Инициация

Глава 18

В тот день КРОВЬ в Хорезме лилась реками, дружинники и наёмники Сабурова сновали по деревням, селам, отдельным домикам в поисках укрывшихся членов семьи Чосовых, но, не находя искомых, устраивали в месте дислокации резню, даже вырезали два красных рода Ильюшиных и Шибанидов за подозрение в укрывании врагов. На деле всей этой толпе было уже неважно, кого резать, они ощущали себя властителями мира, тем войнам, которые присоединились к армии, будучи главами красных родов, Михаил пообещал вассалитет, когда содрёт кожу с Юсуповых и станет патриархом единственного Пурпурового рода. Осознав, что поиски проходят вот нехера не эффективно, руководящий ими Всеволод отдал приказ разделиться, назначив каждой группе по задаче. Ватаге шахов, как они назвали сами себя, было поручено вырезать трёх Волковых, учитывая, что все были женщинами, задача казалась им несложной.

Вот перед ними предстал красивый домик и аккуратный забор. Вот трое Витязей его перескакивают и, прижавшись к земле, идут к дому на кортах, однако там резко послышался крик и звук выбитого окна. Ватага ускорилась, обгоняя дом и оказываясь с обратной стороны, где уже стояла Евдакимия, закрывающая обеих дочерей спиной, Ольга и Настя даже не могли поднять взгляд, было страшно.

— Отойдите! Крикнула женщина, достав меч. — Я тоже Витязь! Подойдёте — мало не достанется.

— Дамочка, без обид, но у нас приказ. Отозвался старший группы, скаля зубы. Но приказ не запретит мне с тобой позабавиться перед смертью.

— Э-э-э. Недоумевал туповатый лысый, стоявший рядом со старшим. — А мы уже начали их делить, мне тогда рыжую. Бросил он, Настя, услышавшая это, подняла на него презрительный взгляд.

— Ну всё, сначала дело! Крикнул старший, приближаясь к женщине, он взял меч обратным хватом и рубанул наискось, выбивая оружие из рук Евдакимии, а следующим ударом нанёс ей пощёчину такой силы, что та впечаталась в дом прямо затылком. Обезумевшая Настя ударила нападавшего по лицу, но он лишь рассмеялся, взяв её за горло.

— Капитан, а нам? Недоумевал лысый.

— Да не кипятись, бродяга, тут закончим на следующей точке, все дамы твои. Ответил старший.

— Боюсь, Вы можете не дожить. Послышался ровный голос, взявшийся из ниоткуда, а в следующее мгновение голова вожака уже покатилась по лужайке, одно движение, чёткое и выверенное. Перед ним предстал высокий загорелый мужчина, в руках он держал оружие уверенно, не как ватажник, а как дружинник, рангам он был равен им, Витязь, но почему-то выглядел опаснее.

— Да мы, да мы тебя! Крикнул лысый налетая на оппонента, его соратник был не таким идейным, предпочтя дать отсюда дёру, от появившегося мужчины воняло слишком опасным спокойствием, так смотрят только на тех, кто сильно слабее, рассудил мужчина.

— Мусор! Бросил защитник Волковых, приняв удар меча на запястье, элегантно покрытое покровом, он влил не слишком много энергии, но и не мало, видно было, что приучен к затяжным боям. — Прощай. Добавил он, отделяя туловище от головы нападавшего.

— Кто вы? Спросила Настя, закрывая спиной Олю.

— Меня зовут Борис, я дружинник Лютояровых. Монументально отозвался он.

Услышав это, девушка упала на колени, всё давление, державшее её на ногах, куда-то делось.

— Нам нужно проследовать в безопасное место.

— Но мама, мама ранена!

— Обработаем на месте. Ответил он, закидывая тело Евдакимии себе на плечо, что его обрадовало, женщина дышала.

— Что вы делаете? Спросила Настя, когда на плечо уже закинули их с Ольгой, которая и вовсе пребывала в прострации от шока.

— Так быстрее. Ровным тоном отозвался Борис, и когда он сделал первый рывок, девушка поняла, что это было не простое бахвальство.

Тем временем караван Лютояровых уже прошёл через Новгородскую и Рязанскую губернии. Они даже успели увидеть столицу Чинги-Тура, расположенную в Новгородской губернии, пусть и издалека, когда объезжали её широким кругом. Непосредственно в Крыму они пребывали уже четыре дня, пытаясь выбить встречу с Елисеем Белоозёровым, молодым патриархом дома, но пока что получали лишь отворот-поворот. И лишь вчера один из имущественных распорядителей дома согласился с ними на встречу. Назначил он её в шикарной гостинице «Триполи» — это был выдающийся проект Древних высотой в две смотровые башни и вместимостью в семь сотен номеров. Правда, ныне ресурсов поддерживать отель на таком уровне не было, поэтому часть облицовки на входе съехала, часы не показывали время, а все квадратные телевизоры с клавишами были заменены персоналом на ручки и тетрадки. Жили тут исключительно Белоозёровы и их почётные гости. Лютояровых обыскали на входе и заставили сдать оружие два охранника. Каждый из них был на уровне Багадора, хотя на вид они были младше сорока — вот что значит уровень Пурпурового Рода.

— Добрый день! Вы на заселение? — спросила элегантная девушка в прилегающей рубахе, едва они пересекли порог.

— Нет, у нас встреча с Иваном Олеговичем, — отозвался Владимир.

— Лютояровы, да? — спросила девушка, кивнув сама себе.

— Он в ресторане: прямо и направо.

— Спасибо, — поблагодарил Ярополк, который был уже красный: ему не нравилось, как с ними обращаются Белоозёровы. Преодолев обозначенный маршрут, их взору наконец представился Иван Олегович. Это был суховатый мужчина лет семидесяти, находился он в ранге Воеводы, но по самой его расслабленной манере держаться было ясно, что он прорвался на элитном рафинаде, ни разу не будучи в Зоне. Рядом с ним на стульях сидели три охранника — и опять чудо: все Багадоры! Конечно, не такие крепкие, как, например, старик Угэдэй — чувствовалась в них какая-то мягкость, не свойственная практикам такого уровня.

— Добрый день, присаживайтесь, — практически приказным голосом сказал он мужчинам, а когда увидел, что они расположились на стульях, добавил: — У вас есть пять минут на изложение вашего дела. Прошу не задерживаться, у меня плотный график.

— Мы излагали наше дело в письме.

— Ах да. Прошу прощения, мне его пересказали лишь в общих чертах помощники. Можете напомнить детали?

— Детали вот какие, — произнёс Ярополк, угрожающе наклонив туловище. Один из охранников чуть не вскочил: не привыкли они к такому обращению с их руководителем.

— За древесный мутаген для восстанавливающего рассудок рафинада требуем четыре миллиона гривен, за тонну желтухи для обогрева — четыреста тысяч.