Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 193

Однако к началу 1920-х годов возникла необходимость пересмотра этого режима. С окончанием Гражданской войны и переходом к НЭПу монополия стала восприниматься некоторыми партийными деятелями как пережиток военного коммунизма. По мнению её критиков, жёсткий контроль за внешней торговлей тормозил экономическое развитие и препятствовал привлечению иностранных инвестиций и технологий, необходимых для восстановления разрушенной экономики.

Сторонники ослабления монополии утверждали, что существующая система неэффективна и порождает масштабную контрабанду. Они предлагали разрешить торговлю через другие государственные организации помимо Внешторга, а также улучшить работу самого внешнеторгового аппарата. Эти аргументы легли в основу дискуссии, которая развернулась в руководстве РКП(б) в конце 1921 – начале 1922 года.

Позиция Ленина

Ленинский подход к монополии внешней торговли был непреклонным: он считал её важнейшим инструментом защиты молодого Советского государства от иностранного влияния и контрабанды. Уже в мае 1922 года Ленин предложил запретить любые дискуссии об ослаблении монополии.

Вот что говорит он в своем письме И. В. Сталину для членов ЦК РКП(б) о монополии внешней торговли от 13.10.1922 г.: «

Не успев испытать режима монополии, который только начинает нам давать миллионы (и будет давать десятки миллионов и больше), мы вводим полный хаос, толкаем те самые подпорки, которые едва-едва начали укреплять. Мы начали возводить систему: и монополия Внешторга и кооперация начаты постройкой. Через год-два будут некоторые итоги. Прибыль от внешней торговли измеряется сотнями процентов, мы начинаем получать миллионы и десятки миллионов. Мы начали строить смешанные общества, начали учиться получать половину их (чудовищной) прибыли. Мы видим уже некоторую перспективу солиднейшего госдохода. Мы бросаем это в надежде на пошлины, которые не могут дать сколько-нибудь подобной прибыли, мы бросаем всё и гонимся за призраком!»

[46]

[Ленин В. И. Письмо И. В. Сталину для членов ЦК РКП(б) о монополии внешней торговли. 13 окт. 1922 г. // В. И. Ленин. Полное собрание сочинений. – М., Т. 45. – С. 221–223.]

Он активно противостоял решениям, допускающим временное ослабление монополии, как это произошло в октябре 1922 года, когда Пленум ЦК принял решение о разрешении ввоза и вывоза по отдельным категориям товаров. Даже находясь на грани физического упадка, Ленин продолжал настаивать на сохранении монополии как ключевого элемента экономической политики.

Позиция Сталина

Сталин изначально занимал более гибкую позицию, склоняясь к возможности частичного ослабления монополии. Он поддерживал решение октябрьского Пленума 1922 года, которое разрешило временное смягчение монополии, так же как и другие партийцы, например, Г. Е. Зиновьев и Л. Б. Каменев

[47]

[Ленин В. И. Полное собрание сочинений: в 55 т. – 5-е изд. – М.: Политиздат, 1967–1981. – Т. 44.]

.

Однако после дискуссий с Лениным и анализа его аргументов, а также более детального изучения вопроса, Сталин существенно скорректировал свою позицию. За два дня до декабрьского Пленума 1922 года он официально снял свои возражения против полного сохранения монополии: «

Ввиду накопившихся за последние два месяца новых материалов, говорящих в пользу сохранения монополии внешней торговли, считаю своим долгом заявить, что снимаю свои возражения против монополии внешней торговли, письменно сообщённые мною членам ЦК два месяца назад»

[48]

[Сталин И. В. Письмо членам ЦК о монополии внешней торговли (15 декабря 1922 г.) // Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – 5-е изд. – М.: Политиздат, 1970. – Т. 45. – С. 334.]

.

Это решение стало примером того, как Сталин умел адаптироваться к позиции более влиятельных лидеров, чтобы укрепить свои позиции в партии.

Позиция Троцкого

Троцкий занимал промежуточную позицию в начале 1920-х годов, формально поддерживая сохранение монополии, но допуская её модификацию. Он видел этот вопрос в контексте более широкой перестройки хозяйственного механизма и высказывал идеи о необходимости изменений в методах реализации монополии. Однако к 1925 году Троцкий кардинально изменил свою точку зрения, начав активно выступать за её отмену. Это изменение позиции было связано с его новой программой «социализма в одной стране» и экономическими реформами, которые он предлагал.

Дискуссия о монополии внешней торговли наглядно демонстрирует сложность внутрипартийных отношений в 1920-е годы. Если в начале десятилетия основные лидеры (кроме Ленина) допускали возможность её ослабления, то к середине 1920-х годов ситуация изменилась. Сталин занял жёсткую позицию в поддержку монополии, видя в этом один из столпов своей политической стратегии. Троцкий же, напротив, перешёл от условной поддержки монополии к её активному отрицанию, что стало частью его программы экономических реформ. Эти расхождения ещё больше углубили конфликт между двумя лидерами и стали важным элементом внутрипартийной борьбы.

Этот пример наглядно демонстрирует нам, как выстраивалось ведение дискуссии в партии, какие позиции занимали оппоненты, кто по итогу сохранил свою приверженность ленинским идеям и продолжил политику Ленина, – и это был Сталин.

Таким же спорным вопросом между Лениным и Сталиным стал вопрос принципов государственного и территориального устройства: речь шла в 1922–1923 годах о том, какой должна быть форма объединения республик – федеративной или почти унитарной. Несмотря на остроту и серьёзность обсуждений, даже в этом вопросе мы видим способность этих людей к компромиссу.

Позиция Сталина больше стояла на принципах унитаризма: все национальные советские республики входят в состав РСФСР на правах автономных; центральная власть в Москве получает решающие полномочия, существует общая финансовая система, армия, система наркоматов и внешняя политика; тем не менее при этом сохраняются национальные органы власти, обладающие очень ограниченным функционалом.

Сталин придерживался именно такой логики объединения республик, обосновывая это необходимостью укрепить государство после Гражданской войны, предотвратить сепаратизм и уничтожить на корню сепаратистские настроения отдельных местных националистических режимов и организаций, быстрее восстановить экономику и управляемость на территориях республик.