Страница 14 из 16
У меня началась истерика, и Валентину пришлось меня успокаивать. Я стала задыхаться от слез, и не могла поверить в то, что я видела их в последний раз. Валентин взял меня за руку, и меня это немного успокоило.
Но думаю, что если бы я сейчас смотрелась в зеркало, у меня был бы абсолютно потухший взгляд.
Так разбиваются фужеры. До этого красивые и полезные, а потом — никому не нужные. Остаются одни осколки, которые могут лишь ранить. А когда ты и есть — этот разбитый фужер, что остается? Осколок за осколком со звоном падешь, рассыпаешься на части. И больше никогда не сможешь их склеить, восстановить. Это невозможно.