Страница 32 из 124
А лес между тем будто подзадоривал: начал шептать листьями, трещать сучьями, и даже пара настораживающе живых шагов прозвучали где-то неподалёку, и всё это — под аккомпанемент зловещего Фиониного храпа, отчего Веда сжалась в комочек. Но как ни крути бодрствование не могло долго продолжаться даже при постоянных раздражителях, и обессиленный и вымотанный организм девушки сдался.
Сколько ей удалось проспать, она не знала, но разбудила её тупая боль в спине, отлежанной на жёсткой неудобной подстилке, и что-то тёплое, вязкое и неприятно липкое, что медленно капало ей на лицо, да ещё и запашок гаденький. Она уже собиралась возмутиться и сказать Фионе, с фига ли она свои слюни на неё во сне пускает, но сначала поморщилась и приоткрыла глаза. И тут же увидела её.
— ААААААААААААА!!! — завизжала она во всё горло, вскакивая, будто подброшенная пружиной, и, не разбирая куда несётся, бросилась в лес прочь из елового гнезда.
Над местом, где только что спала Веда, показалась свежая пустышка. Новообращённая, в слегка драном туристическом комбинезоне, с заплетёнными в тонкую косу светлыми волосами и в красной шапочке тянула руки к Веде, поливая её слюной от разыгравшегося аппетита. И если бы не здоровенный валун с той стороны, то точно добралась бы до неё во сне.
— Чё орёшь? — раздался голос из кустов, и оттуда поднялась Фиона с голым задом.
— Там! Там пустыыышка! — завыла Веда, наконец остановившись и обернувшись.
Пустышка тем временем всё же победила камень, завалившись в люльку, и нелепо завозилась в еловых ветках.
— И чо? Подай лопух! — флегматично ответила Фиона, усаживаясь обратно и деловито осматривая округу.
Веда, всё ещё в шоке, сморщила лицо, но, не отрывая тревожного взгляда от пустышки, принялась рвать лопухи и угрюмо подавала их своей сруле.
— На! С ней надо что-то делать!
— Дай закончить утренний туалет, и я с ней разберусь, — с безразличной интонацией сообщила Фиона. — У тебя, кстати, вообще нет чувства такта.
Веда побелела.
— Ты! Ты меня оставила одну! Она была надо мной! Меня чуть не сожрали, между прочим!
— Я отошла на три метра. Ситуация была под контролем.
— То есть ты видела её?! — в голосе Веды появилась куда большая истерика.
— Ну да, она приковыляла, когда я уже… эм… занималась делами, — Фиона только пожала плечами.
Через пару минут пустышку ликвидировали. Девушка, кстати, была довольно опрятной. Если посмотреть на неё со спины, и не поймёшь, что она заражённая. Не успела ещё отведать человечины, относительно чистая была.
— Слушай, — Фиона с интересом осмотрела труп. — Если она приползла сюда своим черепашьим шагом, значит, где-то поблизости есть лагерь. А если есть лагерь…
— Значит, там есть еда и шмотки… — мечтательно подхватила Веда.
— …и снаряга какая-никакая. Отлично! Сейчас перекусим и погнали!
На дорожку пожевали хлебцев, запили немного живчиком. Затем Фиона решила найти следы девушки.
Веде всегда казалось чем-то волшебным, когда люди могли читать следы. Там, где она перед собой видела лишь бескрайний лес, пожухлую растительность, покрывающий камни мох да осыпавшиеся иголочки и листья, другой человек замечал целый чужой маршрут, вычерченный скупым, но красноречивым языком примятой травы и сломанных прутиков. Взять ту же Фиону: вот она, ни на миг не задумываясь, живо взяла след недавней гостьи, как открытую книгу прочитала. Веда на примере подруги тоже присмотрелась повнимательнее, и спустя несколько секунд непрерывного вглядывания в мешанину из лесного сора тоже заметила характерный вдавленный овал с размытыми краями, след от подошвы кроссовки той самой красной шапочки.
Квази, помимо отпечатков, обратила внимание на поломанные с одной стороны ветки, да и в нескольких местах подлесок оказался примят в одном направлении, причём линия движения шла из северо-западной части леса, по пологому хребту, постепенно спускаясь с пригорка в их низину. Примерно в трёхстах метрах от места их ночлега Фиона заметила и более явные признаки присутствия человека: мелкий мусор в виде пустой пачки от орешков со вкусом бекона, полуторалитровую бутылку из-под воды. Пластик успел покрыться капельками конденсата изнутри, значит, выбросили её совсем недавно, а рядом обнаружился ещё один след, но уже от мужского ботинка покрупнее и с более чётким протектором.
— Смотри-ка, — пробормотала она, приседая на корточки, чтобы не сбить ногой хрупкую картину. — Тут ещё кто-то ходил, причём совсем недавно. Похоже, следы тянутся оттуда, со стороны оврага.
Фиона махнула Веде рукой, указывая на едва заметные цепочки отпечатков, что вились между стволами деревьев и терялись в палой листве.
— Вот ещё…
С одной стороны, круто, что следы отыскались так быстро, не пришлось плутать по лесу полдня. Но с другой стороны, Веде это совершенно не понравилось, потому как в душе разворачивалось нехорошее предчувствие. Не поймите неправильно, она не питала ни малейших иллюзий насчёт того, будто та девушка могла бродить здесь одна, ведь кому вообще в здравом уме придёт в голову тащиться в глухой лес в одиночестве, без сопровождения? Нет, в одиночку сюда явно не ходили, но Веда хотя бы надеялась, что их было немного — трое человек, максимум четверо, ибо как больше уже означало серьёзные неприятности, с которыми вдвоём особо не повоюешь… Наверное… Тут вся надежда была бы на Фиону.
Через час измотанные и порядком проголодавшиеся девушки наконец наткнулись на лагерь. На небольшой поляне, окружённой с трёх сторон чахлым ельником и молодыми соснами, стояли четыре палатки, образуя кривоватый квадрат вокруг давно потухшего кострища с седым налётом золы. Но это был не просто лагерь… это оказалась сцена настоящей бойни. Кровь забрызгала все палатки без исключения: одна из них оказалась заляпана алыми потеками до самого верха, из другой наружу торчала женская, судя по размеру кроссовки, покусанная нога. Да и по всей поляне в хаотичном беспорядке были раскиданы вещи: вывернутые спальные мешки с вылезшим синтепоном, чугунная сковорода с пригоревшими остатками неизвестно чего, одежда, пара туристических ножей и россыпь вскрытых, пустых консервных банок, бутылки.
Из третьей палатки доносились сдавленные ритмичные звуки глухих ударов и раздражённое горловое урчание, а брезентовая ткань мелко и часто трепетала. Внутри кто-то метался, не находя выхода для своей безумной энергии. Фиона бесшумно достала стрижа, жестом приказала Веде держаться за спиной и, подойдя вплотную, аккуратно потянула за молнию.