Страница 105 из 124
— Киара… — произнесла она напевно. — Какое милое имя… а люди из столицы, полагаю, гвардейцы. Слышала, что на ваши земли направили отдельный полк. Для обеспечения безопасности.
— Матушка?
— Что, дорогой? Это ведь логично. Корона должна позаботиться о своих подданных. Но вот над умением хранить секреты им стоит поработать. Определённо.
— Кому? — уточнила я, опускаясь на край стола. Стульев в комнате не наблюдалось, как и тэры Урсулы, которая…
— Я всё вижу! — шепот раздался прямо над ухом. — Но так и быть, понимаю, что ты тоже в шоке, дорогая моя… скажи, если я выйду в доспехе, это не будет чересчур эпатажно?
— Будет, — я представила тэру Урсулу в доспехе и затрясла головой. — Тем паче вас почти никто не видит. И не стоит нервничать. Матушка могла и ошибиться.
— На моей памяти ваша матушка никогда не ошибалась.
И снова тишина, которую нарушил голос баронессы.
— Всем, дорогой. Определённо всем. А то это не дело, когда готовишь операцию, планируешь и так, и этак… а потом кому-то там присылают письмо из провинции с предупреждением.
— Матушка! — тон тэра Бернхарда неуловимо изменился, сделавшись более требовательным. — Вы не желаете объясниться⁈
— Не желаю, но, чувствую, что вариантов нет, — письмо передали мне. — Впрочем, что тут объяснять. Думаю, все присутствующие здесь понимают, что мир с танерийцами — это состояние временное. Так уж исторически сложилось. И времени с последней войны прошло достаточно, чтобы ожидать новой…
Она постучала пальцем по подлокотнику.
— Хотя, конечно, в иных обстоятельствах можно было бы и надеяться. За последний десяток лет наш товарооборот вырос в двадцать раз. Зерно, золото и скот с их стороны. Ткани и пряности с нашей. Вина, металл и оружие, украшения… это с обеих. Что, если бы речь шла о любой другой стране, явно говорило бы о нормализации отношений. Но Танер… Танер — это не любая другая страна.
Интересно.
Я поглядела на коменданта. Тот выглядел вполне нормально. Не светился, не норовил выплеснуть лишнюю энергию, разве что волосы на макушке стояли дыбом, но это, может, просто от всего происходящего.
Баронесса же повернулась к нам, раскрыла веер и, проведя по сложному узору мизинчиком, поинтересовалась:
— Что вы, молодые люди, знаете о Танер?
Вопрос явно адресовался нам с тэром Трувором. Мы переглянулись.
— Королевство… — неуверенно произнёс тэр Трувор. — Древнее. Враждебно настроенное. Власть принадлежит королеве…
— Почти правильно, но я позволю уточнить несколько существенных моментов, — поправила его баронеса. — Правит страной Великий хан, а с ним — Верховная Жрица, она же старшая жена. И королевством Танер мы называем скорее по привычке. Когда-то давно, столетия тому, никто не слышал ни о Танер, ни о танерийцах. Ютландия соседствовала с другими королевствами, большими и малыми. С правителями некоторых состояла в родстве. С другими — в добрых отношениях или наоборот. Случались войны, попытки пересмотреть границы в разные стороны… обычная жизнь. Но в тот год, если верить архивам, случилась великая беда. Небо потемнело и три дня оставалось чёрным, а солнце было красно. Ветра принесли горячий песок и пепел. И многие сочли это предвестником беды. Не ошиблись. Следом за песком и пеплом с юга пришли свирепые всадники. Никто не знает, где родина Танер и что заставило их покинуть родные земли. Скорее всего, произошла катастрофа. Ныне отдельные учёные склоняются к тому, что имело место извержение гигантского вулкана, и собственно оно и сделало исконные земли Танер негодными для проживания. Жар и пламя погнали племена варваров в поисках лучшей жизни.
— И пригнали сюда, — проворчал комендант. — Прошу прощения.
— Не стоит. Вы абсолютно правы. Танерийцы обрушились на земли свирепой лавиной. Они сметали всё на своём пути. Их кони, изменённые магией, отличались невероятной выносливостью, их воины не знали ни страха, ни боли… и отступать им, как понимаете, было некуда. Кстати, именно танерийцы впервые и познакомили мир с химерами. До того никто не осмеливался вмешиваться в живое. Как бы там ни было, королевства пали одно за другим. И если первые пытались ещё сопротивляться, то дальше… многие, осознав, что происходит, предпочли сами поклониться тому, кто владел этой силой.
— Королю? — упрямо произнёс тэр Трувор.
— Хану, — баронесса наклонилась и почесала бульдога за ухом. — В те времена над танерийцами стоял лишь хан. И Великим его назвали много позже. Следует заметить, что человеком он оказался поистине выдающимся. Он не стал разорять города, вырезать жителей и в целом творить всё то, что обычно творят при набегах. Он явно осознавал, что на этих землях ему придётся жить.
А про танерийцев отец рассказывал мало.
Как-то оно не в тему приходилось. Да и учителя наши… и сами танерийцы тогда казались злом, но обычным, что ли? Живут где-то там, пакостят.
Порой и не там, а вполне даже тут. И поэтому надо быть готовым отразить удар, но и только.
— Он сочинил единый закон для всех земель. Правда, разделил людей на свободных и рабов, но в те времена и у нас рабство не считалось чем-то зазорным… главное, он сохранил и города, и людей, которые в них жили. Не буду врать, что всё прошло мирно, крови пролилось море. А главное, уверившись в собственной силе, железные всадники не планировали останавливаться, — баронесса повернулась к окну. — Тогда и случилась первая война. О ней теперь помнят лишь архивы и их хранители. Орды танерийцев подошли к перевалу, когда на пути их встала маленькая приграничная крепость…
По спине побежали мурашки.
Я, конечно, люблю историю, но в чужих воспоминаниях или рассказах. А не непосредственно участвовать, как оно, чую, придётся.
— Тогда Таут-ан-Дан выглядел иначе.
И сказала это баронесса так, что у меня поневоле возникли подозрения, что она совершенно точно знает, как эта самая крепость выглядела.
— Стены пониже, никакого рва. Да и не крепость это, скорее сторожевой пункт на границе. По ту сторону гор война кипела давно. И на земли Ютландии потянулись беженцы, многие вереницы. Люди рассказывали о свирепых воинах, об их ярости, о неутомимости и силе, но это же рассказы. Это где-то там всё происходит, за горами…
За горами, за лесами…