Мрачный вайб

Глава 12

— Вот, — мистер Рассел протягивает огромный старинный ключ, которой больше подошел бы для темницы, чем для кабинета писателя. — Если у вас появятся вопросы или что-то понадобится, не стесняйтесь обращаться ко мне. Мистер Бернетт неизменно доверял мне последние десять лет, — добавляет он, пристально изучая меня.

Я хмурюсь. Знает ли он о звонке Джейка? Говорил ли с полицией? Или, может, с самим Джейком незадолго до смерти?

Я стою спиной к двери посреди комнаты, все еще в полном оцепенении. Мистер Рассел бросает короткий взгляд мимо в сторону коридора, потом кивает на прощание и оставляет меня одну.

Пространство наполняется призрачной тишиной. Даже после того, как все ушли, я чувствую себя застывшей, словно после пробуждения попала в ловушку сонного паралича. Осознаю все, что происходит вокруг, но не могу пошевелиться. Ничего не могу сделать. Только дышать. Попытаться не впадать в панику. И надеяться, что это скоро пройдет.

Меня буквально ошеломляет осознание того, что я нахожусь здесь, в этом доме, одна в кабинете Джейка, в окружении его бумаг, всех его книг и заметок, наспех набросанных идей и тщательно начатых рукописей.

Похоже ни Айви, домработница, которую громко критиковала Шерил, когда я приехала, ни другие сотрудники ничего не трогали в этой комнате. Кажется, будто Джейк просто уехал ненадолго и вот-вот вернется. Даже пустая бутылка виски «Лагавулин Сингл Молт»

22

и стакан на письменном столе говорят об этом. Иронично, что он любил пить виски, когда его семья владеет целой империей по производству джина. Хотя, возможно, причина была именно в этом.

Мгновение я смотрю на ключ в руке, а затем мой взгляд снова блуждает по комнате. Бесцельный. Ищущий. Потерянный.

— Что же ты наделал, Джейк? — шепчу я.

Позади меня скрипит половица.

Я резко оборачиваюсь и впиваюсь взглядом в абсолютно ничего не выражающее лицо Джейка… нет — Эвана. После того как все остальные ушли, он остался стоять в дверях. Скрестив руки на груди, Эван пронзает меня настолько ледяным взглядом, что мне рефлекторно хочется спрятаться.

Но я не делаю этого. Я остаюсь стоять, хотя мои мышцы сводит от дикого напряжения.

— Я думал, что достаточно ясно выразился при нашей первой встрече, — говорит он и делает шаг в кабинет. — Вам здесь не место, мисс Стюарт.

Это абсурд, что он называет меня «мисс Стюарт», хотя он всего на четыре года старше, и я несколько лет близко дружила с его братом-близнецом. Но мне кажется, что Эван делает это не из вежливости. Нет, он использует слова как оружие, так же, как и свои ледяные взгляды.

— Вы что же, думаете, что сможете меня напугать этим спектаклем? — Я вскидываю подбородок.

Я и правда напугана, но ему я этого уж точно не покажу.

Эван МакРэйвен понятия не имеет о вещах, которые мне приходится выслушивать во время экстренных звонков. В последние годы я сопровождала людей не только в момент их смерти, но и была свидетелем ссор, слышала крики и удары, панику и рыдания. Я слышала последние слова четырнадцатилетней девочки, прежде чем она сбросилась вниз с многоэтажки. Я говорила по телефону с убийцей, который совершенно спокойно позвонил после того, как зарезал свою бывшую жену и ее нового партнера. Меня оскорбляли, мне угрожали, меня умоляли и обзывали худшими словами. Несмотря на это я оставалась и всегда доводила дело до конца.

Потому что я не сдаюсь. Потому что меня не запугать и не сломить. Даже мужчине, который выглядит как Дж. Дж. Бернетт и в то же время совершенно на него не похож.

— Вы слышали мистера Рассела. Я имею такое же право находиться в замке, как и вы. И это право предоставил мне Джейк. Если вы хотите оспорить завещание — пожалуйста. Действуйте. Но пока вы не явитесь сюда с судебным решением, я — в отличие от вас — могу находиться в этой комнате.

Вместо того, чтобы уйти после моих высказываний, Эван подходит ближе, шаг за шагом, словно хищник, подкрадывающийся к своей добыче.

Мое дыхание учащается, и волоски на затылке встают дыбом.

— Если это было недостаточно ясно…— я понижаю голос, потому что он внезапно оказывает слишком близко ко мне. Так близко, что мне приходится запрокинуть голову, чтобы выдержать его сверлящий взгляд, и почувствовать неожиданное тепло, которое исходит от его тела, несмотря на весь его ледяной образ. — Вон отсюда.

Он прищуривается. Вблизи я замечаю, что его глаза слегка покраснели.

— Я пока точно не знаю, кто вы такая и что собираетесь делать с наследством моего брата, но я выясню это, можете быть уверены. И если я обнаружу, что вы завладели деньгами мошенническим путем, то вам уже никто и ничто не сможет помочь, мисс Стюарт.

Мое тело дрожит от ярости и напряжения, но уголки губ сами собой ползут вверх.

— Если это была угроза — встаньте в очередь. А. Теперь. Вон. Отсюда.

Не знаю, откуда берется смелость противостоять этому человеку. Возможно, это из-за того, что он выглядит как Джейк. Возможно, потому что он — полная противоположность. Возможно, потому что я все еще в шоке.

Эван не двигается. Его взгляд прикован к моему, впивается в меня, словно хочет проникнуть в самые глубокие бездны моей души, чтобы найти слабое место.

Воздух между нами вибрирует, становится густым, плотным, почти осязаемым. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, хотя не имею ни малейшего понятия, что именно, а его взгляд опускается на мои губы.

В этот момент раздается чье-то громкое покашливание.

— Мисс Далия? Мистер МакРэйвен? — В дверном проеме появляется старый дворецкий и смотрит то на меня, то на него.

Эван оборачивается, но не отходит от меня так же, как и я отказываюсь отступать перед ним.

— Мне очень жаль, что вынужден прервать вас, но похороны начнутся меньше, чем через час. Машины готовы. — С этими словами он обращается ко мне: — Я позволил себе распорядиться, чтобы «лендровер» мистера Бернетта выгнали для вас из гаража. Он стоит перед поместьем, ключ в замке зажигания.

— Спасибо, мистер МакДафф.

— Можно просто МакДафф. Или Ангус. — По его лицу пробегает улыбка, и морщинки на нем становятся еще глубже.

— Спасибо, МакДафф.

К моему удивлению, Эван тоже благодарит его. Затем бросает на меня последний угрожающий взгляд через плечо и следует за дворецким к выходу.

А я… я наконец-то могу выдохнуть. Понятия не имею, что это было. Знаю только одно: похоже, сегодня я нажила себе опасного врага. Может, даже не одного.