Страница 31 из 124
Глава 6: Лес
Жаль, что в рюкзаках у мужиков не оказалось практически ничего полезного: из еды нашлось немного пряников и ржаных хлебцев, а ещё баночка с детским фруктовым пюре, так что за неимением своего провианта девушки благополучно обчистили их. А вот потасканную и не очень приятно пахнущую одежду вместе со спальными мешками они оставили, даже несмотря на то, что шмотки и спальные принадлежности им самим были нужны, но побрезговали — что тут ещё скажешь. Короче говоря, теперь мужики стали такими же бомжами, как и они.
Так как Фиона отобрала два ствола, Веда попыталась выцыганить себе один, но квази проигнорировала её просьбы, потому что знала, чем это кончится. Ещё на базе отдыха ей в прошлый раз мороки хватило! Фиона заставляла Веду собирать и разбирать пятёрку(пистолет Five-seveN), а та только морщилась и возмущалась, потому что силёнок у знахарки не хватало ни на затвор, ни на пружины, зато нытья хоть ведрами черпай. Стрелять она тоже не научилась: с её пиздоглазием она скорее в себя попадёт, а то и в саму квази, так что давать ей пушку было себе дороже. В итоге Фиона осталась единственной гордой обладательницей скромного арсенала: одностволка болталась у неё за спиной, в патроннике сидел один-единственный патрон с картечью, больше у того парнишки не нашлось, но и это лучше, чем ничего. Стрижа она водрузила в пустые ножны, а пэпэшку держала наготове.
— Уже совсем стемнело… И холодно… — прошептала Веда, кутаясь в свою тонкую куртёшку. — Может, всё-таки остановимся на ночлег? Мне кажется, мы заблудились, блин…
— Не заблудились мы, — отозвалась Фиона и кивнула в сторону. — Река слева, я её слышу.
— А я не слышу…
— У тебя ухо пробито, дурында. Да и я кваз, не забывай, у меня чувства обострены, как у кота в марте.
— А ты в темноте хорошо видишь?
— Лучше, чем обычный человек, но не сова же я.
Всё-таки поняв, что идти дальше смысла нет из-за непроглядной темноты, Фиона начала искать место для привала. В их ситуации без палаток, спальников и ковриков важно было выбрать точку не просто безопасную, но и тёплую. Она повела Веду немного в сторону от тропы, туда, где начиналась невысокая холмистость. Обрывистый и плотно заросший подлеском склон, оказался настоящей находкой. В небольшом углублении между камнями у подножия, где деревья росли гуще и ветер практически не чувствовался, это было почти идеальное место, и Фиона оценила его.
— Так, здесь и остановимся. — она присела, проверяя землю. — Мох сухой, ветром не продувает, склон защищает. Надо подстилку из еловых лап наложить да слой потолще сделать, чтобы от земли не тянуло.
— А где лапы возьмём?
— Где-где? В Караманде. Оглянись вокруг-то. Ах ну да, ты ж слепошарик. Да тут ель вон растёт, ломай нижние ветки, которые дохлые самые, и принеси. Не ной, не развалишься. Только аккуратно и тихо.
— Да почему я? Ты сильнее меня…
— Потому что я буду нам топчан делать. Разделение обязанностей это называется.
Веде пришлось подчиниться. Далеко от своей подруги ей отходить не хотелось, поэтому она начала аккуратно общипывать ближайшие ёлки, и вскоре из темноты послышалось: «Ай! Ой!» вместе с каким-то треском. Фиона пошла помогать, потому что криворучка явно не справлялась.
— Вот блииин, я вся искололась!
Собрав ветки, они выложили импровизированную подстилку, поверх лап Фиона накинула ещё сухого мха, чтобы смягчить перину, а также нагромоздила веток поверху, получилась своеобразная крыша.
— Раздеваться не будем, — констатировала она.
— Так я и не думала… — пробормотала Веда.
— Обнимемся, так будет теплее.
— А костёр?
— Какой нахрен костёр? — Фиона возмутилась. — Мы, может, тут последняя горячая точка на километры вокруг. Костёр ей. А может, сразу в воздух пальнём, чтобы не заморачиваться? Пусть все подтягиваются, кто хочет!
— Да всё-всё! — Веда вытянула руки вперёд. — Поняла я…
Кое-как улеглись между камнями на свою елово-замшелую кровать. Несмотря на то, что эта постель всё равно покалывала, она была такой удобной, что Веда сразу почувствовала облегчение, особенно в ногах, и могла бы вмиг уснуть, но тут на неё нагромоздилась квази.
— Пипец, у тебя лапа тяжеленная, хочу я тебе сказать, — прохрипела Веда, тщетно пытаясь пошевелиться под увесистой рукой Фионы.
— Тише ты, — лениво пробормотала та, устраиваясь поудобнее. — Дай поспать нормально.
И без всякого стеснения положила свою голову прямо на Ведину, как на подушку. Та только вздохнула, зажатая между камнем, ветками и массивным квазом. Справедливости ради, Фиона оказалась довольно горячей — температура тела у неё выше, чем у Веды. Класс, обогреватель.
— Мне страшно… — шепнула блондинка, зябко втягивая голову в воротник. — А вдруг нас ночью съедят?
— Не съедят, — Фиона зевнула так широко, что хрустнула челюсть. — У меня сон чуткий, не забывай: я всё слышу и чувствую острее, чем ты вообще когда-либо. Будь спок. И не смей пердеть.
— Очень остроумно…
Квази буквально через полминуты отключилась, просто вырубилась, как будто у неё в голове был выключатель.
А вот Веда так просто сном уже не взялась, потому что как только она начинала закрывать глаза, в сознании сразу всплывали тревожные мысли: а что, если где-то совсем рядом крадётся что-то большое и зубастое, а вдруг кто-то наблюдает за ними из чащи… и каждый шорох вызывал у неё новый приступ паники. Она вздрагивала от треска ветки, прислушивалась к дуновению ветра, стараясь различить, не дыхание ли это кого-то заражённого. И так продолжалось почти час, пока тело, измотанное усталостью, страхом и холодом, не сдалось, и Веда наконец провалилась в неглубокий сон.
Но не успела она насладиться этим хрупким покоем, как случилось худшее. Фиона начала храпеть, причём не просто храпеть, а храпеть на всю питерскую, будто её лёгкие работали в режиме дизельного генератора. Звук был настолько мощным и неприлично стабильным, что его, скорее всего, слышали все в радиусе километра. Веда шикала на Фиону, цыкала, пиналась и даже разок щипнула её за нос, но миссис «У меня чуткий сон, будь спок» и бровью не повела, потому что спала как в коме, и в неё хоть из базуки стреляй — не проснётся.