вздыхает Юра, – просто будь рядом, ладно?
Оплатив входные билеты в заповедник и загрузившись двумя объёмными рюкзаками, выходим к началу маршрута.
— И куда же мы направляемся? – спрашиваю я Юру.
— Вообще, этот маршрут рассчитан на четыре дня, но мы с тобой дойдём только до первой остановки. Думаю, для первого похода в самый раз. А вот в следующий можем пройти весь маршрут полностью.
От последней фразы на душе становится невероятно тепло. Юра ждёт, что я вернусь. И не просто ждёт – искусно закидывает крючки, из которых я даже и не думаю выпутываться. Наоборот, несусь на них, заранее продумываю, как скорее могу порешать со всеми рабочими задачами в Москве, чтобы снова вернуться в Поляну. К Юре.
Как так вышло, что наличие Юры в моей жизни стало чем-то настолько ценным? Может, всё дело в том, что я ещё никогда не видела, что кому-то может настолько сильно идти улыбка? Или в том, что он первый парень, который ворвался в мою жизнь, чтобы что-то дать мне, ничего не требуя взамен? Или в том, что Юра просто замечательный?
— О чём думаешь? – спрашивает он, спалив, что я рассматриваю его.
— О том, что иду в горы с тем, кого знаю недели три от силы, – говорю первое, что приходит мне в голову, лишь бы Юра не догадался о настоящей причине моей задумчивости.
Юра хмурится. То, что я сказала, ему явно не понравилось.
— Идти в горы с незнакомцем и правда довольно плохая идея. Придётся вернуться или.. – говорит Юра, и по тому, как он говорит, я сразу понимаю, что он уже что-то придумал.
— Или? – подыгрываю ему.
— Исправить это.
— И как же? Расскажем друг другу забавные факты о себе?
— Почти. Расскажем самые постыдные и ужасные вещи, которые мы когда-либо делали и о которых, возможно, ещё никому не рассказывали.
— С чего ты взял, что я делала что-то настолько постыдное?
— Каждый делал что-то, о чём стыдно вспоминать. Давай, хочешь, я начну? – спрашивает Юра и, не дожидаясь моего ответа, начинает рассказывать: – Итак, я был довольно пухлым подростком, и в то время, как все пацаны уже встречались с девчонками, я ещё даже ни разу не целовался. Тогда я решил, что обязан это исправить, и заплатил однокласснице за то, чтобы она рассказала всем, что мы с ней целовались. Она взяла деньги, но в итоге всё равно растрепала обо всём подружке, а та уже рассказала остальным.
— Боже, мне жаль. – Зная жестокость подростков, несложно догадаться, что было после этого. – И как ты это перенёс? Перевёлся?
— Повезло, что это случилось в конце года. Мы ушли на каникулы, за лето я вытянулся и стал каждый вечер пахать в качалке. Поэтому, когда в сентябре я пришёл в школу, все мгновенно забыли о ситуации с поцелуем.
— Никогда бы не подумала, что ты был пухленьким.
Глядя на Юру сейчас, сложно представить, что когда-то над ним смеялись одноклассники. Неужели этот высокий блондин с фигурой фотомодели когда-то был объектом насмешек?
— А ещё я жутко потел.
— О ужас! – Театрально прижимаю руку ко рту. – Надеюсь, эта девчонка потом всё же поцеловала тебя.
— Она сделала кое-что покруче поцелуя.
Боже, надеюсь, он имеет в виду поцелуй с языком, а не.. Чувствую, как в области щёк кожа снова начинает гореть, поэтому быстро выпаливаю свою страшную тайну:
— Когда мне было двенадцать, я описалась прямо на уроке физкультуры, а потом всем говорила, что облилась водой. – И поясняю: – Учительница никого не отпускала с урока.