Страница 24 из 67
— Подойдите к Маку, бородатому парню за столиком у сцены. Он внесет ее в список.
— Отлично, спасибо. Откроете нам счет?
Я соскальзываю с табурета.
— Я схожу к Маку.
Флетч берет меня за руку.
— Хочешь, я сам?
— Нет, все хорошо, спасибо.
Меня трогает его предложение, но я хочу сама посмотреть список песен.
На запись уходит несколько минут. Я перекидываюсь парой слов с парнем, который тоже ждет своей очереди, и мы оба смеемся, когда Мак предлагает нам спеть дуэтом. Возвращаясь через толпу, я замечаю у стойки двух женщин, которые откровенно рассматривают Флетча. Но Флетч смотрит на меня. Наши взгляды встречаются, и у меня в груди снова будто порхает та самая колибри. Не знаю, что со мной такое. Он совсем не в моем вкусе. Он даже не верит в любовь, а для меня любовь — чуть ли не первый пункт в списке. И еще там точно есть караоке с мужчиной, который любит его так же сильно, как я. А это уж точно не про Флетча.
И все же рядом с ним я счастлива. Мне нравится работать с ним плечом к плечу, идти к одной цели и поддразнивать друг друга. Когда мы вместе, мне хорошо. Но за последнюю неделю это слишком часто становилось слишком хорошо, и я ловила себя на том, что хочу, чтобы он снова меня поцеловал. Я старалась не придавать значения тому, как от его сообщений у меня учащается пульс. А когда он называет меня солнышком... ух. Мне это ужасно нравится. Я еще и пыталась не подглядывать, когда забирала Молли на прогулку. Но все-таки рассмотрела еще несколько фотографий на его книжной полке, и от каждой у меня теплело на сердце. Мне нравится видеть его беззаботным рядом с семьей, и мне хочется знать, как заставить его улыбаться так же и со мной.
Наверное, я чувствую с ним такую близость только потому, что мы проводим вместе слишком много времени. И вряд ли помогает то, что я скучаю по семье и не была на свидании уже... нет, туда лучше не лезть. Надо взять себя в руки. Флетч слишком хорошо ко мне относится, чтобы я испортила нашу дружбу своими глупыми, путаными чувствами.
Когда я подхожу к стойке, он встает со своего табурета и выдвигает мой.
— Все прошло нормально?
— Ага. Я записалась.
Когда мы снова забираемся на места, я вижу, что меня уже ждет ярко-зеленый коктейль. На краю бокала примостились две вишни на сросшихся черешках — по одной с каждой стороны. Никогда в жизни я не была так благодарна алкоголю. Я тянусь к бокалу.
— Надеюсь, он такой же вкусный, как выглядит.
Он накрывает мою руку своей, не давая поднести трубочку ко рту, и поднимает свой стакан.
— За тебя, солнышко. И за твое светлое новое будущее с «Скажи “ДА”».
— Без тебя у меня бы ничего не вышло.
— Вышло бы. Просто до этого тебя, возможно, пару раз успели бы засудить.
Я смеюсь, когда мы чокаемся, и делаю глоток.
— Мм. Ты обязан это попробовать. Кисло-сладкий, фруктовый, будто ликер с дыней.
Я поворачиваю трубочку к нему и протягиваю бокал.
Он отмахивается.
— Все нормально. Мне и так хорошо.
— Да ладно тебе, Райрай. Поживи хоть немного.
Я снова подношу бокал.
Он делает глоток и отстраняется, хмуря брови.
— Черт, и правда сладкий. И про крепость он не соврал. Что там? Водка, текила, ром?
Он проводит языком по губам, и меня тут же накрывает желание снова его поцеловать — вспоминается, как жестко он прижимался губами, как жадно скользил языком. И на этом я не останавливаюсь. В голове вспыхивает образ из моих снов за всю эту неделю. Он — полностью обнаженный и
— По-моему, там еще джин есть, — говорит он, возвращая меня из фантазии, и ставит бокал передо мной.
— Джин. Ага.
Я делаю большой глоток зеленого коктейля, пытаясь утопить свои мысли. Мне нельзя думать о нем голом.
— Осторожнее, солнышко, а то мне придется нести тебя в постель.
Я захлебываюсь от его слов, выплескивая коктейль ему на рубашку и брюки, и закашливаюсь, когда остатки уходят не туда.
— Ты в порядке?
Кашляя и кивая, я выдавливаю:
— Прости...
Я прочищаю горло, хватаю салфетку и начинаю вытирать его рубашку и брюки.
— Не туда попало. Прости за одежду.
— Все нормально.
Он перехватывает мое запястье, останавливая руку.
— Я просто пытаюсь помочь.
Я поднимаю взгляд, и его напряженное выражение заставляет меня посмотреть вниз — прямо на свою руку, опасно близкую к выпуклости под молнией его брюк.
— Ох... эм... прости?
Я отдергиваю руку.
— Я не пыталась... я просто...
Я бросаю салфетку на стойку и закрываю лицо ладонями.
— Можешь вывести меня на задний двор и пристрелить.
Он опускает мои руки, тихо смеясь.
— Прекрати. Это самое активное, что у меня было за последние полгода.
У меня отвисает челюсть.
— Да ладно. Полгода?
Он делает глоток и молчит.
— Ты не можешь вот так это бросить и замолчать. Ты вообще ходишь на свидания?
Он щурится — так, что сразу ясно: отвечать не собирается.
— Скажи, что ты не из тех, кто спит с женщиной один раз и исчезает.
— У меня есть чувство достоинства.
— Ага! Значит, все-таки встречаешься?
— Иногда. Ничего серьезного.
— И правда почти полгода?
— Может, не совсем, но близко.
— Тебе надо снять об этом видео. Доказать, что мужское достоинство не отваливается, если им не пользоваться. Ты бы стал вирусным и спас тысячи девчонок от глупых комплексов. Женщины по всему миру благодарили бы тебя и выстраивались в очередь на свидание. Хотя, куда тебе еще больше поклонниц.
Он поднимает брови с улыбкой.
— У тебя в голове целый мир, солнышко.
— Не знаю насчет мира, но тут есть несколько женщин, которые с радостью решили бы твою проблему.
Включая меня. И это проблема.
— Нет, спасибо.
— Да ладно тебе, Флетч. Ты классный парень. И для блондина даже очень ничего.
— Ай.
Он слегка толкает меня плечом.
Мы смеемся, и я понимаю: вот такие мелочи заставляют меня нравиться ему еще больше. Но я знаю, что нужно сделать, чтобы перестать думать о нем так. Флетчу нужна девушка. Я бы никогда не позволила себе такие мысли о чужом мужчине.
Я делаю еще глоток для храбрости, собираясь с духом, хоть мысль свести его с кем-то и вызывает неприятный осадок.
— Я серьезно, Флетч. Тебе нужно больше, чем случайные свидания. Тебе нужна связь. Та искра, от которой сердце начинает биться чаще, когда человек заполняет все твои мысли.
— Звучит болезненно.
— Ничего подобного.