Страница 45 из 49
В этот момент, неожиданно раздался выстрел, без предупреждения. Резкий, одиночный, с левой стороны двора, оттуда, где хозяйственные постройки примыкали к каменной стене.
Алина не успела понять, что происходит. Кайсар мгновенно среагировал. Его рука метнулась раньше звука, схватила её за плечо, рывком потянул назад и в сторону. Они оба упали за каменный выступ. Пуля ушла в стену, где она стояла секунду назад. Каменная крошка брызнула в воздух.
Двор взорвался движением. Люди Кайсара быстро рассыпались по позициям, без команды. Этого и не требовалось. Охрана Виктора среагировала почти одновременно с ними, кто-то прикрыл самого Виктора, кто-то ушёл к воротам. Магомед уже был у стены, оружие наружу, смотрел в сторону выстрела. По рации раздалось: «Механик наш вырвался!»
Магомед грубо выругался и посмотрел на Кайсара.
— Там! — крикнул кто-то, — У конюшни!
Фигура неловко метнулась вдоль стены. Он бежал спотыкаясь, как человек, которого загнали в угол, и который сам не знает куда бежит. Это был тот мужчина, что напал на Алину и пытался забрать в обмен на информацию. Алина узнала его даже со спины, по той же дрожащей неуверенности, которую видела ночью в ущелье.
Люди Магомеда доставили его, но он вырвался.
Каким-то образом, вырвался.
Второй выстрел ушёл в небо, будто случайный, от страха. Он стрелял беспорядочно, без прицела.
— Не стрелять! — рявкнул Кайсар, — Живым брать!
Но Тимур уже двигался в ту сторону. Вышел из-за угла постройки, наперерез тому и механик налетел на него, как на стену. Оба упали, началась потасовка. Тимур оказался сверху, придавил коленом его спину, руку завернул за спину, так, что тот взвыл. Оружие отлетело в сторону.
Магомед подбежал через секунду. За ним двое людей Кайсара. Рядом был один из охранников Виктора. Все одобрительно смотрели на Тимура, и тот поднялся. Отряхнул колено. Посмотрел на Кайсара. И Кайсар сдержанно кивнул ему в знак благодарности.
Между ними, несколько шагов и всё, что было за эти последние полтора года.
Тимур так же сдержанно кивнул в ответ. Без слов, но этого было достаточно.
Механика подняли на ноги. Он дышал тяжело, смотрел в землю. Плечо у него было перевязано, нога подгибалась. Он трусливо оглядывался и пытался вырваться из плотного захвата.
Кайсар подошёл к нему. В глазах его пылал огонь ярости.
— Говори собака! Всю правду, чтобы все слышали.
Механик поднял голову, и лицо его не было окрашено ненавистью, только отпечаток усталости. Та особенная усталость человека, который слишком долго бежал и больше не может.
— Я думал если скроюсь, они забудут про меня, — сказал он хрипло, — Год. Целый год. Они не искали. Я думал на этом всё, — он сглотнул, глаза забегали по сторонам всё еще с опаской, — А потом ты объявился. Начал не только копать, но и решительно действовать. И они зашевелились. Свидетели им не нужны. Единственный живой свидетель.
— Кто они? — спросил Кайсар.
— Люди с очень длинными руками, — механик криво усмехнулся, безрадостно, без веселья, — Пока ты шёл по неверному пути, они замели следы и забыли. Но ты похитил эту, — с презрением посмотрел в сторону Алины и продолжил, — Урус. А это грозило международным скандалом. Значит следы могли выйти наружу. Мне нужно было просто исчезнуть, а для этого нужны деньги. Много денег. Отец девчонки раскошелился бы на славу. Если бы ты просто отдал её мне, я бы спокойно уехал. Я бы сказал тебе всё, чтобы пролить свет на гибель твоего брата.
— Ты, итак, всё расскажешь, собака! Так или иначе, — злобно бросил ему Кайсар хватая за грудки.
Механик закашлялся.
— Они уже идут за мной. Они придут, чтобы убрать меня здесь. Вместе со всеми свидетелями.
Двор замер.
Виктор стоял чуть в стороне и слушал. Лицо непроницаемое, но глаза другие. Он всё понял.
— Я их достойно встречу! — рыкнул Кайсар, — Назови мне имена.
— Какая теперь разница, — замялся тот трусливо, — Мне уже не уйти. Они найдут меня, где угодно. Никому не спастись.
И он назвал имена. Было ясно, что это лишь прихвостни тех, кто стоит на самой верхушке. Но Кайсар внимательно слушал, не двигался. Взгляд оставался непроницаемым, жестким.
Механик замолчал. Опустил голову.
— Это всё, больше мне нечего вам сказать.
Кайсар решительно повернулся к Магомеду.
— Свяжитесь с федералами. Пусть заберут его под охрану. Настоящую охрану, — чертыхнулся и добавил, — Он свидетель. Живой свидетель. Это важнее всего остального.
Магомед кивнул, и пленника увели.
Во дворе стало тихо.
Кайсар медленно обернулся. Алина стояла у каменного выступа, там, куда он её толкнул. Бледная, с каменной крошкой на плече, с той особой неподвижностью человека, который только что понял, как близко была смерть.
Он подошёл к ней, осмотрел внимательно взглядом. Только взглядом, и лишь тогда выдохнул.
— Ты поняла, — сказал он тихо.
— Да, — прошептала она одними губами.
Они смотрели друг на друга. Она безумно хотела остаться, и понимала, что выхода нет. В глазах отображалась борьба противоречий.
Виктор подошёл к Кайсару, остановился в шаге от него. И смотрел на него уже иначе, чем раньше. Не с той холодной решимостью, которая была час назад. С чем-то другим, более тяжёлым, мужским, без слов.
— В этом деле, если тебе понадобится… — начал было предлагать свою помощь Виктор, но Кайсар опередил его резким ответом:
— Не понадобится!
— Ты закроешь это! — твёрдо сказал отец девушки, даже не спрашивая.
— Да.
— Всех.
— Однозначно.
Виктор помолчал, а потом протянул руку. Кайсар недоуменно посмотрел на неё секунду, после чего крепко пожал в ответ.
Тимур подошёл последним. Встал рядом с Кайсаром, плечом к плечу, как стояли несколько минут назад, когда разбирались с механиком. Смотрел на него без улыбки, но по-другому. Без того груза, который носил полтора года.
— Если понадоблюсь, ты только скажи брат.
Кайсар благодарно смотрел на него. Не с раскаянием, а признанием допущенной ошибки. В этом взгляде отобразилось всё — сорванная свадьба, полтора года чужой ненависти, имя, которое он нёс как клеймо. И сегодняшнее, плечо к плечу под выстрелами, колено на спине механика, короткий кивок через двор.
— Скажу, брат, — ответил Кайсар.
Тимур протянул руку и жест примирения был закреплён крепким рукопожатием.
Этого было достаточно.