Страница 100 из 127
Глава 58. Бьерн
Время идет, а от мыслей и почти не контролируемого желания прижать к себе Элиз и никуда не отпускать, я спасаюсь только работой. Тем, что заставляю себя думать о Пирре и Лидии, одокументах, которые я готовлю для Элиз, о том, что наконец-то получил от нее нотариальный отказ от патентов и фабрики.
Я видел, как нелегко ей далось это решение, но без него от моих действий могла пострадать сама Элиз. А поставить на место этого зарвавшегося хмыря нужно.
Нет, я не злюсь на него за то, что он запудрил голову юной Элиз — в молодости все совершают ошибки, и, кто знает, возможно, именно это сохранило ей жизнь. Но семь лет просто использовать ее? Относиться как к вещи? Променять на Лидию? Позволять своей матери унижать жену?
Нет. Это я не готов простить.
Я попросил своих людей копнуть чуть глубже, и обнаружил много интересного. Качественные подлоги, махинации с налогами на имущество.
Как я понял, управляющий — точнее, через него Элиз — очень въедливо следил за финансами фабрики, поэтому Францу приходилось прибегать к разного рода ухищрениям и фальшивым документам, чтобы выводить деньги. Он не хотел, чтобы кто-то посторонний был в курсе его делишек.
Но именно так у свекрови Элиз и Лидии появлялись украшения и деньги на дорогие платья и поездки. И сейчас я смог найти доказательства.
А еще вышел на нотариуса, который заверял расписку, по которой все патенты и фабрика отошли матери Франца. Прижать нотариуса труда не составило, так что Франц уже в заднице. Но сделать это нужно официально, чтобы это не выглядело “внезапным” интересом со стороны герцога.
Поэтому мы зашли чуть шире — с нескольких жалоб на продукцию фабрики. Дальше — официальная проверка документов и технологии изготовления, а потом выявление того, что патенты были оформлены с подлогом и фальсификацией.
Эти же патенты фигурировали в первоначальном договоре с “Королевской Звездой”, которая должна была поставлять продукцию королевскому двору. И все… это уже преступление почти государственного масштаба.
Мне оставалось немного — новые документы для Элиз Констанс. Не для несуществующего человека, а для нее — Лизабет Левенс, которая смогла начать новую жизнь. Как бы пафосно это не звучало. И тут было множество юридических моментов, которые нужно было учесть, чтобы они не сказались на жизни Элиз.
Но и эти вопросы отошли на задний план. Потому что сколько мы ни искали, но даже след ни Пирра, ни Лидии не нашли. Оба как будто растворились в воздухе.
Дом Пирра выглядит так, будто там неделями никто не жил. А Лидия… Вот уж кто оказался главной загадкой. Из города не выходила, но и в городе ее нет — мои люди перетряхнули все, что было возможно.
Ни единой зацепки, ни следа магического фона, ни свидетелей. Как будто сквозь землю провалились…
— Сквозь землю... — шепчу я, останавливаясь посреди своего кабинета.
Меня пронзает внезапная мысль, за которую я хватаюсь как за единственную спасительную ниточку.
В памяти всплывает голос Элиз. В один из вечеров, когда мы сидели на кухне, а она рассказывала о своем детстве.
“Дядька Мартин говорил, что в войну Северные орки были неуловимы. При отступлении они исчезали будто в земле, а потом появлялись там, где их не ждали. Старик клялся, что под всем герцогством есть норы, как в сыре. А мы ему верили. Представляешь, я даже как-то сбежала, чтобы поискать… Хорошо проголодалась и решила вернуться”.
Тогда я списал это на стариковские сказки и детское воображение. Но сейчас, когда логика заходит в тупик, эти россказни не кажутся такими уж невероятными.
Северные орки. Подземные ходы. Если это правда, то Пирр мог действительно не жить в том доме… Он просто уходил оттуда под землей.
Отправляю сообщение ребятам Тардена взять с собой мага-следопыта и незаметно еще раз осмотреть дом Пирра. Поискать там что-то похожее на люк, дверь… И не похожее тоже. Если мы сразу не заметили, значит, все не просто так.
Сам не трачу время на экипаж. Беру коня и выезжаю из города. К дому старого конюха — лучше с ним поговорить лично.
Мартин возится у конюшни. Рядом переминается фырча лошадь. А из трубы бани идет дым.
Нравится мне этот старик — крепкий, сильный духом, живой. Мне кажется, он даже живее меня, потому что в нем еще есть надежда и вера. А во мне… Только долг.
Мартин распрямляется, опираясь на вилы и держась за поясницу. В его взгляде интерес, но не удивление.
— А, приехал? — усмехается он. — Ну проходи… Коня можешь привязать там. И напоить не забудь — жара такая, небось умаялся.
Он кивает на корыто у конюшни, а сам, воткнув вилы в землю, шаркает к дому. Я набираю в колодце воду, выливаю ее в корыто и, погладив коня по лоснящейся шкуре, иду следом за Мартином.
Внутри меня уже ждет кружка мятного чая. Вкус совсем как у того, что делает Элиз — кажется, я догадываюсь, кто научил ее.
— Как она? — спрашивает Мартин, а мне даже не нужно уточнять, про кого он.
— А с чего ты взял, что я знаю? Я же раньше ушел.
— Ты не ушел, — усмехается старик. — Ты сбежал. А так бегут только от тех, с кем хочется остаться, да разрешить себе это не получается.
— Элиз молодец, — отвечаю я. — Упорная.
— Это я и без тебя знаю. Не про это спросил, — качает головой Мартин. — Она в безопасности?
Вопрос заставляет меня нахмуриться.
— Я бы не был полностью уверен в этом. Но я пытаюсь сделать все, чтобы найти тех, кто может ей угрожать, — отвечаю я настолько честно, насколько могу. — Для этого я и здесь.
Старик поднимает свои седые брови, отчего морщины на лбу становятся еще глубже.
— Да чем я-то могу помочь?
— Мне нужно знать все о легендах, Мартин, — говорю я, проворачивая в пальцах кружку. — О тех ходах, про которые ты рассказывал Элиз.
Старик хрипло смеется.
— Так то сказки. Для детишек, чтобы спали крепче да в лес не бегали. Никто тех ходов не видел. Говорят, они где-то в городе начинались, под храм драконий уходили, но кто ж знает? Сам не видел. Да и никто не видел…
Храм Праматери. Список. Совпадение? Я сжимаю кружку так, что она тихонько начинает потрескивать. Мартин трет пальцами подбородок и рассматривает меня своими блеклыми старческими глазами.
— А ведь я вспомнил тебя…
Заставляю себя замереть. Медленно отодвигаю от себя чай и поднимаю взгляд. Все, кто знал — мертвы. Мог ли я так поступить с единственным близким Элиз человеком? Нет. Определенно нет. Но…