Завязка на любовь

— Ладно, но ты же знаешь, что для тебя всегда есть место и ты можешь сидеть здесь сколько угодно?

Эти слова согревают лучше любого кофе. Киваю, даже не пытаясь скрыть улыбки:

— Знаю.

Теперь знаю.

Попрощавшись с остальными работниками, выхожу на улицу.

Гордей

Проснувшись, сразу тянусь за телефоном. По моим подсчётам, Маше уже должны были доставить букет с приглашением, а значит, среди входящих есть и её ответ. Захожу в мессенджер. Да, одно сообщение от Маши. Открываю, но вместо ожидаемого восторженного согласия читаю совсем другое. Маша каким-то образом умудрилась заболеть и сегодня никуда не сможет выйти.

Откидываюсь обратно на подушку, раздражённо потирая глаза пальцами. Не сможет.. И что теперь делать? Всё отменять? Перенести? Вряд ли удастся. Снова беру телефон, пишу Маше пожелание скорейшего выздоровления и наконец встаю. Что ж, видимо, и правда придётся всё отменить. А жаль, я впервые так сильно запарился над свиданием.

Подхожу к окну, чтобы открыть форточку. Папа уже в саду, стрижёт траву лишь в штанах и футболке. Сколько там градусов утром? Десять? Пятнадцать? Отцу, кажется, всегда жарко. У соседнего забора, подставив пузо солнцу, валяется местная дворняжка. Помню её ещё щенком. Думал, сдохла давно, а нет. На садовых качелях во дворе Бондаревых с книгой в руках сидит Василиса. Её волосы спрятаны под узорчатый платок, на плечах охровый плед крупной вязки. Настоящая деревенская умница-красавица. Невольно засматриваюсь. Вася читает вдумчиво, её брови чуть сдвинуты к переносице, указательный палец замер возле нижней губы. Вчера я сказал ей то, что давно вертелось на языке. Мне и правда жаль, что в школьные годы нам не удалось подружиться.

На телефон приходит сообщение от конюха. Лошади готовы. Чёрт! Снова смотрю в окно. Вася, оставив книгу на качелях, встаёт и идёт в дом. А что, если..

Умываюсь, натягиваю на себя спортивный костюм и сбегаю на первый этаж.

— Гордей, завтрак готов, – кричит с кухни мама.

— Доброе утро, мам. – Забегаю в кухню, целую маму и, схватив с тарелки сэндвич, сразу направляюсь в прихожую.

— Куда-то спешишь? – спрашивает мама.

Ага, исправлять ошибки прошлого.

Дверь открывает Всеволод.

— О, Гордей, здорово! Тебе чего? Батёк послал?

— Доброе, нет, мне бы Василису, – отвечаю я мужчине.

— Ва-а-а-а-а-ась! – кричит тот.

Вскоре в проходе появляется Вася, всё ещё в платке, но уже без пледа.

— Гордей? – Смотрит на меня удивлённо.

— Я тогда пошёл, – говорит Всеволод и исчезает в доме.

— Есть предложение, – говорю я. – Пойдём на свидание, а, Вась?

— Чего? – оторопело переспрашивает девушка, смотря на меня как на сумасшедшего. – Какое ещё свидание? А Маша?

— Маша заболела, а отменить ничего уже не получится, – объясняю я ей.

— То есть тебя продинамили, а я запасной вариант? – вспыхивает Василиса. – Гордей, иди знаешь куда?

Она собирается закрыть дверь, но я выставляю в проём руку.

— Вась, ну что ты? – говорю я миролюбиво. – Давай просто классно проведём время, а? Как старые добрые друзья.

С губ Василисы срывается смешок. Сам понимаю, как абсурдно звучат мои слова.

— Ва-а-а-а-а-а-ась.. – тяну я.

— Даже не знаю, – вздыхает девушка, но по вздоху я уже понимаю, что она сдалась. – Мне надо к практике готовиться, я хотела сегодня отрисовать пару эскизов для урока.

— Так, Бондарева, – говорю я решительно, положив руки на её плечи, и гляжу ей прямо в глаза, – ничего не знаю. Бери свои листы, карандаши и всё, что тебе нужно, с собой. Там нарисуешь.

— Но..

— Давай, зайду за тобой в шесть. Если не спустишься, сам поднимусь и спущу.

Вася растерянно, но всё же кивает. На обратном пути взгляд падает на книгу, оставленную Василисой. Думал, любовный роман. А нет, биография серийных убийц. В очередной раз понимаю, что вообще не знаю свою соседку.

Подниматься за Васей не приходится, ровно в шесть девушка появляется на крыльце в том же спортивном костюме, в каком была в походе.

— Сойдёт для свидания? – с иронией спрашивает Вася, проводя руками вдоль туловища.

— В самый раз.

— Ну и куда мы идём? – спускаясь по ступенькам, спрашивает Вася. – И почему ты не мог всё отменить? Разве билеты в кино так дорого стоят?

— С чего ты взяла, что мы идём в кино?

— Давай честно, билеты в кино – твой максимум.

Так под нескончаемые подколы Бондаревой доходим до края посёлка. Здесь, как мы и договаривались вчера с конюхом, нас уже ждут две белоснежные лошади, привязанные к забору. Днём флористы вплели в их гривы живые полевые цветы, и теперь лошади выглядят так, словно сошли со страниц какой-нибудь фэнтезийной книги.

— Что это? – Вася удивлённо смотрит на лошадей.

— Билеты в кино, не видишь, что ли? – отвечаю я, обходя лошадей сбоку.

— Вилицкий, ты что, арендовал лошадей? – Бондарева переводит неверящий взгляд с лошадей на меня.

— Иди уже сюда. – Легонько хлопаю по седлу.

Помогаю девушке взобраться на лошадь и сам поднимаюсь на свою.

— Умеешь ездить? – спрашиваю я Васю.

— Немного, – отвечает Бондарева.

— Держи поводья мягко, расслабься. Если захочешь притормозить, плавно потяни на себя и не бей её ногами. Если что, я рядом, – объясняю я и сам удивляюсь, как ровно звучит мой голос.

— Где ты научился ездить верхом? – спрашивает Вася, когда мы не спеша выезжаем за пределы посёлка.

— Не поверишь, всему виной книги. В одной из моих работ главный герой был первоклассным всадником, и я, чтобы быть правдоподобным, записался на несколько уроков. Потом втянулся и иногда до сих пор продолжаю заглядывать на конюшню.

— Звучит очень профессионально.. – саркастично комментирует Вася.

По протоптанной тропе, идущей вдоль полесья, выезжаем к полю. Вася, словно ребёнок, заворожённо смотрит вокруг, будто никогда до этого здесь не была. Отстаю совсем немного, готовый броситься на помощь, если вдруг Василиса не справится с управлением, но вместо этого смотрю только на Бондареву. Как она ласково общается со своей кобылой, на её искреннюю детскую улыбку, на ровную стройную спину, на покачивающиеся во время движения бёдра.. Опять меня не туда занесло.

Проезжаем одно поле, второе. Вася снова начинает тихо напевать какую-то мелодию, только в этот раз меня не раздражает её пение. Оно сливается с трелью птиц и стрекотанием насекомых, и я испытываю удивительное спокойствие. С Машей пришлось бы весь путь о чём-то болтать, с Васей же можно не выделываться, быть собой и просто наслаждаться пейзажами и прогретым воздухом.