Страница 6 из 67
Клиентка кричит, отец Молли зовет ее по имени, а сама Молли резко разворачивается и врезается в меня, сбивая с ног. Угрюмый Гас хватает меня за руку, его взгляд резко перемещается на клиентку, и он сквозь зубы бросает:
— Черт. Мне нужна твоя помощь. Просто подыграй.
— В чем?
— Поцелуй, — быстро говорит он, почти умоляя взглядом.
Ошеломленная, я запинаюсь:
— Эм… ладно…
Но слова тонут в том, как его теплые губы накрывают мои. Он притягивает меня ближе, обнимает, прижимает к своему твердому телу — и, черт, как же это приятно. Он еще и пахнет хорошо. Пряно. Его язык касается моих губ, и я приоткрываю их, позволяя углубить поцелуй. Он на вкус как кофе с мятой, его движения медленные и уверенные. Боже, он отлично целуется. Желание вспыхивает во мне, горячее и манящее, и как только я перестаю думать и отдаюсь этому, тяжелые лапы Молли ударяют меня в бок, возвращая в реальность.
Я отшатываюсь в ужасе от того, что только что сделала, но он все еще держит меня, притягивая ближе, пока в воздухе звучат возмущенные крики клиентки, а Молли бегает вокруг нас, лая.
— Что это вообще за бизнес такой? — возмущается она. — Вы целуетесь с моим парнем!
— Я… что? Это Райан?
У меня кружится голова, и я ничего не понимаю.
— Я не ее парень, — шипит он сквозь сжатые зубы.
— Я ничего не понимаю, — бормочу я, выдергивая руку из его хватки. — Она наняла меня, чтобы устроить все это и сделать тебе предложение.
Он морщится с явным отвращением.
— Так это ты стоишь за этими листовками с предложениями?
Я поднимаю подбородок.
— Если ты про «Скажи “ДА”» то да, это я.
— Не удивлен, — бурчит он с раздражением.
Я тяжело вздыхаю.
— Тебя мама не учила быть вежливым?
— А тебя — проверять информацию? — он кивает в сторону Сесилии. — Она моя студентка в Беквите.
— Райан, не делай вид…
— Сесилия, хватит, — резко обрывает он. — И для тебя я профессор Флетчер.
— Подожди. Вы даже не встречаетесь? — не верю я и, не дожидаясь ответа, поворачиваюсь к Сесилии. — Ты все это выдумала? Он не дарит тебе каждую неделю красные розы? Не водит по антикварным лавкам? «Сладкие пироги» — не его любимая пекарня?
— Да ни за что, — рычит он, и меня накрывает осознание того, что я натворила.
— Это неправда! — хнычет Сесилия. — Я слышала, как ты говорил профессору Гранту, что «Сладкие пироги» — твое любимое место.
— Ты услышала это только потому, что преследовала меня, и на этом все закончится. Я уже не раз говорил: я не вступаю в отношения со студентками. Теперь с тобой разберутся полиция и администрация Беквита.
Он подносит телефон к уху.
Сесилия бросает на меня убийственный взгляд. Будь взгляд оружием — я бы уже лежала в могиле.
— Ты все испортила, — шипит она и уходит прочь, пока Райан сообщает полиции наше местоположение, Молли ставит лапы мне на живот, а Ха-Джун снимает все это для моего альбома воспоминаний о первом — и худшем — событии.
Флетч
Я стараюсь сосредоточиться на полицейском, который объясняет, что мне нужно сделать, чтобы оформить запретительный ордер на студентку. По мне, это чертова головная боль. Но я не могу оторвать глаз от женщины, устроившей этот хаос — грумера Молли. В этом коротком цветочном платье с открытыми плечами она выглядит лет на девятнадцать. Понятия не имею, сколько ей на самом деле, но такую уверенность не нарабатывают без жизненного опыта. Она делает несколько ходок к машине, тащит в руках украшения, еду и прочие вещи. Моя собака трусит за ней следом. Я пытаюсь подзывать свою пушистую бестию, но та лишь лижет ей лицо каждый раз, когда она наклоняется что-то поднять. Девушка-грумер выглядит растерянной. Она все роняет, поднимает глаза к небу, что-то бормочет себе под нос. Молли думает, что это игра. Хватает выпавшие вещи и удирает с ними. Только тогда на лице девушки появляется слишком широкая улыбка, и почему-то она мгновенно возвращает меня к этому чертовому поцелую.
Я запаниковал, когда увидел Сесилию. Хотел лишь быстро чмокнуть грумера Молли, чтобы Сесилия отстала. Не понимаю, что пошло не так. Видимо, я на секунду потерял голову. Мне нравятся высокие женщины с формами. Мягкие изгибы, грудь, которая заполняет ладони, округлая задница и широкие бедра, за которые удобно держаться. Эта девушка — от силы метр шестьдесят и худая как тростинка. Но черт возьми, ее горячий, готовый ответить рот мгновенно затянул меня. Я смотрю, как она садится в машину и уезжает, и мысли о том, что еще я хотел бы сделать с этим ртом, не дают покоя.
Как будто мне мало проблем в жизни.
— Значит, вы подъедете в участок? — спрашивает полицейский, вырывая меня из мыслей.
Я прочищаю горло, пытаясь прийти в себя. Что со мной не так? Это всего лишь один поцелуй с женщиной, имени которой я даже не знаю.
— Да, — киваю я и указываю на Молли, которая обнюхивает большой дуб. — Заеду после того, как отвезу собаку домой.
Полицейский кивает и уходит.
Я мысленно ругаю себя за тот поцелуй. Представляю, как девушка-грумер рассказывает о нем подруге на ресепшене «Идеальных лапок», и понимаю, что мне придется искать нового грумера для Молли. Еще одна проблема в копилку. Я свищу Молли:
— Ко мне, девочка!
Молли бежит ко мне с чем-то красным в зубах.
— Что у тебя там?
Я глажу ее и забираю из пасти кошелек. Достаю водительское удостоверение, чтобы посмотреть, чье оно, и вместе с ним выскальзывает второе — одно местное, другое из Джорджии. И я снова вижу эту улыбку, словно у Джулии Робертс. Девушка-грумер будто позирует на красной дорожке, с той самой ямочкой на щеке.
Я смотрю на Молли:
— Не могла сразу отдать это ей?
Молли тявкает и снова удирает. Что с этими женщинами? Даже моя собака упрямая.
Я перевожу взгляд на имя, адрес и даты выдачи удостоверений и с раздражением понимаю, что девушка-грумер живет буквально за углом от меня.
— Далеко же тебя занесло из Роузбелла, штат Джорджия, Дестини Амор. Что случилось? Тебя оттуда выгнали за то, что сводила сталкеров с их жертвами?
Глава 4
Дестини
Я все еще пытаюсь осмыслить все, что только что произошло, пока заношу реквизит для пикника в дом, который снимаю в нескольких кварталах от главной улицы и парка. Я захлопываю дверь бедром и роняю последние вещи со своего грандиозного провала на пол в гостиной. Между бардаком после подготовки к событию и моим обычным расслабленным образом жизни у меня тут, мягко говоря, хаос.