Страница 176 из 193
Все действия крестьян не улучшали ситуацию, а ухудшали её, прежде всего ударяя по самим хозяйствам. Пока крестьяне проводили «итальянскую забастовку», голодали рабочие и Красная армия, – это была своеобразная война с советской властью, как утверждал сам Сталин. Началась буквально война за хлеб.
Выходит постановление ЦК партии Украины: «Во всех районах немедленно организовать изъятие от отдельных колхозников и единоличников хлеба, разворованного у колхозов и совхозов… особенно имея при этом в виде различного рода рвачей и лодырей, не имеющих трудодней, но имеющих запасы хлеба. При проведении этого мероприятия необходимо опереться на колхозников-передовиков… не допуская применения массовых обысков у колхозников и единоличников»
[338]
[Трагедия советской деревни: коллективизация и раскулачивание: документы и материалы. В 5 т. / под ред. В. Данилова, Р. Маннинг, Л. Виолы и др. – Т. 3. – М.: РОССПЭН, 2002. – С. 543.]
. Работники ОГПУ совместно с энтузиастами коллективизации находили спрятанное зерно и забирали его. Ориентировочно за декабрь и январь на Украине вскрыли 17 тыс. тайных ям, оттуда было извлечено 1719 тыс. пудов хлеба
[339]
[Кондрашин В. В. Указ. соч. – С. 180.]
. Но это была лишь малая часть.
В любом случае в 1932/33 г. на Украине удалось заготовить только 36 млн ц зерна – в два раза меньше предыдущего хозяйственного года. На Северном Кавказе заготовили только 64 % от прошлого года, а вот остальные регионы в общем справились с планом. Но даже этого было мало, ведь по стране собрали в итоге на четверть меньше, чем годом ранее. Поставки хлеба в города уменьшились на четверть в первом квартале 1933 года, положение рабочих стало тяжёлым: отдельные рабочие семьи стали нищенствовать, в пищу употребляли падаль, а в отдельных случаях трудящиеся падали от усталости прямо на рабочем месте у станков. Это, в свою очередь, привело к забастовкам и снижению производительности труда. С учётом снижения экспорта хлеба остановилась и индустриализация.
При этом, учитывая снижение хлебозаготовок, советское руководство было уверено, что хлеба в деревне должно остаться больше, чем в прошлом году. Поэтому, когда в середине декабря секретарь Харьковского обкома Терехов сказал Сталину о начинающемся голоде, власть восприняла это сообщение скептически. Позднее антисоветчики вывернут ситуацию до теории о якобы «искусственно созданном голоде» и геноциде отдельных народов на территории Советской России.
На самом деле причин голода, как мы уже отмечали ранее, было невероятное множество. Среди них как погодные и стихийные (засуха, болезни растений, нашествие мышей и пр.), так и объясняемые субъективным фактором – крестьянским (недосев зерна, плохая вспашка и прополка, отсутствие заботы о колхозном имуществе и мн. др.). Нападение мышей, к слову, разумно отнести к следствию субъективного фактора: дело в том, что мыши появляются на полях тогда, когда зерно вовремя не убирается, – то самое проявление «итальянской забастовки». По свидетельствам, нападениям мышей подвергался не только хлеб в поле, но и хлеб, сокрытый в амбарах – ворованный. Если сооружать ямы для хранения зерна по адекватной технологии, то необходимо не просто вырыть углубление в земле, яму также нужно обмазывать глиной, а после – прокаливать её. Кроме того, яма должна быть герметичной.
Однако спешка 1932 года вынудила крестьян прятать похищенное зерно в плохо выкопанных тайниках. Таким образом, оставленное зерно тоже либо погибало (гнило), либо было испорчено грызунами. Открыв весной свои ямы, крестьяне обнаруживали там голодную смерть.
Катастрофа стала очевидна для властей лишь зимой-весной 1933 года. Именно тогда стала происходить массовая мобилизация работников и началась спецоперация по уничтожению грызунов ядохимикатами.
Украинскому руководству пришлось объясняться перед центром, что это не они отняли хлеб у крестьян. Косиор докладывал: «Основная причина голода – плохое хозяйничание и недопустимое отношение к общественному добру (потери, воровство и растрата хлеба)… Ибо в большинстве голодающих районов хлеба по заготовкам было взято ничтожное количество… Почему голодают в Киевской области, где хлебозаготовок… почти не брали. В этих районах был весной большой недосев, а то, что собрали, проели на общественном питании, кто сколько хотел, а также растащили те, кто не работал»
[340]
[Операция «Голодомор»: когда безумствует мечта // Родина. – 2007. – № 1. – С. 75.]
. Ответа Москвы мы не знаем, однако точно знаем, что Украине была выделена огромная помощь – 5 млн ц зерна.
Самая крупная волна голода началась в марте – тогда на Украине смертность в четыре раза превысила обычный уровень
[341]
[Davies R., Wheatcroft S. The Years of Hunger: Soviet Agriculture, 1931–1933. – London: Macmillan, 2004. – P. 511.]
. Для нормального питания необходимо было выделять не менее 200 кг зерна на душу, однако на Украине средняя выдача на колхозника составляла тогда 170 кг зерна. Лучше была ситуация на Кавказе – 190 кг, на Нижней Волге – 240 кг, в Западной Сибири (там, к слову, вовсе не было аграрной стачки) – 610 кг. В среднем по стране – 240–280 кг
[342]
[РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 76. Д. 158. Л. 23.]
.
По результатам обследований того времени, можно выявить, что во второй половине 1933 года на Украине потребление составляло примерно 1800 ккал на душу населения в сутки. Это уже выше первой половины года, но всё ещё очень мало. К 1934 году потребление поднимется в бедствующих районах (Украина, Поволжье, ЦЧО) до 2000 ккал на душу населения, что всё ещё ниже даже нормы ВОЗ. Что уж говорить о том, что такие показатели недотягивали до сытых времен НЭПа, когда крестьяне потребляли около 3000 ккал на душу.
А что было с питанием рабочих? Сельскохозяйственный кризис отразился и на городе: в I квартале 1933 года потребление рабочих семей снизилось до 1956 ккал, но при этом всё ещё было выше, чем у сельского населения. При этом важно учесть, что интенсивность труда в городе куда выше, чемв в деревне. В 1934 году потребление семей рабочих возросло, однако не достигло уровня 1925 года.
К весне 1933 года значительных крестьянских выступлений уже не отмечалось, сев был произведён вовремя, а осенняя уборка – в сжатые сроки. Несмотря на засуху в Поволжье и на Украине, урожай собрали в целом хороший – 759 млн ц
[343]
[РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 19. Д. 38. Л. 30–37.]
. Был выполнен и план заготовок зерна из урожая, и после них в деревне осталось много хлеба, который властями не изымался.