Страница 23 из 49
— Их кто-то преследовал? — предположил один из людей Виктора.
Горцы молчали. Только один наконец произнёс:
— В наших горах охотник всегда становится добычей, если идёт слишком уверенно.
Они двинулись дальше, и внезапно тропа вышла к хижине, полузаброшенной, присевшей на камне как старый орёл.
От порога вела цепочка пепла. Кто-то тушил костёр спешно.
Не спрятал. Ушёл внезапно.
Виктор кивнул своим. Те приготовили оружие.
Горцы не взялись за стволы. Они взялись за ножи.
— Внутри, — шепнул один.
Дверь скрипнула.
Там пахло дымом, влажной землёй, и чем-то ещё, тонким, металлическим… опасностью…
На полу, грубо брошенное покрывало. Над ним, сорванный узел верёвки.
След борьбы.
И на стене угольком, неровной рукой было выведено:
«Не она».
Виктор почувствовал, как земля под ногами стала слишком лёгкой.
Один из горцев тихо перекрестился. Другой нахмурился.
— Кто-то понял, что она не та.
Виктор сжал кулаки.
— Значит, его цель была другая, — сказал он глухо. — Значит, это личное. Значит…
Старший горец перебил, мягко, но сталью:
— Не спеши думать, что знаешь этот путь. В горах иногда берут не тех, кого хотят, а тех, кого судьба подставила.
Виктор посмотрел на него.
Пристально.
Долго.
— Если судьба забрала мою дочь, — произнёс он тихо, — я стану её кошмаром.
Когда они вышли из хижины, вечернее солнце красило горы в кровь. Ветер шептал, как будто кто-то наблюдал издалека. На дальнем склоне, между тенями скал, мелькнула фигура. Слишком неподвижная, чтобы быть просто путником. Слишком внимательная, чтобы быть случайной.
Она исчезла так же тихо, как появилась.
Горцы заметили.
Но промолчали.
Горы знали больше людей.
И горы ещё не решили, кому они служат в этой борьбе.