Страница 13 из 102
Глава 5. По чайной ложечке
Лап устроился в кармане, и Ник с Лютом снова направились куда-то по кривым извилистым улочкам чёрного рынка. Хорошо, что теперь, ночью, здесь было почти пусто. Встречались лишь редкие прохожие, которые скрывали лица и обходили напарников стороной. Это всё же лучше, чем толкаться среди плотной людской массы и постоянно уворачиваться от людей, выглядящих и пахнущих так, будто только что сбежали из сумасшедшего дома или выбрались из трюма с отходами Торгового посада.
Прогулка получилась долгой и неприятной, но увы, необходимой. Почаинский рынок был таким огромным, что казалось, будто это целый подпольный город прятался в овраге. То есть, как будто целый город тайно существовал внутри другого города. Как грандиозная матрёшка.
— Вы узнали про зеркало? — шёпотом спросил Ник, чтобы хомяк в кармане не услышал.
Лют только помотал головой. Впрочем, даже Лап на это намекал: такое зеркало — вещь редкая, а потому дорогая, и её появление кто-то точно бы заметил. Ну а если у Люта здесь есть сеть информаторов, в чём не приходилось сомневаться, то он уже через несколько минут знал бы, откуда это зеркало взялось и кто его сюда доставил. Но — нет. Стало быть, или Малышев приобрёл его давненько, или не здесь.
— Кем конкретно тебе приходится Матрона Сорокина? — вдруг спросил Лют, тоже понизив голос.
— Тёткой, — коротко ответил Ник. — Не родной. Жена брата деда.
Его с детства приучили об этой родственнице не распространяться. Пожалуй, она до сих пор не куковала в Остроге только из-за родства с генералом Сорокиным. Ибо все мужья её давно почили в бозе. Хотя, судя по тому, что болтала сегодня сестра купца Малышева, влиятельных знакомых у неё вполне могло набраться на целый квартал в Верхнем городе. Если не больше. А если ещё вспомнить, что, оказывается, Орден иногда прикрывал глаза на то, что творилось в магическом мире Нижнего Новгорода, то и опасаться Матроне, похоже, нечего. Впрочем, она никогда и ничего не опасалась. Это её все боялись.
— Как я оказался в ночлежке? — спросил Ник, вспомнив, где проснулся. До сих пор ему мерещился запах пота и плесени.
— Я тебя там оставил, — просто ответил Лют. — Не таскать же твою тушу на себе, правильно?
Наконец Лют остановился у одной из лавок и просто начал лупить кулаком по двери.
— Щас кому-то культяпки поотрываю! — донеслось из запертой лавки.
— Отрывалка не выросла! — парировал Лют. — Открывай, или спалю!
Повисла небольшая пауза, потом из щели между дверью и косяком донеслось:
— Евген, ты, что ли?
— Нет, князь Огнев собственной персоной, — прорычал Лют. — Отпирай, пока я добрый.
— Так это ты ещё добрый, — проворчал некто из лавки, копошась с замками. — Мне сегодня повезло.
— Кому повезёт — того и с кислых огурцов не пронесёт, — проворчал Лют, протискиваясь в приоткрытую дверь.
Нику пришлось следовать за напарником, рискуя ободрать пуговицы с новой формы. Да ещё карманом с хомяком вперёд, чтобы не раздавить и так потасканного Лапа.
— Это ещё кто? — спросил невысокий коренастый человек с магическим фонарём, кивая на Ника.
— Довесок к бараньей вырезке, — выдал Лют. И тут же перешёл к делу: — Где аптечные склянки от Зольберга?
— Я стеклотару не собираю, — растянулся в улыбке торговец.
Тогда Лют сгрёб его за шиворот и мощно встряхнул, так что на пол со звоном полетели и покатились небольшие бутылочки. Ник попятился и тут же почувствовал, что карман стал легче, а по брюкам пробежали маленькие лапки. Точно — хомяк выпрыгнул из кармана и теперь лапками катал пузырьки по полу. Повернул одну из бутылочек так, что стала видна этикетка аптекаря Зольберга с завитками.
— А это тебе, стало быть, подкинули? — спокойно спросил Лют.
— Ей-богу, впервые вижу, — захлопал глазами торговец.
Ник двумя пальцами взял с пола бутылочку, Лап ловко запрыгнул на его руку и вскарабкался на плечо.
Лют достал карманный жезл, встряхнул, и лучом от фиолетового кристалла посветил на бутылочку. Однако никакого мерцания видно не было, стало быть, флакон пока был чистым.
— Вот видите, — растянулся в улыбке торговец. — Вы сегодня не по адресу, Евгений Тихонович. Зайдите на недельке, тогда будет отличная суспензия, чтобы мыльные пузырики дольше не лопались.
— Руки, — скомандовал Лют.
Торговец, продолжая улыбаться, показал раскрытые ладони. Но луч жезла снова ничего не высветил. Однако Ник уже заметил, как мерцали края рукавов торговца и колени брюк. Будто светящаяся пыль на них осела. Лют тоже быстро высветил эти места. В фиолетовом луче одежда торговца флуорисцировала, как вывески лавок на вечерней ярмарке.
— Ну? — спокойно произнёс Лют, покачивая жезлом.
Улыбка торговца застыла. Он внимательно следил за каждым движением этого предмета, по виду всего лишь напоминающего обычную перьевую ручку с кристаллом на конце. Только вот в умелых руках такой жезл превращался в грозное оружие. А руки Люту точно нужны не только для того, чтобы чашку чаю держать и перчатки носить.
— Ладно, — произнёс наконец торговец. Уже без кривляний, но по-прежнему без страха в голосе. — Что конкретно интересует?
— То, что покупал купец Малышев, или то, что покупали для него. — Лют продолжал покачивать жезлом, будто бы расслабленно, как обычно играют дорогими брелоками на виду.
— Для него поставляли в чайную. Там, — дёрнул головой торговец. — Камердинер забирал.
— Что последнее он заказывал?
— То же, что и все дяденьки его возраста и достатка, — тонко улыбнулся торговец.
— Ясно. Часто он это заказывал?
— Ты в Доме речных лилий давно бывал? — изогнул бровь торговец. — Ни разу его там не встречал?
Лют подвигал желваками и наконец тряхнул жезлом так, что свечение в фиолетовом камне почти затухло. Торговец выдохнул и повёл плечами, которые, оказывается, у него были будто судорогой сведены.
Ник наконец осмотрелся. Они будто залезли в большой деревянный короб, доверху по стенкам заполненный рядами полочек с разномастными бутылочками. И каждая светилась. От этого буйства искр снова начинала кружиться голова. Однако, похоже, Ник начал к этому привыкать, и падать на пол больше не хотелось.
— Когда в последний раз Малышев заказывал эту микстуру? — наконец спросил Лют.
— С неделю назад, — вернул игривый тон продавец. — А что, он тебя за добавкой прислал?
— Угу, — кивнул Лют, убирая жезл в нагрудный карман. — Просил добавить пару лет к твоему пожизненному.
— Мне достаточно. Даже с горкой насыпано, — склонил голову торговец.