Убежище

Глава вторая

Наконец явилась мисс Верни — в кильватере безликой и склонной к восклицаниям молодой замужней дамы, служащей фоном живописной фигуре девушки. Та казалась достаточно собранной, чтобы без предупреждения предоставить любую запрошенную информацию. Миссис Пейтон никогда не видела ее такой зоркой и деловитой. Мягкие, словно плавящиеся линии и цвета смягчали ее острые грани очаровательной дымкой юности; однако критически настроенной наблюдательнице показалось, что, когда покрывало утреннего тумана развеется, дева явится сухой старухой с железным каркасом.

Мисс Верни будто бы не подозревала, что под гостеприимством Дика кроется личный интерес, — во всяком случае, никаких признаков смущения не выказывала. Она была, возможно, чуть оживленней, чем всегда, но сохранила бодрую сдержанность речей и взглядов, так что под быстрой чередой слов угадывалась непоколебимость восприятия. Мисс Верни живо, но не сумбурно интересовалась подробностями труда архитекторов. Пока прибывали другие гости, блуждая по лабиринтам меж столов и кульманов, миссис Пейтон поняла, что мисс Верни единственная из всех гостей способна толковать загадочные символы на чертежах.

На просьбы гостей показать работу, приготовленную на конкурс, Пейтон со смехом отказывал. Его поддерживали двое коллег-архитекторов, молодых людей, в костюме и словаре которых угадывалось остаточное влияние Академии изящных искусств: они стояли в позах натурщиков Гаварни и, рисуясь перед дамами, сыпали словами вроде «антаблемент» и «энтазис». Сборище уже придрейфовало к накрытому столу, когда неуверенный стук возвестил о прибытии Дэрроу. Он вошел с обычным выражением лица — словно забрел сюда по ошибке, — не знал, что делать со шляпой и пальто, и совсем растерялся, когда его начали представлять дамам, сгрудившимся вокруг сосуда с кипятком. Мужчин Дэрроу приветствовал отрывистым дружеским кивком, и когда Дик забрал смущающие предметы, друг немедля удалился под защиту гостеприимного радушия миссис Пейтон. Последняя предусмотрительно дала ему время прийти в себя, и когда снова взглянула на него, оказалось, что он исподтишка рассматривает мисс Верни, чья смуглая стройность на фоне голых стен придавала ей сходство с юным святым Иоанном работы Донателло. Девушка отвечала прозрачным, ничего не выражающим взглядом. Гости опять разбрелись от стола, и миссис Пейтон заметила, что мисс Верни очутилась рядом с Дэрроу. Чуть позже гости снова потянулись в чертежный зал, чтобы полюбоваться набором акварелей кисти Дика. Однако миссис Пейтон осталась сидеть у чайного стола, прислушиваясь к беседе сквозь открытую дверь и пытаясь собрать впечатления в единую картину.

Мать поняла, что мисс Верни искренне интересуется работой Дика, однако пока не постигла природу этого интереса. Словно в ответ на загадку, на пороге внезапно появилась сама девушка и, увидев миссис Пейтон, с улыбкой направилась к ней.

— Вы устали слушать, как мы хвалим труды мистера Пейтона? — спросила она, опускаясь в низкое кресло рядом с хозяйкой. — Восхищение профанов, должно быть, наводит ужасную тоску на знающих людей, а, по словам мистера Дэрроу, вы почти так же сведущи, как и ваш сын.

Миссис Пейтон тоже улыбнулась, но ушла от ответа на вопрос:

— Мне было бы жаль думать, что ваше восхищение — это восхищение профана. Мне хочется, чтобы работу моего сына ценили люди понимающие.

— О, я нахваталась верхов, как положено, — беспечно сказала мисс Верни. — Мне

кажется

, что я знаю, почему мне нравятся его работы; но, конечно, я вижу в них больше, когда кто-нибудь вроде мистера Дэрроу мне объясняет, чем они замечательны.

— Мистер Дэрроу так сказал? — воскликнула мать, забывая о своей цели в приливе материнской радости.

— Он больше ни о чем другом и не говорил; это, кажется, единственный предмет, возбуждающий его красноречие. Похоже, он сильнее жаждет победы мистера Пейтона, чем своей собственной.

— Он очень хороший друг, — согласилась миссис Пейтон.

Ее поразило, как ловко девушка вернула разговор к той особенной теме, которая только и интересовала мать. Мисс Верни не снисходила до напускной стыдливости.

— Он уверен, что мистер Пейтон в самом деле победит, — продолжала девушка. — Было очень увлекательно слушать его доводы. Мистер Дэрроу чрезвычайно интересный человек. Должно быть, дружба с ним — сильнейший стимул.

Миссис Пейтон поколебалась и ответила:

— Их дружба восхитительна; но мне кажется, что мой сын не нуждается в стимулах. Он почти чрезмерно честолюбив.

Мисс Верни подняла на нее ясные глаза:

— Разве можно быть честолюбивым сверх меры? Стремление ввысь — это так прекрасно! Как чудесно, мне кажется, быть мужчиной, проламывать препятствия, пролагая путь прямо к цели. К сожалению, мне не очень милы люди, которые смотрят на успех свысока. Мне нравятся браки умыканием!

Она поднялась, издав неопределенный смешок, и встала, раскрасневшись и блестя глазами, над миссис Пейтон, которая продолжала серьезно смотреть на нее.

— Что вы называете успехом? — спросила старшая собеседница. — Это слово означает очень разное для разных людей.

— О да, я знаю, внутреннее удовлетворение и все такое. Но, боюсь, мне нравится другой вид успеха: с барабанами, венками и приветственными криками толпы. Например, на месте мистера Пейтона я бы скорее захотела выиграть конкурс, чем… чем смотреть на дело с бесстрастием мистера Дэрроу.

Миссис Пейтон улыбнулась.

— Надеюсь, вы ему об этом не скажете, — заметила она полушутя, полусерьезно. — Дик и без того перевозбужден; а он так легко подпадает под влияние любого человека, которого… чье мнение ценит.

Она осеклась, услышав собственные слова: ее странно потрясло то, что они оказались эхом слов, сказанных однажды матерью другого мужчины ей самой. Мисс Верни, кажется, не отнесла эту реплику на собственный счет, ибо продолжала смотреть на миссис Пейтон все так же отстраненно-сочувствующе.

— Но мы же не можем не быть заинтересованы! — объявила она.

— Очень любезно с вашей стороны; но мне бы хотелось, чтобы вы все помогли ему понять: этот конкурс в конечном итоге очень мало значит по сравнению с другими вещами — например, его здоровьем, его душевным покоем. У него ужасно измученный вид.

Мисс Верни оглянулась через плечо на Дика, который как раз вернулся в комнату вместе с Дэрроу.

— Вы думаете? — спросила она. — Мне кажется, измученный вид скорее у его друга.