Страница 24 из 84
Девушка вопросительно изогнула бровь. Даже так? Этот столичный франт ей все больше нравился. За лощеным фасадом скрывался яркий ум, хитрость и дерзость – такая же, как у нее самой. Хотя было в нем что-то интригующее, но пугающее – такое, от которого мурашки по всему телу. Подобных людей с широкими улыбками и четким пониманием своих целей ее всегда учили сторониться. Они верны в первую очередь себе, а значит, придется всегда быть начеку. А еще лучше – выяснить, что они замышляют, чтобы быть хоть на полшага впереди.
– Позволь спросить, – Лила подалась вперед, на всякий случай притянув папку к себе, и пристально посмотрела собеседнику в глаза, – почему ты обо мне так заботишься?
– Потому что верю тебе, – пожал плечами Девдан, а потом подмигнул. В его зрачках блеснули озорные искорки. – И потом, мы же хотим поставить на место здешнего зазнайку?
Ах, вон в чем дело!.. Если бы собеседник сказал «ты» вместо «мы», она бы засомневалась. А так его резоны более чем понятны: упрямец Анил Патель, похоже, – угроза его блестящей карьере, как верно и обратное. Оба хотят раскрутить дело вперед конкурента, оба не готовы уступать, а вот ее, Лилу, они соперницей не считают. Значит, при грамотном подходе можно заручиться поддержкой обоих, хотя это будет непросто (по крайней мере с Пателем).
– Ты так его ненавидишь? – на всякий случай осторожно предположила девушка.
– Почему сразу
ненавижу
? – фыркнул Девдан, хотя по его тону было заметно, что «коллега» явно успел ему основательно досадить. – Просто он слишком много о себе мнит.
Мужчина скрестил руки на груди, всем видом показывая, что не желает обсуждать скользкую тему дальше, и Лила увела беседу в сторону.
– А сам ты что думаешь? – поинтересовалась она, покосившись на папку.
–
Кое-что
, – уклончиво отозвался офицер. – Только давай обсудим это не здесь.
Лила согласно кивнула: шумное кафе не подходило для серьезных разговоров.
– Тогда, может, встретимся в лобби сегодня вечером? – предложила она. – После пяти там обычно пусто, а даже если нет – оно просторное, можно найти местечко вдали от посторонних ушей. В крайнем случае я попрошу Стхану помочь.
– А, твой бдительный страж! – уважительно протянул мужчина. – Если он меня к тебе подпустит, – усмехнулся он и добавил: – Что ж, я не против. Тогда приятного аппетита и чтения. И до вечера. – Он отлично понимал, когда стоит откланяться, – еще одно незаменимое качество.
Лила какое-то время рассеянно следила за тем, как он лавирует между столиков в направлении шумной улицы, где располагался рынок, а потом вытащила телефон и не глядя набрала номер.
– Слушаю, – раздался в трубке успокаивающий знакомый голос. – Я рядом. Чем тебе помочь?
– Э-э… ничем особенным… – замялась девушка. – У меня все в порядке, но… Я хотела бы заглянуть в один из местных храмов… хм… В какой посоветуешь?
Лила скорее ощутила, чем услышала, как на том конце линии прозвучала усмешка.
– Смотря что ты ищешь, – пояснил Стхану. – Какой у тебя вопрос?
– Ну… – Лила снова задумалась, машинально накручивая на палец цепочку с кулоном сестры (теперь обе его половинки висели рядом). – Мне нужен совет кого-нибудь мудрого. Слишком много сомнений и… Стхану, – призналась она наконец, – я запуталась. Я не могу двигаться дальше, потому что не знаю куда. А еще сны эти ужасные…
Она сбилась и умолкла. И снова почувствовала, что телохранитель ободряюще улыбается, хотя никак не могла сейчас его увидеть.
– Что ж, – произнес он после паузы, – раз тебе надо успокоиться и разобраться в себе – тогда тебе в храм Шивы.
– Проводишь? – воодушевилась Лила.
– Конечно, жди. Я за тобой зайду. Только одна не ходи никуда, кроме отеля, а не то заблудишься, – заботливо напутствовал Стхану, прежде чем повесить трубку.
– Вот еще! И не собиралась даже! – фыркнула Лила. Ее раздражало, что с ней обращаются как с ребенком. Хотя в некотором смысле телохранитель был прав: она в чужом городе, где только начала осваиваться, среди людей с совершенно иным взглядом на жизнь. То, что для нее дико, им может показаться нормой. А уж заплутать в местной толчее – вообще раз плюнуть. И все же, несмотря на многочисленные но, девушка не чувствовала себя здесь чужой, пусть и не бывала в Индии с младенчества и абсолютно ничего не помнила. Нечто глубоко внутри – какая-то незримая, но очень прочная нить – накрепко связывало ее с этой загадочной страной. Ее преследовало дежавю, казалось, будто она провела здесь сотни и даже тысячи лет, а потом отлучилась ненадолго. И теперь блудная дочь возвратилась под отчий (или материнский?) кров. Просто удивительная магия места!
Лила схватила папку, залпом допила давно остывший, покрывшийся масляной пленкой напиток и встала из-за стола. В конце концов, Стхану виднее. К Шиве – значит, к Шиве.
В храме было тенисто и прохладно. Густой аромат благовоний был не удушливым, а пьянящим и эффективно маскировал запах огромной толпы, втекающей и вытекающей через открытые двери. Служители в шафрановых одеяниях и с красно-белыми узорами на лбу в виде трех волнистых линий с точкой по центру воздавали хвалу Махадеву
[13]
[Одно из имен бога Шивы.]
, щедро поливая молоком шивалингамы – символы бога. Подносы со свечами описывали круги, трепетали лепестки гирлянд. Статуя сидящего божества возвышалась над шевелящимся разноцветным морем, как скала. «
Ом Намах Шивайя!»
[14]
[«Я склоняюсь перед Шивой», одна из важнейших мантр в индуизме.]
– витало в плотном воздухе.
Лила в сопровождении Стхану осторожно пробиралась через пеструю толпу прихожан, прижимая к груди коробку с подношениями – молоком, медом, кхиром
[15]
[Индийское блюдо из молока, сахара и риса, иногда с добавлением орехов.]
и листьями бильвы. Она не особенно понимала, что и как нужно делать, поэтому глазела по сторонам и старалась повторять за окружающими. Получалось несколько неуклюже. Девушка ожидала косых взглядов и осуждающих шепотков, когда сбивалась или что-то делала не совсем так, но их не последовало: прихожанам было не до нее, а служители и подавно были поглощены медитацией и ритуалами.