Убежище

— Я имею в виду, он объяснил причины?

— Он сказал, что ты считаешь: после такой чудовищной трагедии даже обычные правила хорошего тона указывают на необходимость отсрочки; и я вполне понимаю твои чувства. В самом деле, чрезвычайно прискорбно, что несчастная выбрала именно этот момент! Но с течением времени ты поймешь, что жизнь полна подобных печальных контрастов.

Кейт медленно каменела под теплой капелью банальностей из уст миссис Пейтон.

— Мне кажется, — продолжала гостья, — что этот вопрос можно рассматривать только с одной точки зрения, а именно — с точки зрения его воздействия на Дениса. Если бы не это, нам следовало бы отказаться даже и слышать об этом. Но эта история сделала моего мальчика таким несчастным. Тяжба была для него мучительной пыткой — чудовищная дурная слава, обнародование слабостей бедного Артура. Денис чувствителен, как женщина; именно благодаря необычной утонченности чувств он так достоин твоей любви. Но подобную чувствительность можно довести до излишества. Денис не должен позволять, чтобы этот прискорбный инцидент воцарился у него в мыслях: ведь это означало бы недоверие к божественному порядку вещей. Именно это меня тревожит: поколеблена его вера в жизнь. И ты… Ты должна меня простить, милое дитя… я знаю, ты меня простишь… Но я не могу не чувствовать, что в этом немножко виновата и ты…

Последнюю фразу миссис Пейтон подчеркнула, нажав трепещущей ладонью на руку Кейт.

Девушка непонимающе смотрела на собеседницу:

— Я виновата?..

— Не обижайся, дитя мое. Я боюсь лишь, что твое чрезмерное сочувствие к Денису, утонченность чувств, возможно, сподвигли тебя поощрять его мрачные идеи. Он рассказал, что ты пришла в ужас… вполне естественно… как любая девушка на твоем месте… Ты и не можешь быть иной, милая моя Кейт! Это прекрасно, что вы оба так чувствуете; совершенно прекрасно; но ты же знаешь, религия учит нас, что не следует чрезмерно предаваться горю. Пусть мертвые погребают своих мертвецов; долг живых — друг перед другом. К тому же какое отношение имеет эта несчастная женщина к вам обоим? Очень жаль, что Денис каким бы то ни было образом оказался связан с человеком такого характера, как Артур Пейтон; но, в конце концов, бедный Артур постарался искупить навлеченный им на нас позор, сделав Дениса своим наследником, а я никоим образом не желаю усомниться в мудрости Провидения, — миссис Пейтон снова сделала паузу, а затем мягко обездвижила обе руки Кейт и продолжала: — Что же до меня, я вижу в этом очередной пример мудрости Провидения. Сразу после того, как милый Денис получил наследство и тем самым устранилось последнее препятствие к вашему браку, произошел этот печальный инцидент, чтобы показать, как отчаянно Денис нуждается в тебе, как жестоко было бы требовать, чтобы он отложил свершение своего счастья.

Она осеклась, так как девушка рывком высвободила руки, нарушив обычное благодушное спокойствие гостьи. Кейт сидела неподвижно, глядя прямо перед собой, но ответ не шел с ее уст.

Наконец миссис Пейтон снова заговорила, подобрав свои драпировки с осторожным намеком на скорый уход:

— Так я могу отправиться домой и сказать Денису, что ты передумала откладывать свадьбу?

Девушка все молчала, и гостья посмотрела на нее с легким удивлением заступника, не привыкшего, чтобы его мольбы оставались втуне:

— Дорогая, если твое молчание означает отказ, я думаю, тебе следует осознать, какую ответственность ты на себя берешь. — В голосе миссис Пейтон зазвучали жесткие нотки праведного гнева. — Если у Дениса и есть недостаток, он заключается лишь в чрезмерной мягкости, податливости, готовности уступить тем, кого он любит. Сейчас ты для него самый главный человек — но если ты отвернешься от него, как раз когда он нуждается в твоей помощи, кто знает, к чему это может привести?

Такой аргумент, пусть и преподнесенный с немалым ораторским искусством, вряд ли смог бы убедить Кейт; но, возможно, именно по этой причине она неожиданно и стремительно упала снова в кресло и разразилась слезами. Миссис Пейтон, однако, восприняла слезы как знак капитуляции и, мгновенно проникшись сочувствием к Кейт, поспешила смягчить победу великодушием:

— Конечно, я тебе сочувствую; но мы обе должны забыть о себе ради блага нашего мальчика. Я обещала ему, что, вернувшись, принесу твое согласие.

Она обняла Кейт за плечи, но девушка вздрогнула, и рука упала. Кейт во мгновение ока поняла, какую выгоду извлекут из ее эмоций.

— Нет-нет, вы меня не поняли. Я не могу ничего обещать, — воскликнула она.

Гостья мгновение сидела в нерешительности; затем вернула руку на плечо, откуда ее только что так резко сбросили.

— Дорогое мое дитя, — задушевно произнесла миссис Пейтон. — Если я тебя неправильно поняла, разве это не значит, что ты обязана меня просветить? Ты только что спросила, открыл ли мне Денис твои резоны для этой странной отсрочки. Он назвал одну причину; но она явно недостаточна, чтобы объяснить твое поведение. Однако если есть какая-то другая причина — а я довольно хорошо тебя знаю, чтобы в этом не сомневаться, — неужели ты мне ее не откроешь? Если мой мальчик имел несчастье вызвать твое неудовольствие, неужели ты не предоставишь матери шанс выступить в его защиту? Помни, никого нельзя осудить в одностороннем порядке. Я мать Дениса и имею право знать, какая у тебя причина.

— Причина? Какая у меня причина? — Кейт запиналась, тяжело дыша — так ее измотала эта борьба. О, когда же наконец миссис Пейтон ее отпустит? — Если вы имеете право знать, отчего он вам не сказал?

Миссис Пейтон, трепеща, встала:

— Я пойду домой и спрошу его. Я скажу, что ты позволила ему говорить.

Она двинулась к двери с нервной спешкой человека, непривычного к решительным действиям, но Кейт бросилась и загородила ей путь.

— Нет-нет; не спрашивайте его! Умоляю, не спрашивайте! — вскричала она.

Миссис Пейтон надвинулась на нее с внезапной силой в голосе и движениях:

— Я правильно понимаю? Ты признаёшь, что у тебя есть причина отложить свадьбу, и все же запрещаешь мне — мне, матери Дениса, — спрашивать его об этой причине? Бедное мое дитя, мне не нужно спрашивать, ибо я уже знаю. Если он обидел тебя и ты отказываешь ему в праве на защиту, причина лежит на поверхности: ты просто его разлюбила.

Кейт отпрянула от двери, которую только что инстинктивно загораживала своим телом.

— Может быть, так и есть, — пробормотала она, давая гостье дорогу.

***