Страница 188 из 193
Все вышеперечисленные болезни, а также заболевания органов пищеварения, органов дыхания, случаи упадка общего питания и последствия травм обусловили высокую раннюю смертность в России. В свою очередь, активность распространения болезней была связана с тем, что у большинства крестьянского населения был крайне низкий уровень общей санитарной культуры (болезни они зачастую и вовсе считали божьим наказанием за грехи, перенося с покорностью). Сюда же можно отнести условия вынашивания плода и родов, ухода за новорожденными и их питания.
Беременная женщина работала практически до начала родов, а после них выходила в поле уже на третий-четвертый день. Огромное количество предрассудков и архаичных представлений о родах имелось в голове у крестьян: например, в отдельных губерниях роженицу подвешивали за ноги, спускали с полатей по доске вниз головой и стряхивали за ноги, потому что тогда, мол, «ребёночек перевернётся и пойдёт головкой»
[363]
[Попов В. П. Причины сокращения численности населения РСФСР после Великой Отечественной войны // Социологические исследования. – 1994. – № 10. – С. 332–333, 346, 348.]
. После рождения ребёнку, как правило, совали «соску» – завязанный в тряпку жеваный хлеб, а если малыш слишком плакал, то думали, что он голоден, и такую соску начиняли пережёванными кренделями, манной или гречневой кашей. Младенцев парили в печи, поили маковым настоем, чтобы он заснул.
Вот как традиционно комментировали смерть младенца в крестьянской семье конца XIX века: «Воля Божья. Господь не без милости – моего одного прибрал, всё же легче… Это вы, господа, прандуете [шутите. –
Примеч. авт
.] детьми; у нас не так: живут – ладно, нет – Бог с ними… Теперь, как Бог его прибрал, вольнее мне стало»
[364]
[Энгельгардт А. Н. Из деревни: 12 писем: 1872–1887. – М.: Мысль, 1987. – С. 95.]
. В общем такое отношение к смерти было повсеместным, и распространялось оно не только на детей, однако, конечно, потерю кормильца переживали в разы тяжелее.
При этом уже к началу XX века Россия, как и многие другие страны, столкнулась с кризисом традиционной семьи. Значительную роль сыграло само положение женщины в ней – угнетённое, придавленное. По мере проникновения в общество городских заработков, веяний городского образа жизни иначе стало восприниматься положение женщины в семье. Ростки протеста против деспотизма патриархальной семьи появились даже в деревне, хотя и были скорее неосознанным явлением. Семейные порядки в отношениях между родителями и детьми трещали по швам, ослабло уважение детей к родителям.
По причине разлада в семье, а также экономических трудностей женщины самостоятельно прибегали к использованию различных методов предотвращения деторождения. Мы не будем подробно разбирать, какие конкретно варианты прекращения беременности существовали и использовались, но точно можно сказать, что общество уже было в курсе об «искусственном выкидыше» (как называли в то время аборт). Рост числа абортов становится ощутимым к 1910-м годам.
При этом эффективной и цельной системы здравоохранения в Российской империи просто не было. Обеспеченность врачами к началу XX века была почти в 4 раза меньше, чем в Англии, и в 2,5 раза меньше, чем во Франции, Голландии или Бельгии. На всю страну имелось 3669 больниц, а 50 % врачей было сосредоточено в губернских городах, 25 % – в уездных, – и лишь 25 % – вне городов, где и проживало подавляющее большинство населения.
Конечно, нельзя сказать, что всё было абсолютно беспросветно: вследствие развития капитализма в России стали намечаться небольшие улучшения в медицинском обслуживании. Земская медицина, фабрично-заводская медицина и городская медицина – вот три ветви медицинской помощи населению в начале XX века. Постепенно, хоть и крайне медленно, подрастало число врачебных участков, число коек и врачей.
Вместе с этим и усилением урбанизации будет наблюдаться медленное снижение смертности, однако оно будет очень непоследовательное. При росте средней продолжительности жизни в младшем и старшем возрастах, в среднем (20, 30, 40 лет) возрастах у мужчин отмечается её незначительное снижение. У женщин же хотя и сохраняется рост, но идёт сильно медленнее, чем в предыдущие два десятилетия.
Первая мировая война была серьёзным ударом по ранее высокому уровню рождаемости в стране: массовая мобилизация и сверхсмертность мужского населения резко сократили создание новых семейных союзов, а значит, и число деторождений. Было мобилизовано 16 млн мужчин, что составляло 40 % всех мужчин в возрасте от 20 до 50 лет.
Война началась летом и закономерно стала влиять на рождаемость только с 1915 года. Статистика военных лет всегда дело спорное, однако по ряду расчётов, основанных на местных демографических материалах и переписи 1926 года, можно сделать такие выводы:
[365]
[Урланис Б. Ц. Рождаемость и продолжительность жизни в СССР. – М.: Госстатиздат, 1963. – С. 21.]
Получается, что за годы войны уровень рождаемости в России сократился вдвое, а падение происходило непрерывно. В результате, по некоторым оценкам, в масштабе всей страны в современных границах СССР из-за Первой мировой войны в стране родилось примерно на 7 млн человек меньше, чем могло бы.
Как мы понимаем, аборт долгое время находился под запретом со стороны государства, осуждался обществом и религией. Искусственное прерывание беременности фактически являлось преступлением, что большевики считали неприемлемым. Ещё в 1913 году В. И. Ленин писал о необходимости «
требовать безусловной отмены всех законов, преследующих аборт или за распространение медицинских сочинений о предохранительных мерах»
[366]
[Ленин В. И. Полное собрание сочинений: в 55 т. Т. 23. – M., 1973.]
.