Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 111 из 124

Глава 35

Глава 35 Где все сложно

Вошла Анжелина, блондинка с голубыми.

О том, как важно выбрать достойное сопровождение.

Обстоятельство — штука такая.

А вообще башка гудит.

Отец как-то тему танерийцев стороной обходил, мол, успеется. Про танерийцев мне, кто угодно расскажет, а про то, как на нежить охотится — только папенька. И вообще, в моём возрасте о танерийцах думать рано.

Сперва упыри.

Потом болотники и прочие твари среднего размера. А там уже и до змеевидов и саламандроидов дело дойдёт, пусть даже они уже пару сотню лет как вымершими считаются.

В общем, сперва весь бестиарий наизусть, включая приложения, а уже потом танерийцы.

Кстати, с бестиарием мне было куда интересней, чем с этой вот политикой. Башка гудит от избытка информации. А главное, баронесса со своим сыночком то и дело переглядываются, причём многозначительно так. Чую, не просто на отдых приехали.

Нет, я не против… крепость большая, места в ней много, все поместимся.

Тэр Трувор вон тоже задумался, меч гладит, этак, мечтательно, а тот и отвечает звоном и запахом треклятых фиалок. Правда, последний слабый, едва заметный. Я бы и сама подумала, что мерещится, но нет.

Пахнут, чтоб их.

А баронесса рассказ продолжает:

— Изначально Великий хан обладал ярким огненным даром, который по мнению танерийцев происходил от богини солнца Танери, матери жизни. И дар этот переходил к сыну и наследнику. А когда женой Великого хана стала Верховная жрица, которая также обладала ярким огненным даром, что считалась свидетельством благословения богини, то новорожденный получил силу двух источников…

Логично, если так-то. Если скрестить два огненных дара, то огненный же и получится. Ну, конечно, если в процесс не вмешается какая-нибудь фея, которую на приключения потянуло.

— И это устраивало обе стороны. Молодой хан получал силу, которая худо-бедно гарантировала его власть… как правило, полную силу получал именно первенец, а остальным доставались слабые отголоски. Что решало и проблему наследования, точнее большого количества наследников, которые в ином случае могли бы устроить междуусобицу. Однако поколения через три возникла иная проблема. Чем сильнее дар, тем сложнее сохранить его стабильность. А когда он начинает проявляться в утробе, это становится смертельно опасным для матери. Поэтому и был создан ритуал, который дар и запечатывал еще в утробе.

Нет, оно интересно, конечно. Я бы сказала, что познавательно.

Но мы-то тут каким боком?

— Это оказалось довольно удобно, поскольку часто сильные маги в юном возрасте не справляются с силой, что влечёт за собой разные… порой не самые приятные для здоровья магов последствия. А при грамотном ограничении печати не вредят дару.

Ну, про последствия можно не рассказывать.

Про последствия развития дара в раннем возрасте — это к моему папеньке. Ну или матушки тоже многое рассказать способны о том, каково это, очень одарённых растить, которых ограничители не берут.

Точнее хватает этих самых ограничителей хорошо, если на пару часов работы.

В общем… грустно быть родителем излишне одарённого ребенка.

Наверное.

— Правда, есть один нюанс… на самом деле обрядов два. Первый проводят над матерью, воздействуя на дитя через ее силу. А уже после родов, когда ребенок становится самостоятельным, с первым вдохом его случается и первый выброс силы. После него проводят и вторую часть ритуала, — баронесса поглядела на меня, и вот клянусь, эта её улыбка, она не просто так. — Нам это интересно, поскольку есть информация, что на сей раз наследник Великого хана… показал не ту силу, которую должен был наследовать.

— В смысле? — я с трудом сдержала зевок.

Ночь на дворе.

А я вымоталась, потому что даже отработанные ритуалы силы тянут. Я вон, дюжину мертвецов к жизни, можно сказать, вернула. И поспать бы сейчас. А сижу, слушаю.

Но баронесса зевок проигнорировала, веером в руке качнула и произнесла:

— В прямом. Роды Верховной жрицы — это изначально публичное мероприятие. Так повелось во избежание обвинений в подмене младенца. И на этих родах помимо целителей и женщин из свиты, служанок, повитух и прочих важных лиц присутствуют как минимум два советника…

Ну да, понимаю, роды — именно тот момент, когда Верховная жрица особенно остро нуждается в мудрых советах.

Ладно, это так…

Это у меня сочувствие прорезалось.

— К огромному сожалению на сей раз зрелище оказалось столь шокирующим, что у достопочтенного главы рода Гирис не выдержало сердце. Он скончался прямо во время родов. А следом несчастье случилось и со старшим целителем, который был так счастлив, что роды прошли благополучно, что решил отблагодарить за это богов… лично, — и взгляд у баронессы выразительный. — К вечеру и вовсе оказалось, что целитель был не просто так целителем, но коварным предателем, который решил убить и мать, и новорожденного, использовав для того неизвестную заразу…

Интересно они там живут.

Увлекательно. Интересно, у нас при дворе тоже так? Или все-таки попроще?

— Многие стали жертвами этой эпидемии. Особенно досталось тем, кто на родах присутствовал. Ведь именно их целитель и заразил. Великий хан, осознав происходящее, огорчился, а еще счёл нужным отослать жену и новорожденного сына. Отбыли они в сопровождении второго советника…

— Который выжил? — не удержался тэр Трувор. И ехидно так прозвучало.

— Именно. Выжил и поспешил отбыть из столицы, увезя Верховную жрицу, которая весьма ослабела, и её сына. Тем паче, что его старшая жена приходилась Верховной жрице родной сестрой. А сам советник, пусть прежде в политических играх и не участвовал, но хану верен всецело. Он — молочный брат Великого хана.

— Это так романтично! — донеслось из стены. — Вы извините. И продолжайте, пожалуйста…

— Уже недолго. Отбывали все в такой спешке, что позабыли об удобствах. А сама супруга хана Аргунта тоже пребывала в тягости. И путь дался ей тяжело. Роды начались прямо в дороге и чудом ребенок остался жив… правда, родился очень слабым, но всё-таки.

— Их подменили! — тэра Урсула выглянула из стены. — Правильно⁈

— А вы откуда знаете? — удивление тэра Бернхарда было таким искренним, что даже как-то жаль стало человека. — Матушка⁈

— В книгах детей всегда меняют! — произнесла тэра Урсула и в голосе ее слышались ноты превосходства.

— В каких?