Страница 56 из 193
В ряде публикаций вышеупомянутого сталинского «постановления» указан гриф «Особая папка». Даже в документах, отнесённых к «особой папке» и сопровождавших решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 11 ноября 1939 года, тема религии так и не прозвучала. В тот день под грифом особой секретности обсуждались сугубо силовые и административные вопросы: наращивание численности и материального обеспечения конвойных войск НКВД, пересмотр порядка караульной службы, а также отдельные предложения Комиссии обороны. Религиозная проблематика, как и прежде, осталась за пределами повестки.
19 июня 1923 года вышло «Постановление Народных комиссариатов юстиции и внутренних дел. Инструкция по вопросам, связанным с проведением декрета об отделении церкви от государства. 19 июня 1923 года»
[100]
[Постановление Народных комиссариатов юстиции и внутренних дел РСФСР «Инструкция по вопросам, связанным с проведением декрета об отделении церкви от государства»; принято 19 июня 1923 г. // Собрание узаконений и распоряжений Рабоче-Крестьянского правительства РСФСР. – 1923. – № 72. – Ст. 699. – Опубликовано: Еженедельник советской юстиции – 1923. – № 25. – С. 598–600.]
, повысившее уровень, на котором принимались решения о судьбе культовых зданий, до губернских и областных исполкомов советов. Кроме того, были расширены и конкретизированы права верующих: молитвенные собрания могли проводиться без предварительного разрешения независимо от числа верующих. Руководство хозяйственными делами общины также передавалось от служителей культов в руки самих верующих. Было введено заключение договоров, по которым религиозные общины получали в бесплатное пользование молитвенные здания и культовое имущество. Запрещалось административное вмешательство всех государственных органов в целях поддержки какого-либо культа в ущерб остальным.
Выходит, нельзя сказать, что на законодательном уровне верующих ущемляли: в вопросах религии и отношения к вере власти СССР придерживались принципов светскости и именно за веру гонений не подразумевали.
Сколько же на самом деле духовных лиц «безвинно» погибло от рук «кровавой советской власти»? Существует база данных, которая основана на материалах справочника «За Христа пострадавшие», то есть это те лица, про которых РПЦ или любые православные активисты точно могут сказать, что они были репрессированы и погибли «в период власти большевиков». Занимался сбором и анализом данных для этого архива ещё в 1990-е годы советский информатик Николай Емельянов – конечно, с легкой подачи РПЦ и при поддержке ПСТБИ (Православного Свято-Тихоновского богословского института).
Как утверждают составители, для поиска репрессированных за веру они прибегли не только к рассекреченным архивам ФСБ, но и к разных публикациям в печати, собирали письма родственников пострадавших, а также к архивам данных, полученных от Синодальной комиссии (при РПЦ) по изучению материалов о реабилитации духовенства и мирян.
Даже с учётом этого авторы не могут оценить общее количество пострадавших за Христа в годы советской власти. Однако в краткой справке к базе данных они проводят великолепную логическую цепь, которую предлагаю вам оценить.
«В дореволюционной России было около 100 000 монашествующих и более 110 000 человек белого духовенства. С учётом их семей к сословию духовенства относилось на рубеже веков 630 000 человек. Гонениям подверглось большинство священников и монахов, как служивших в церквах и монастырях в канун революции, так и посвящённых в дальнейшем, вплоть до 1940–1950-х гг. <…> В 1937 г. секретарь ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков писал Сталину о существовавших религиозных объединениях как о “широко разветвлённой враждебной советской власти легальной организации в 600 000 человек по всему СССР”. И это после 20 лет кровавого террора против церкви! И хотя здесь Маленков ведёт речь о “церковниках и сектантах”, очевидно, что в бывшей преимущественно православной стране большая часть из этих 600 000, намеченных к скорейшему уничтожению людей, не сектанты, а православные, главным образом оставшиеся ещё в живых священно- и церковнослужители, и члены “двадцаток”. Таким образом, ясно, что счёт пострадавшим шёл на сотни тысяч: по разным оценкам, их было от 500 000 до миллиона православных людей, за Христа пострадавших. Мы располагаем данными о том, что более чем 400 архиереев подверглись репрессиям… Несопоставимо труднее будет получить относительно полную картину гонений среди священников, диаконов и монахов. И практически неразрешимой задачей предстает сбор сведений о большей части пострадавших за церковь мирян. Сейчас у нас в базе данных около 22 000 имен. Таким образом, можно говорить о том, что у нас собраны сведения приблизительно об 1/22 части пострадавших»
[101]
[База данных «За Христа пострадавшие» [Электронный ресурс]. – URL: http://kuz3.pstbi.ru/bin/code.exe/frames/m/ind_oem.html/ans]
.
Примерно так и выглядит логика и научная фактура, а точнее – их полное отсутствие. Из факта самого существования в Российской империи монашествующих и белого духовенства делается вывод о том, что они точно подвергались гонениям. Без пояснения утверждается мысль о том, что «гонениям подверглось большинство священников и монахов», хотя даже в самой базе данных, как утверждают составители, нет даже двадцатой части пострадавших. Наконец, зачем-то приводится записка Маленкова, смысл которой извращается, а подкреплением ничему она не служит. Зато из этой справки мы точно знаем, что наковырять составителям удалось лишь 22 000 имен.
Но и это ещё не всё. Особенность этой базы данных заключается в том, что внесение туда во многом происходит по формальному признаку: имел отношение к православной церкви и против тебя сработала правоохранительная машина Советского государства? Считай – пострадал за веру. Здесь и антисоветская агитация, антисоветская деятельность, саботаж гособязательств, агитация против вступления в колхозы и выполнения колхозных нормативов сдачи хлеба, участие в различных организациях, имеющих целью свержение советской власти, и многое другое.
Более того, крайне любопытный анализ базы данных, методики её сбора провел историк Г. Г. Хмуркин
[102]
[Хмуркин Г. Г. К вопросу о числе репрессированных «за веру»: анализ концепции Н. Е. Емельянова // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. Серия: Социальные науки. – 2020. – № 6. – С. 27–39.]